Пока оптик производил замеры, Клининг снова обрел свой настоящий облик, но поглощенный работой мастер этого не заметил.
Спустя короткое время компания снова, хохоча, стояла на Ке. Впрочем, кое-кому было не до смеха.
— Клининг, как ты мог наложить на нас заклинание «Молчи и не двигайся»! — возмущалась Валентирина.
— А иначе тебя не заставишь стоять смирно, — засмеялся Вильдо.
— Это было слишком опасно. Тот любезный молодой человек, младший продавец в магазине одежды, едва не разоблачил нас.
— Клининг прав, — кивнул Вальмин. — Люди часто ведут себя непредсказуемо, заметив, что мы не куклы. Это не касается Олли и Пауля, но вспомните того сумасшедшего из блошиного цирка!
— Теперь — быстро за мобильными! — заволновался Вильдо. Его всегда чрезвычайно интересовала эта человеческая техника.
— Тогда нам надо мчаться стрелой! — Клининг вновь обрел человеческий облик. — А то, изображая дедушку, я вдруг, когда надо будет подписывать бумаги, окажусь стоящим на каком-нибудь формуляре. Все, пойдем.
Пешеходы на Ке изумленно смотрели на это странное трио с зелеными носами. Народ потихоньку сходит с ума, а ведь до новогодних маскарадов еще далеко!
В магазине, продающем средства связи, все происходило очень быстро, поскольку пожилой господин нетерпеливо подгонял. На сочувственные вопросы продавца, который, указав на нос, спросил: «Болезнь?» — господин отреагировал довольно нервозно. «Ну и ладно», — обиженно подумал продавец и молниеносно обслужил троих зеленоносых, не проинструктировав их по поводу телефона. Если хотят так, то и на здоровье! Он был рад, когда странная компания покинула магазин. Убрав в стол подписанный договор, продавец снова поднял глаза: перед магазином все еще стояли оба мальчика, а пожилой господин пропал.
Олли взял на руки Клининга, принявшего свой настоящий облик.
— Так, ну и что мы делаем теперь?
— Нам надо где-то переночевать, — решил иллантин.
— Я бы с удовольствием пригласил вас к себе, но мой дядя… Вы же знаете, — Олли с сожалением пожал плечами.
— Слушай, Олли, твоего дяди сейчас нет дома. Как я слышал от вашей болтушки соседки, он сейчас в наркологической лечебнице.
— Вот бы его вылечили! — обрадовался мальчик. — Тогда можно переночевать у нас.
— Послушай, Олли, у меня проблема, — Пауль нерешительно замялся. — Не представляю, как объяснить родителям дорогие вещи, очки, мобильник, а главное, мой зеленый нос!
— Ну, тут не обойтись без Клининга: он наложит на твоих родителей заклятие «Молчи и не двигайся», — веселилась Ринхен.
— Неплохая идея, Валентирина. Я еще раз выступлю в роли серьезного пожилого господина. Мы все проводим тебя домой, мой мальчик.
— Но прежде мы пойдем ко мне домой и примерим наши вещи, — предложил Олли.
Олли открыл дверь Юповой берлоги и немедленно распахнул все окна, чтобы проветрить. Квартира выглядела как поле битвы.
— Сейчас наведу порядок…
Спустя час Олли вытер ладонью мокрый от пота лоб. Клининг изумлялся тому, как собранно и основательно мальчик вычистил этот хлев. Он постелил на стол старенькую, но чистую скатерть, расправил ее рукой и сказал:
— Вот, теперь уже лучше.
Лучше? Мальчишка, воспользовавшись помощью друга, без жалоб и нытья превратил авгиевы конюшни в сияющую чистотой квартиру.
— Может, теперь наденете свои обновки и покажетесь нам? — спросила Ринхен.
— Конечно, они это сделают. Мы же хотим увидеть, какие теперь наши друзья, — хихикнул Вильдо.
— Вот именно! — кивнула Ринхен.
Пауль и Олли вынуждены были одеться и продемонстрировать все покупки. Когда Пауль, смущенный, предстал перед ними в своем черном костюме, Валентирина в восторге захлопала в ладоши:
— Как профессиональный телохранитель! Ну разве не классно?
Пауль смутился еще больше:
— Уж и не знаю, как вас всех благодарить.
— Оставь, мой мальчик. — Клининг слегка поднял руку, и перед ними вновь стоял элегантный парковый сторож. Но теперь у него был зеленый нос. — Пошли, зеленоносые, доставим Пауля домой.
— А что я скажу своим родителям?
— Предоставь это мне, мальчик. Олли, оставайся в своих обновках. Мы же хотим произвести хорошее впечатление на семью Райзер.
