Внутри было душно и пахло сыростью. Весь пол покрывали сухие листья, в углу валялось старое одеяло. В голове у Кейт завертелись воспоминания. В этом домике много лет назад они занимались любовью.
— Ну как тебе здесь? — прошептал Джейк. Чувствовалось, что его настроение явно улучшилось. Он считал проведенный с родителями вечер очень удачным. Не в пример Кейт.
— Только не думай, что я лягу с тобой сюда, в эту грязь, — заявила она. — Этого еще не хватало.
— А где же твоя безрассудность, любовь моя? Где ты ее растеряла? — Джейк притянул Кейт к себе. — Когда приедем, ты останешься у меня.
— Ммм… — Она закрыла глаза и уткнулась ему в плечо. — Не знаю. Во-первых, Эйприл дома одна, к тому же завтра на работу. Я думаю, самое разумное сразу отправиться в постель.
— Отличная идея.
— Каждый в свою, — улыбнулась Кейт.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — хрипло пробормотал Джейк, скользя языком по ободку ее уха. А затем приник к ее губам.
— На это одеяло я ложиться не буду, — прошептала Кейт в паузах между поцелуями, которыми Джейк покрывал ее рот, щеки и подбородок. А потом обняла его и вздохнула: — В принципе, этим можно заниматься и стоя.
Джейк стянул с нее свитер и начал расстегивать блузку. Изнемогавшая от духоты, Кейт была не прочь освободиться от части одежды. И вот уже блузка расстегнута. Теперь Джейк возился с застежкой бюстгальтера. Впрочем, недолго. Кейт вздохнула, и ее груди легли в его ладони.
— Боже мой, Кейти, ты прекрасна, — прошептал он, лаская набухший бутон.
Кейт схватила Джейка за плечи. Желание переполняло ее настолько, что хотелось кричать. Она застонала. Джейк приник к ее восхитительному бутону.
— Пожалуй, лучше сесть на пол. — Кейт соскользнула вниз. — Твоя нога. Тебе же больно стоять.
Он опустился рядом.
— Джейк! — прошептала Кейт. — Почему ты вдруг вылез насчет того, что мы поженимся?
— Я хотел, чтобы она знала, — с трудом ответил он.
— А зачем она?.. О, Джейк… — Его язык коснулся ее языка.
— Не надо больше ничего говорить, — взмолился он. — Потом…
Джейк потянул молнию на ее джинсах. Кейт потеряла рассудок. Совершенно ослабевшая, она наблюдала, словно сквозь туман, как Джейк раздевает ее. Последнюю точку он поставил, подцепив пальцем мало что прикрывающие кружевные трусики и стянув их. А затем приблизился к средоточию ее женственности.
— Пожалуйста… пожалуйста… — Кейт выгнулась. Ей казалось, что она сейчас умрет от желания.
Он осторожно взял ее руки и приложил их к тому месту, где у него были туго натянуты джинсы. Как только Кейт коснулась молнии, Джейк застонал и уткнулся лбом в ее голое плечо.
Вся охваченная огнем, действуя не менее проворно, Кейт быстро сняла с него брюки и трусы.
— Кейти… — прошептал Джейк.
— Ты сказал, что не надо ничего говорить! — выдохнула она.
— Я люблю тебя.
— А я люблю тебя еще боль… О-о-о! — В это мгновение он вторгся в нее, и так глубоко, что она закричала, но не от боли, а от удовольствия…
— В следующий раз… обязательно привезу с собой одеяло, — говорил Джейк, тяжело дыша.
Кейт засмеялась:
— Восемнадцать лет назад у нас с тобой было здесь больше комфорта.
— Нет, — вяло улыбнулся он и потянулся за своей одеждой. — Сейчас гораздо лучше.
Кейт встала, и Джейк застыл, потрясенный ее красотой. Длинные ноги дивной формы и соединяющий их вверху треугольник густых мягких каштановых волос, стройная талия, нежная кожа, груди, которые, казалось, созданы для того, чтобы их ласкать. И в довершение ко всему ангельское лицо. Она была чарующе восхитительна. Долгие годы Джейк пытался забыть ее внешность, настроить себя против этой, как он считал, расчетливой и амбициозной эгоистки. И вот теперь, любуясь, он понимал, что все его усилия были напрасны. Ее припухших от поцелуев мягких розовых губ коснулась улыбка. Ресницы трепетали, а глаза… о, эти пленительные глаза, одновременно чистые и загадочные.
— Есть еще одна причина, почему я привел тебя сюда, — сказал Джейк, вставая.
Кейт надевала джинсы. Накрашенный розовый ноготь большого пальца ее ноги чуть высунулся из брючины наружу. Ничего более сексуального Джейк никогда в своей жизни не видел.
— Что за причина? — спросила она.
— Сейчас скажу.
Кейт застегнула джинсы и натянула блузку. Джейк тоже надел джинсы, но еще был без рубашки.
— Какая причина, милый? — снова спросила Кейт, прижавшись щекой к его груди.
— Вот это. — Тэлбот извлек из кармана небольшую черную коробочку.
Кейт открыла ее дрожащими пальцами. На черном бархате лежало кольцо с крупным бриллиантом.
— О Джейк.
— Именно такое я хотел купить тебе много лет назад. — Он усмехнулся. — Может быть, это к лучшему, что пришлось подождать.
Видя, как Кейт взволновалась, Джейк взял кольцо и осторожно надел ей на палец. Бриллиант вспыхнул и засиял всеми своими гранями. Помолвка состоялась.
— Я не могу в это поверить, — выдохнула Кейт.
— Ну, так ты согласна выйти за меня замуж? — спросил Джейк.
У Кейт неожиданно пропал голос, поэтому она только улыбнулась и кивнула.
— Выходи за меня, — прошептал он, целуя ее. — Выходи за меня поскорее.
— Когда захочешь, — ответила она.
— В таком случае давай обсудим все прямо сейчас, потому что мне не терпится создать семью!
Глава 17
Кейт натянула на себя одеяло и, несмотря на то, что было жарко, зябко поежилась. Никакая жара не могла растопить лед в ее душе. Бриллиант на пальце лукаво подмигнул, как будто насмехаясь.
«Мне не терпится создать семью…»
У Кейт была еще одна ужасная тайна: она больше не могла иметь детей.
Совершенно того не желая, она присовокупила к первой лжи еще одну.
Вчера в домике для гостей Джейк сказал ей еще кое-что:
— Понимаешь. Мне всегда очень хотелось иметь детей. Ребенка. С Селией у нас не получилось. И слава Богу. Это я сам постарался, мысли не допускал, что у нас с ней могут быть дети. И вообще я расстался с мечтой о том, что когда-нибудь встречу такую женщину, с которой захочу иметь детей. Это потому, что я никого, кроме тебя, никогда не любил. Понимаешь? Но теперь, когда мы вместе, все меняется. Верно? — Он с тревогой посмотрел на нее.
— Но сейчас у меня голова совсем не соображает, — прошептала Кейт.
Джейк пытался поймать ее взгляд.
— Но ты же хочешь детей? Я имею в виду еще одного ребенка?
— Мне бы очень хотелось иметь еще одного ребенка, — проговорила она. — Но я… ты так торопишься.
— Да, тороплюсь. Потому что и так потеряно много времени.
