того, эти самые преданные мои друзья буквально спасли меня от незавидного будущего, и я вслед за классиком вполне уверенно могу сказать: всем самым лучшим в себе я обязан книгам! Что же касается гадкого и плохого, также намешанного во мне с избытком – то это уже мое, разумеется. Но без книг я бы точно пропал – у меня просто не было бы перед глазами положительных примеров в виде противоядия от всей той грязи, через которую нам, детдомовцам, пришлось пройти!
И то, что я остался на плаву, а не пошел ко дну, как многие мои одноклассники – во многом заслуга любви к чтению, которая была привита мне еще в раннем детстве. Шутка ли сказать, ведь за меня боролись такие серьезные ребята, как Пушкин, Толстой, Достоевский, Куприн, Есенин, Тургенев и Лермонтов! И если я сразу после детского дома не загремел в тюрьму, то только благодаря их благотворному и оберегающему влиянию…
Ведь по злой усмешке судьбы мы не имели рядом с собой любящих нас родителей, которые могли бы вправить нам мозги – очень многие вещи нам приходилось постигать на собственном опыте, и не всегда этот опыт оказывался полезным. Кое-что нам и вовсе следовало бы не знать, поскольку это калечило и разрушало нас изнутри! Но что тогда могло уберечь горемычную сироту от отчаяния и мерзостей окружающей его жизни? Только книги, с которыми мне ни на минуту не хотелось расставаться!
Читать в детском доме было нелегко. Книги будили мое чересчур пылкое воображение, рождая в голове целый вихрь всевозможных образов и эмоций – я готов был проливать слезы над несчастной судьбой какого-нибудь отверженного героя и, несомненно, пролил бы, если бы умел плакать. Все люди в этот сокровенный момент казались мне братьями, и каждого я готов был расцеловать от переизбытка чувств!
Но стоило мне захлопнуть книгу, как я обнаруживал вдруг огромную пропасть между тем художественным вымыслом, над которым еще несколько минут назад собирался облиться слезами и реальной жизнью, протекавшей в стенах интерната. Никакой гармонии между ними, конечно же, не наблюдалось! Да и сам я вместо положительного литературного героя, которым мнил себя во время чтения, превращался во вполне себе отрицательного персонажа, достойного, разве что, сожаления…
С одной стороны, я жил в каком-то прекрасном, хоть и выдуманном мире идеальных образов и картинок, но в то же время, детский дом добавил в мой характер изрядную долю жестокости и цинизма. Получился некий странный гибрид, удивлявший учителей своей начитанностью и расстраивавший их отчаянно хулиганским поведением. В общем, я был впечатлительным книжным мальчиком, с той лишь разницей, что мог набить морду любому, кто у меня эту книгу попробовал бы отнять!
Честно говоря, не понимаю, как можно не любить читать? Это же так приятно и увлекательно! Везде, куда бы не заносила меня жизнь, я прежде всего думал о книгах. И если раньше в старину, человек, входя в дом, сразу же искал глазами икону, чтобы на нее перекреститься, то я незамедлительно направлялся к книжной полке и просил показать мне домашнюю библиотеку.
Иногда, придя в гости к кому-то, и не обнаружив там ни единой книги, я искренне удивлялся дремучести хозяев – и как они только умудряются обходиться без вдумчивого и серьезного чтения? Неужели полагаются лишь на телевизор, который следовало бы выбросить из квартиры в первую очередь?!
Для меня люди, не любящие читать, представляются какими-то умственными инвалидами. Вот предложи такому человеку деньги, он разве откажется? Нет, конечно – ухватится за купюры и попросит еще. Но тогда почему этот чудак так пренебрежительно относится к книгам, которые представляют неизмеримо большую ценность, чем деньги? Ведь это – кратчайший путь к родственной тебе душе!..
К сожалению, нередко получается, что когда ты даришь какому-нибудь невежде хорошую книгу (в надежде на то, что дурак однажды все-таки поумнеет) он воспринимает это чуть ли не как личное оскорбление. Еще и обижается, скривив рот: дескать, зачем мне эта книжонка?! Не понимает, идиот, что это лучший подарок, какой только может сделать человек человеку!
Мне, кстати, помимо собственно книжных произведений, всегда нравилось читать афоризмы и крылатые выражения разных авторов. Я понимаю, что те же цитаты не дают полного представления о творчестве писателя (это все равно, что наковырять изюму из булочки), но зато они позволяют сделать драгоценную выжимку, концентрат из творческого наследия автора и могут подтолкнуть нас еще раз перечитать любимые книги. А больше всего мне по душе писатели, в произведениях которых я нахожу созвучные мне мысли. После которых очень хочется хлопнуть себя по лбу и нагло заявить: так это же он у меня прямо с языка снял!
Писатели, которых мы называем великими, не просто рассказывают нам увлекательную историю той или иной жизни – они делают нас полноценными ее участниками, погружая во все нюансы повествования и заставляя от всего сердца сопереживать героям книги. Но им и этого мало! Безраздельно завладев нашим вниманием, они, подобно добрым волшебникам, начинают исподволь, незаметно врачевать наши души! Ведь после прочтения какой-нибудь потрясающей книги, так же, как и от прослушивания гениальной музыки или созерцания изумительной картины, человек пусть даже немного, чуть-чуть, самую малость, но становится лучше – в этом и заключается главная ценность настоящего искусства!
Раз за разом перечитывая нашу русскую классику, которую некоторые зарубежные авторы совершенно справедливо называли божественной, я искренне любовался ее удивительными героями: Гриневым, Онегиным, Печориным, Базаровым, Карамазовым, Болконским, Мышкиным… И даже такие отрицательные, на первый взгляд, персонажи, как Обломов, Раскольников или Чичиков вызывали у меня лишь тихую радость – настолько живо и ярко они написаны!
Иногда я с трепетом думал: вот бы собрать их всех вместе под одной обложкой – бессмертных героев великой русской литературы, которые давно уже стали гораздо более реальными, чем обычные люди, оказывая огромное влияние на всю нашу жизнь! И не просто собрать, а поставить в определенные условия и заставить добиваться какой-то очень важной, прекрасной цели, чтобы потом с затаенным восторгом наблюдать, как они взаимодействуют друг с другом!
А с другой стороны, сколько хороших книг поднесь написано: честных, добрых, проникновенных! В которых отражены слепки с душ человеческих, и каких потрясающих душ! И вроде бы читают их люди, но нравы человеческие от этого почти не меняются. Казалось бы, все давно уже должны прийти к какому-то духовному катарсису и нравственному совершенству, но человек как был скотиной, между нами говоря, так ею и остался.
Еще Гоголь писал, что наш национальный гений Пушкин
