Был с ними и четвертый агент. Имя неизвестно. Он сбежал. Его еще предстоит найти.
— Фэншоу, так? Вы назвались Франтом Фэншоу.
Старик поднял голову и ухмыльнулся. Его левый глаз был залит кровью. Правый презрительно смотрел на Лаури.
— Так и есть. Я был знаменит, и это имя не забудут. А у тебя есть имя, линейный? Его будут помнить?
Попытка психопата сохранить собственное достоинство. Лаури ничего не ответил.
Агент засмеялся. Лаури был рад, что его глаза скрыты защитными стеклами противогаза; он не хотел, чтобы враг видел, как его передернуло от отвращения.
За спиной Лаури его люди убирали трупы.
Немногие жители Гринбэнка выжили после атаки. Лаури предпочел бы предупредить население о необходимости эвакуации, если бы мог это сделать, не привлекая внимания врага.
— Это вы виноваты. Из-за вас пришлось это сделать. Вы прятались среди невинных людей.
Агент закатил правый глаз:
— Да брось, линейный...
Рана на левом глазу агента уже начала затягиваться. Мерзкая сила его Хозяина все еще струилась по его венам, исцеляя плоть. Лаури видел, как под кожей старика двигались и срастались сломанные кости. Через пару часов он будет силен, как прежде.
— Покажи мне лицо, линейный. Ты уродлив? Конечно, все линейные уродливы, но насколько уродлив ты? Для меня это важно. Покажи лицо. Ты боишься меня? До сих пор?
Лаури боялся. Никогда еще он не подходил к агенту так близко. Тяжелый ком страха ворочался в животе, по коже бежали мурашки. Он убрал руки за спину, чтобы те перестали дрожать. Глаза под маской пристально изучали агента.
Скольких убил Фэншоу? Младшие офицеры еще подсчитывали потери, но потеряли они немало. Войско Лаури значительно поредело. Повсюду, куда ни глянь, дымящиеся птицелеты, броненосцы, грузовики. Улицы усеяны трупами — в основном это жители Гринбэнка, но тел в черной униформе Линии куда больше, чем того хотелось Лаури. От рук Фэншоу пали дюжины, не говоря уж о том, сколько пало от рук женщин.
— Я не стану спрашивать, как тебя зовут, линейный. Это не имеет значения. У таких, как ты, нет имен.
— Лаури.
— Ты мне надоел, линейный. Ты отвратительный и ничтожный тип.
— У нас есть на тебя досье, Фэншоу.
— Кто бы сомневался! Чтение моего досье скрашивает твою унылую жизнь? Думаю, да. Я мог бы многое тебе рассказать, линейный.
— Мужеложец. И куритель опия.
— И что стого?
— Кридмур выдал нам твое месторасположение, Фэншоу.
Отчасти это было правдой. Кридмур произнес свое имя, имя Фэншоу и название отеля в Гринбэнке, когда подслушивающее устройство было рядом. Пятью часами позже связисты расшифровали информацию и немедленно предоставили ее Лаури.
Фэншоу иронично поднял бровь и промолчал. Лаури ожидал другой реакции.
— Куда сейчас направляется Кридмур, Фэншоу?
Лаури надеялся поймать Кридмура вместе с остальными. Ему не повезло. Агент не спешил в Гринбэнк. Лаури нанес удар слишком рано. Он еще не знал, накажут ли его за эту ошибку. Скорее всего, да.
— Понятия не имею, линейный. Мы с Кридмуром уже много лет не общались с глазу на глаз. Хочешь узнать о нас все сплетни? Разнюхать наши тайны?
Расположение подслушивающего устройства можно засечь, но лишь с точностью до пары миль, в зависимости от обстоятельств — плохая погода или близость к большим скоплениям Первого Племени мешают передаче сигнала. В Доме Скорби сигнал был отвратительным. И конечно же для того, чтобы получить и расшифровать сигнал, требуется немалое время. Пять часов назад Кридмур и цель были в нескольких милях к северо-западу от Гринбэнка. Где же они сейчас?
Фэншоу мигнул левым глазом. Отек уже почти сошел.
— Ты девственник, линейный? Твои хозяева разрешили тебе спариваться? Они считают тебя достойным произвести потомство?
Лаури хлопнул ладонями в перчатках, и его помощники поднесли низкий складной металлический столик. На столике были аккуратно разложены три Ствола — рукоятями к Лаури, смертоносными дулами в сторону.
Помощник протянул Лаури чугунный молот, который ему пришлось держать обеими руками. Он поднял его над головой и обрушил на лежавшее слева оружие. Стол зазвенел, как треснувший колокол, и сталь заискрилась. Среди звона Лаури услышал едва различимый крик. Он молотил снова и снова, пока не вспотел, лицо его покраснело.
Наконец он сорвал противогаз и перевел дух.
Стол и землю вокруг усеяли яркие серебряные пружины и черные деревянные обломки Стволов. Тонким слоем рассыпался сернистый порох — кровь демонических тварей.
— Значит, их все-таки можно убить. — Лаури отбросил молот и глотнул воздух. — Твой Хозяин покинул этот мир, Фэншоу. Вернулся в Ложу. Оставил тебя одного. Я знаю, он вернется и найдет себе нового слугу. Но ты уже не воскреснешь.
Лаури с удовольствием отметил, что агент переменился. Теперь, когда Хозяин покинул его, он казался беспомощным, испуганным, старым и слабым. Его раны почернели, а из левого глаза снова полилась кровь.
— Снимите его оттуда. Теперь он не опасен, да и гонору у него поубавилось. Ладно. Займемся делами.
27. ЧЕРЕЗ ГРАНИЦУ
Они ехали на юг к Гринбэнку по открытой местности. Светало, небо исполосовали красные и серые сполохи. Вдали виднелись черные силуэты деревьев.
Они ехали по краю крутого каменистого спуска. Далеко внизу, у его подножья, белели речные пороги; за ними простирались на запад пустынные земли.
Генерал ехал с Кридмуром; тот грубо привязал его к своей спине. Кридмур рассказывал истории:
— ...тогда я входил в круг Фэншоу в Гибсоне. Я был молод и только начал служить Делу. Мы были самыми завидными парнями в городе. Все модники и модницы Гибсона старались нам угодить!
Лив не реагировала на его рассказ. Она терпеть не могла его голос.
— Все банки должны были платить нам оброк. Наверное, деньги уходили на финансирование сражений на каком-нибудь фронте. Не знаю. Стратегом у нас был Фэншоу. И вот, Лив, в один прекрасный день мы с Фэншоу и Каской... Ах, Каска! Мрачная красавица! Ее мы выловили из реки еле живой — она решила покончить с жизнью, обрядившись в черное платье. Тогда-то мы и завербовали ее в наши ряды...
Лив держала руки на поводьях. Она ощутила покалывание. Вырваться и сбежать хотелось так сильно, что она едва сдерживалась. Ее пальцы непроизвольно дернулись.
— Ну и вот, мы с Фэншоу и Каской навестили управляющего одного банка, который отказывался нам платить, и Фэншоу, невозмутимый, как всегда...
Пристрелит ли он ее? Может, да, а может, и нет. Но попробуй она сбеги — непременно найдет и, скорее всего, утащит с собой, перекинув через плечо... Терпеть такое унижение она не хотела.
