— Не обижайтесь, Мерри, ваше платье, должно быть, прекрасно выглядело в Корнуолле, и оно действительно вам идет, но вряд ли вас можно ввести в свет без подходящего гардероба, — произнесла Белла, поставив чашку и подпирая ладонью подбородок.
Мередит, уже успевшая прийти к такому же заключению, ничуть не оскорбилась.
— Я не намереваюсь вращаться в свете, Белла, так что это не играет роли.
— Не думаю, что это подойдет Дэмиену, — осторожно заметила Белла.
— Что именно не подойдет? — со смехом осведомился Дэмиен, открывая дверь так тихо, что женщины ничего не услышали. Сердце Мерри куда-то упало и покатилось. Она подняла глаза на Дэмиена и, невзирая на весь свой гнев, почувствовала, что тянется к нему, как подсолнух за солнцем.
— Доброе утро, моя маленькая авантюристка, — тихо приветствовал он.
— Доброе утро, лорд Ратерфорд.
На нем был каррик — пальто с несколькими воротниками-пелеринами, сшитое специально для езды верхом и служившее, как позже узнала Мерри, знаком его принадлежности к клубу «Четырех коней». Сняв его вместе с перчатками и отороченной мехом треуголкой, Дэмиен положил все на диван в углу гостиной.
— Доброе утро, сестра, — приветствовал он Беллу и, поцеловав в щеку, заметил: — Вижу, ты по-прежнему полощешь свои внутренности этими помоями.
— Ты всегда так очарователен, братец, — мило улыбнулась Белла. — Хочешь присоединиться к нам?
— Благодарю, нет. Я позавтракал на рассвете. Но составлю вам компанию, пока Мередит не поест.
Он даже руки ей не пожал, но Мерри ослабела до такой степени, что боялась упасть в обморок. Наконец она взяла себя в руки и с ледяным достоинством ответила:
— Я уже сыта.
— В таком случае можно начинать ссориться, — дружелюбно объявил он. — Только с глазу на глаз. Ты извинишь нас, Белла?
— Разумеется, — выдохнула сестра, с беспокойством поглядывая на любовников. — Боже, я искренне надеюсь, что вы сумеете прийти к соглашению. Почему бы вам не пойти в утреннюю гостиную и не приказать Грантли, чтобы вас никто не беспокоил?
Дэмиен кивнул, открыл перед Мерри дверь и шутливо поклонился, пока она, задрав нос, проплывала мимо него.
— Направо.
Теплая ладонь чуть подтолкнула ее вперед, и у Мередит мурашки пробежали по спине. Он почувствовал, как она дрожит, и удовлетворенно улыбнулся, чего, к счастью, Мередит не заметила.
Они очутились в очередной элегантно обставленной комнате, отделанной в солнечно-желтых тонах. Вполне подходит для того, чтобы провести в ней утро, рассеянно отметила Мередит. Дверь за ней захлопнулась, и Мерри со странным душевным трепетом повернулась лицом к возлюбленному.
— Я так скучал по тебе, — мягко признался он. — Даже не представлял, что можно так тосковать по кому-то. — И, задумчиво покачав головой, продолжал: — Нет не думаю, что позволю тебе ссориться со мной.
Не дав ей вымолвить ни слова, он сжал ее в объятиях. Мерри успела лишь протестующе пискнуть, прежде чем дыхание ее пресеклось под безжалостным, требовательным поцелуем. И тут всякое желание возражать исчезло вместе с решимостью противиться его рукам и губам, и их близость, как всегда, заменила ей весь мир.
Все еще прижимая ее к себе, Дэмиен отступил к ближайшему креслу, поднял голову и медленно провел руками по телу Мередит. И только потом опустился в кресло так, что Мерри оказалась у него между ногами. Положив ладони ей на бедра, он улыбнулся.
— Ты неотразимо пленительна с этой прической. Как твоя нога?
И, не дожидаясь ответа, поскольку язык, кажется, не повиновался Мередит, Дэмиен преспокойно поднял ее муслиновые юбки и вышитые нижние юбки.
— Не смей! — в ужасе прошептала она. — А если кто-то войдет.
— Ты же любишь рисковать! А я поклялся удовлетворять твою ненасытную жажду опасности где и как только возможно. Держи свои юбки. Я хочу взглянуть на твою рану, а для этого прежде нужно снять чулок.
Мерри словно во сне покорно схватилась за подол, пока Дэмиен распутывал подвязку. Тщательно пристроив ее на ручке кресла, он медленно и осторожно принялся скатывать шелковый чулок. Мерри молча дрожала, ощущая дуновение прохладного воздуха. Дэмиен, ни слова не говоря, взялся за кружевную оборку ее белых панталон. Длинный палец обвел тонкую красную линию, все еще выделявшуюся на белоснежной коже.
— Шрам останется, — деловито заметил он. — И послужит тебе напоминанием вести себя в будущем немного поосторожнее.
— Это ты рассуждаешь об осторожности? Ты?!
— Тише, — попросил он, прижимая губы к шраму. Его руки скользнули назад, под юбки, жадно стиснули ягодицы.
Мередит судорожно сглотнула, противясь горячей волне, медленно разливавшейся в животе. Его губы двинулись вверх, прожигая тонкий батист панталон и прижимаясь к пульсирующему бугорку под рыжеватыми завитками, бугорку, где в этот момент сосредоточилась вселенная. Она неслась на вздымающейся волне наслаждения, молясь только, чтобы он не отодвигался. Продолжая держать ее одной рукой, он проник пальцами другой во влажную раковину, где его прикосновению открылись все тайны желания. Сознание того, что их свидание в любую минуту могут прервать, придавало еще больше остроты блаженству и доводило Мерри до лихорадочного безумия. Не в состоянии сделать ничего, кроме как стоять между его коленями, прижатыми к ее бедрам, и покорно предлагать себя властному повелителю, хорошо знавшему, как довести ее до головокружительного экстаза, она лишь безмолвно трепетала, отдаваясь водовороту ощущений.
— Ну вот. Теперь ты окончательно отказалась от мысли поссориться со мной, правда, Мерри? — мягко осведомился Дэмиен, как только она перестала биться в конвульсиях и смогла стоять без его помощи.
— Дьявол тебя забери, Дэмиен, — слабо и без особой убежденности пробормотала Мерри. Но Дэмиен только рассмеялся и, натянув чулок, закрепил подвязку с ловкостью, говорившей о большой практике. Юбка, словно занавес, вновь скрыла щиколотки и была медленно расправлена на бедрах.
— Ну а теперь, любовь моя, перейдем к делу, — суховато объявил Дэмиен, что еще больше усилило чувство нереальности происходящего. Разумеется, она смутно сознавала, что он ведет ловкую игру. Постоянно сбивая ее с толку, он старался, чтобы она не смогла и слова против прошептать, не говоря уже о том, чтобы сорвать на нем гнев за бессовестный обман, приведший ее на Кавендиш-сквер. Мало того, она даже не смогла сразу вспомнить, почему не хочет здесь находиться.
— Белла успела объяснить тебе наш план? — продолжал Дэмиен, не сводя с нее пристального взгляда и вполне довольный тем, что видит. В поединке с грозным противником приходится действовать любыми средствами, забывая иногда о строгом кодексе чести. Кроме того, он прекрасно знал, как мало терзали бы Мерри угрызения совести, окажись она на его месте.