Спустя короткое время в дверь Райзеров позвонил прекрасно одетый, элегантный господин в сопровождении внука и сына хозяев дома. Он представился как дедушка Оливера Куша и поведал изумленным родителям длинную историю о расколотой семье Куш и о том, что сейчас, слава Богу, дедушка и внук вновь обрели друг друга. Он, дедушка, располагает немалым состоянием и поэтому одел мальчика сообразно своему положению. Он очень рад познакомиться с их сыном, лучшим и достойнейшим другом своего внука, который, как он понял, оказывает на мальчика очень хорошее влияние. Поэтому он не мог удержаться от того, чтобы не доставить этому мальчику, разумеется рассчитывая на согласие его родителей, маленькую радость. На возражения родителей, что подарки сильно выходят за рамки «маленькой радости», дедушка с улыбкой заметил, что значение дружбы Оливера с их сыном не измерить никакими деньгами, и он просит позволить их сыну принять не стоящие упоминания подарки. Потом он вдруг извинился и заторопился уходить. Срочные дела, они же понимают. Родители понимали. Упомянув о зеленых носах, дедушка громко расхохотался и рассказал родителям что-то о безобидном споре с обоими мальчиками. Речь шла о том, кто дольше продержится, гуляя с зеленым носом, что, учитывая вопросы и удивленные взгляды людей, ему, дедушке, как взрослому, пожалуй, давалось тяжелее всего. Так что, кажется, он проиграл спор и должен теперь пригласить ребят в кино. Потом милый пожилой господин и его внук («Какие у него дивные рыжие волосы», — подумала фрау Райзер) торопливо попрощались со счастливыми родителями, которые теперь совершенно другими глазами смотрели на своего Пауля.
— Скажи-ка, Пауль, — спросил господин Райзер, — а что это за смешные маленькие морковки или куколки, которые твой новый друг — как его зовут? Оливер? — все время держит в руках?
— Это суперсовременный японский прибамбас, папа. Они стоят бешеных денег. Полная компьютерная анимация.
— Ах, вот оно что…
На следующее утро Пауль колотил в дверь квартиры Олли.
— Большое спасибо, Клининг! Мои родители в полном восторге. Я могу взять подарки, и они рады, что Олли мой новый друг.
— Прекрасно, Пауль. Теперь ты как — в школу или пойдешь с нами?
— Да я бы с удовольствием сходил с вами на Ке, в «Оптику», и проводил бы вас в аэропорт, но вы же знаете…
Друзья сердечно распрощались.
— Ты дашь о себе знать? — Пауль дружески хлопнул Олли по спине.
— Конечно. У меня же есть номер твоего мобильника. Я буду звонить тебе и рассказывать, как там дела в Америке.
— Пора прощаться, такси уже здесь. Я вынесу твою тележку.
— Спасибо, Пауль. Я объявлюсь, когда мы снова вернемся. Ты там навещай этих троих, у фонтана.
— Хорошо, — Пауль кивнул вслед такси.
Такси остановилось на Кенигсаллее перед респектабельным пассажем.
— Пожалуйста, подождите меня здесь, я мигом. — Олли вышел из такси и несколько секунд спустя переступил порог «Оптики». Хозяин поднял глаза и с трудом узнал в одетом по последней моде мальчике вчерашнего посетителя.
— Готовы очки?
— Ну, разумеется! Уговор дороже денег, мой мальчик.
Олли обратил внимание, что на этот раз «мой мальчик» звучало очень уважительно.
Оптик ушел куда-то и вскоре вернулся с пятью крохотными футлярами для очков и с незнакомым молодым человеком.
— Это герр Якач, руководитель нашей мастерской по изготовлению очков. Поверьте, он очень одаренный механик и замечательный дизайнер.
Олли учтиво приветствовал господина Якача.
— Мы изготовили для очков подходящие футляры, — в голосе господина Якача звучала гордость мастера, который на совесть выполнил заказ. — Все — ручная работа. Мои люди и я получили большое удовольствие. Это был совершенно особенный заказ. — От волнения оптик потер свой зеленый нос. Он открыл футляр, в котором лежали прекрасно сработанные крохотные солнцезащитные очки. — Если позволите…
Мальчик поставил «куколок» на стол и предусмотрительно снял с одной из них колпак.
— Как зовут куколку?
— Вугур.
Оптик сверился с этикеткой на футляре и осторожно надел на куколку очки.
— Прекрасно… Должны быть впору. — Крохотная куколка по имени Вугур согласно кивнула.
— Вугур, ты выглядишь просто супер!
— Мальчик мой, ты разговариваешь с куклами?
— Почему бы и нет? Они ведь живые. Вы разве не заметили?
Оптик улыбнулся.
— Ну, разумеется, мальчик мой.
Клиент всегда прав. А особенно если этот клиент делает хорошие заказы и притом еще оплачивает их вперед.
