одной ветреной особе, – промурлыкала Водная, шагая вместе с демоном по лестнице вверх.
На шестом этаже Химура взял ее за руку и провел в первую палату.
Едва Анжи увидела пришедшую в себя Францезелин, как ее браслет отозвался мощной пульсацией, а знак стихии Воды загорелся темно-синим светом. У Кейрис точно так же засветился медальон, у Дектана – символ Земли на голове трости, а у Францезелин – перстень со стихией Огня.
– Что за… – опешила Водная, затаив дыхание. Она чувствовала эту мощь и связь с каждым из ребят. Знать об их общем происхождении было одним делом, но сейчас эти магические волны делали их по-настоящему родными. Семьей, которой каждый из них оказался лишен четырнадцать лет назад.
– Так и знал! – в голос рассмеялся Химура, громко хлопнув в ладоши. Его глаза искрились познанием тайны всего мироздания. Он бегал взглядом по каждому из них и артефактам, созданным семьей Сейджиро.
Демон встал в центре палаты на одинаковом расстоянии от каждого мага стихии, словно к чему-то готовился. Анжи насторожилась, готовясь выдернуть из сапога кинжал.
– Может, объяснишь? – скорее потребовал, чем попросил Дектан, сведя брови к переносице.
– Было бы весьма кстати, – поддержала Огненная.
– Ладно, – закатил глаза демон, скрестив руки на груди. – Мой отец создал ваши реликвии точной копией тех, что были у первых Повелителей стихий.
– И что ты хочешь этим сказать? – рассмеялась уже Анжелика, не выдержав этой паранойи. – Что мы что-то вроде этих самых Повелителей? Бред. Их не существовало. Это все сказки, придуманные людьми во время войны с демонами.
– Ты уверена? – устремив скептический взгляд на нее, хмыкнул демон.
– Конечно! – Анжелика захлопнула дверь в палату. Еще свидетелей им не хватало.
– Твое право. – Химура развернулся в сторону Ветреной. – Но ты-то что думаешь, Конфетка? – ласково спросил он у нее, нежно гладя по шее.
Химура обнял Кейрис со спины, убрав смольные локоны с одной стороны и оголив тонкую лебединую шею девушки.
– Возможно, – неопределенно пожала плечами девушка, пока Химура гладил изгиб ее шеи. Кейрис немного вздрагивала, но не сопротивлялась.
– Ну же, девочка моя, не скромничай, – облизнув губы, произнес он. – Ты уже дважды обращалась стихией. И каждый из них намеревался стать для тебя последним, если бы не я. Единственный маг Воздуха просто не мог не оказаться вторым Повелителем этой стихии.
– Детский сад, – фыркнула Анжелика, тряхнув головой.
– Отец часто задавался вопросом, можно ли создать пятый элемент, если соединить реликвии первых Повелителей вместе. Ваши волны перекликаются через камни, сообщая не только о близости друг друга, но и о магическом состоянии. Также мама часто рассказывала о них. Говорила, что в эру электричества обязательно должен появиться пятый элемент, способный обуздать электрический ток. Я всегда считал это сказками, но теперь, смотря на вас, сомневаюсь.
В палате повисла тишина. Все ждали, что же произойдет дальше. Анжелика была уверена, что Химура обезумел на этой почве. Как будто говорил это все даже не он.
– Вода, земля, воздух и огонь. – Демон воодушевленно указал на каждый элемент, а затем впился клыками в шею Кейрис, жадно делая глоток за глотком. Девушка сморщилась от боли, пытаясь высвободиться, но демон сжал ее медальон на шее, крепче прижав к себе. В его ледяных глазах Анжи больше не видела прежнего Химуру. Только голод, нарастающий с каждым новым глотком.
Анжи показалось, что браслет отозвался незнакомой пульсацией, слегка ущипнув кожу током. Достав кинжал, охотница немедля запустила его в Химуру. Отстав от Ветреной, по щекам которой текли слезы, демон увернулся от лезвия, летящего в голову. Кинжал застрял в гипсокартонной стене нежно-розового цвета. Светильники в комнате заморгали, и лед мгновенно застелил толстой коркой пол, покрытый светлым линолеумом, кровать Франц, стены и задел каждого из четверых Повелителей. Анжи почувствовала укус льда на открытом носке тканевого летнего сапога.
Развернувшись, Кейрис со всего размаху наградила демона звонкой пощечиной. В этот миг в комнате повисла тишина. Гримаса на лице Химуры сменилась виной и резким осознанием того, что он натворил. В этот момент Анжи убедилась, что даже благоразумный демон – все равно демон. Это его природа, которая время от времени будет себя проявлять. И охотнице надо будет решить – убить демона сейчас или, наблюдая со стороны, верить в его спасение. Верить в него.
– Хватит, Химура. Ты не в себе! – закричала Ветреная и выбежала из палаты, задев плечом Анжелику.
Водной пришлось приложить усилия, чтобы тут же ее не утопить. В конце концов, она бы за это вонзила свой кинжал в сердце демона, даже глазом не моргнув.
– Это все? Ты за этим меня сюда притащил? – зло спросила Анжелика, собираясь последовать примеру Кейрис.
Химура стоял в ступоре. Он тряхнул головой, прогоняя наваждение, и ответил как будто даже не своим голосом:
– Да, прости…
– Кстати, о птичках! Пока не ушла. Францезелин, твое письмо у меня. Ты обронила его дома на полу в коридоре. Верну, как только мы сложим четыре письма вместе! – произнесла Анжелика и, не давая Франц возможности что-либо ответить, ушла из палаты.
Кейрис и Химура
Вынув кинжал охотницы из стены, Химура с отстраненным взглядом развеял свой лед, чувствуя, как покалывают кончики пальцев. Кровь Кейрис, подобно теплому меду, сладким привкусом осела на языке, словно подожженный спирт. Благословенная кровь в теле демона придавала сил, но при этом готовясь изнутри обратить пеплом.
Химура стер ладонью кровь с губ и сполоснул руки в раковине. Покинув палату Огненной, демон увидел Кейрис у распахнутого окна в комнате ожидания и осторожно подошел к ней. Только сейчас Химура осознал, насколько сильно напугал девушку, а ведь по факту не хотел делать ничего страшного, лишь проверить теорию, которую когда-то построил отец. Сработало или нет, он сам не понял. Может, потому что попытался забрать эту мощь силой?
– Конфетка… – осторожно привлек Химура ее внимание.
Услышав голос демона за спиной, Ветреная, вздрогнув, взглянула в его глаза. Шея все еще болела. Но хотя бы кровь не капала на платье.
– Больше никогда меня не спасай. – Кейрис сама ужаснулась от того, насколько серьезно произнесла эти слова. Но пусть лучше все будет как раньше, чем, давая надежду, демон будет использовать ее для получения силы пятого Повелителя.
Химура замолчал, сжав ладонь в кулак, до боли впиваясь в кожу ногтями.
«Четыре – четыре, снова ничья», – подумала Кейрис.
«Она решила, что я ею пользуюсь… Дурак! Идиот!» – в мыслях прокричал Химура на себя. В этот раз он действительно оплошал.
Вместо ответа Химура начертил в воздухе руну истины, направив ее на себя и на
