жгут, прежде чем втолкнуть в вертолет, но сейчас никто не оказывал раненой помощи; кровь обильно впитывалась в бинты, впопыхах намотанные на голень.
Норе трудно было поверить, что происходящее — не сон, страшный и бессмысленный. Все случилось так быстро! Только что они стояли на пороге головокружительного открытия, а через считаные секунды с неба, будто колесницы разгневанных богов, спустились вертолеты, Виджила хладнокровно убили, а теперь Нора — пленница, она летит в потемках навстречу неведомой судьбе.
Нет, это все нереально… Но боль в запястьях, беспощадно стянутых пластиком, доказывала, что Нора вовсе не спит.
Сидевший справа Таппан молчал. Из раны на его лбу тоже шла кровь, но уже не так сильно. Когда вертолет взлетал, Таппан встретился взглядом с Норой, но после он с каменным лицом глядел лишь прямо перед собой, на фигуру в глубине вертолета.
Нора тоже глаз не сводила с этого человека. Судя по нашивкам, капитан, а больше по его одежде ничего определить нельзя. Форма полевая, но что означает ее светло-серый цвет, Нора не знала. И на месте нагрудной нашивки какие-то мелкие незнакомые значки.
Военный безо всякого выражения смотрел на пленников, упершись локтями в колени. В правой руке он небрежно держал штатный «зиг» — из этого пистолета капитан не моргнув глазом убил Виджила и ранил Сесилию.
Мрачные размышления Норы прервало ощущение, которое ни с чем не спутать: вертолет идет на посадку, причем быстро. Она выглянула в иллюминатор: вокруг только темная горная пустыня. Нет, кое-что Нора все-таки рассмотрела. Внизу, обозначая углы квадрата, загорелись четыре красных огонька. Пока вертолет кружил над огоньками, они медленно мигали. Изнутри невозможно было определить высоту полета, а значит, и размеры квадрата.
Но вот машина начала вертикальный спуск, и вскоре стало ясно, что огоньки освещают посадочную площадку.
Минуту спустя шасси коснулось земли. Норе показалось, что они летели всего пять, максимум десять минут, но она была настолько сбита с толку, что легко могла ошибиться. Дверь открыли снаружи, и здесь их встречали такие же солдаты с автоматами. Капитан выпрыгнул из вертолета, а вслед за ним не слишком деликатно высадили Нору и Таппана. Еще один солдат помогал раненой Тот.
Нора огляделась, но в темноте смогла увидеть очень немногое. Похоже, они на равнине среди низких черных холмов. Рядом тянется горная гряда, а над головой раскинулось бескрайнее звездное небо. Слева длинное, низкое здание, — возможно, когда-то оно служило ангаром, но часть крыши провалилась, обнажив металлические ребра каркаса. Рядом чернели силуэты других зданий, таких же ветхих, — похоже, это бараки. Разрушенная водонапорная башня довершала картину запустения. И больше вокруг ничего. Даже посадочная площадка, на которой они стоят, — участок голой земли; песок на нем лежит причудливыми узорами, созданными потоками воздуха от лопастей вертолета.
Капитан выкрикнул команду, солдаты вскинули оружие и снова построили гражданских в шеренгу. Все еще не оправившиеся от шока, те молча подчинились. Один солдат поддерживал Тот. Другой что-то громко и неразборчиво рявкнул. На какую-то ужасную секунду Норе подумалось, что пленников сейчас расстреляют.
Но выстрелов не последовало. Зато на водонапорной башне, которая миг назад казалась совершенно брошенной, замигал зеленый свет. Земля под ногами у Норы вдруг пришла в движение, послышался низкий вибрирующий звук. Нора опять почувствовала себя как во сне. Внезапно она с изумлением поняла, что движется вниз. Вертолет, солдаты, посадочные огни и слой песка — все находилось на платформе, которая теперь опускалась под землю. Устройство напоминало гигантский элеватор на борту авианосца. Они погрузились почти на сто футов и остановились в темном отсеке, залитом красноватым светом.
По кивку капитана к Норе и Таппану подошла еще одна группа солдат. Угрожая автоматами, они заставили гражданских сойти с площадки. Лопасти вертолета все еще лениво вращались. Когда пленников уводили, Нора краем глаза заметила, как появились рабочие, чтобы добавить песка и разровнять его, готовя и площадку, и вертолет к возвращению на поверхность.
Замаскированный вход в шахту закрылся, и вспыхнул яркий свет, озарив подземное пространство. В отличие от безлюдной пустыни наверху здесь жизнь била ключом. Сбоку Нора увидела два свободных отсека для вертолетов, а за ними располагался небольшой автопарк, состоявший из внедорожников с открытым верхом. В дальнем углу огромного помещения Нора заметила ряд окон, — похоже, там механический цех.
Подошел человек в халате, толкая перед собой каталку. На нее уложили Тот и подняли бортики.
Пленников повели по широкому коридору. С рук Норы так и не сняли стяжку. Один солдат шагал впереди, другой замыкал шествие. Нора озиралась, пытаясь сообразить, что это за место, но она еще не оправилась от шока, да и вообще все происходящее было настолько дико, что не укладывалось в голове. Судя по разметке на стенах и строго функциональной обстановке, это военный объект, причем гораздо более новый, чем полигон наверху. Стены и пол из литого бетона выкрашены в светло-зеленый.
Время от времени Нора проходила мимо открытых дверей или больших окон — одни были темны, за другими сидели военные, склонившись над рабочими столами; один солдат трудился в серверной комнате. Тут и там ответвлялись коридоры. Человек в халате свернул в первый из них, увозя протестующую Тот.
Главными особенностями этого места были гигантские размеры, относительная пустота и то явное обстоятельство, что все здесь подчинено единой цели. Но что это за цель, Нора даже не догадывалась.
Шедший впереди солдат остановился у двери. На ней был черный трафаретный номер, а в остальном она ничем не отличалась от десятка дверей, уже оставшихся позади. Солдат дважды стукнул в дверь прикладом, а потом с усилием сдвинул ее с места. Она отъехала в сторону и скрылась в бетонной стене.
Норе в поясницу уперся ствол автомата — ее гнали вперед. Они с Таппаном вошли в просторный круглый зал, почти лишенный обстановки. Под высоким потолком длинные окна из темного стекла плавно изгибались сообразно форме стен.
Посреди зала стояли стол из неотделанной древесины, такой же аскетичный, как и все в этом странном месте, и три стула. А за столом сидел мужчина. В отличие от остальных он был одет в парадную форму, а не в полевую; на погонах красовались золотые орлы. Когда пленников подвели к столу, мужчина не встал со своего места. Он был тонким, как спица, с бледными глазами, коротко подстриженными седыми волосами и высокими скулами, казалось вырубленными топором.
Солдаты встали по сторонам от группы пленников с оружием на изготовку. Как только они заняли свои посты, мужчина отрывисто кивнул сначала Норе, потом Таппану.
— Меня зовут полковник Раш, —
