бог.
Я уже начала кипятиться:
– Кто?
Кир тяжело вздохнул и на выдохе прошептал:
– Привидения.
И что мне после этого делать? Заранее пугаться или радоваться, что я одна из редких землян увижу самое настоящее привидение? Главное, чтобы моему… нашему сыну ничего не навредило.
– Ир, они на самом деле безобидные, – виновато осмотрел на меня Кир. – Но выглядят жутко иногда. Я пару раз в молодом возрасте в башню лазил. Он тогда славно надо мной поиздевались. Хочешь, я с тобой пойду?
Я только хотела сказать, что хочу, как Тир перебил мои мысли:
– И тогда ее искра точно не проснется, а ваш ребенок не станет полноценным потомком богов. И да, – он смущено отвел глаза. – Я тоже туда пацаном пробирался. Как видишь, жив и здоров. А пока идите, отдохните и пообедайте. В башню нужно идти в полночь. Времен у вас еще достаточно.
– Надо же, ты ему понравилась! – шепнул мне Кир, когда мы поднимались по широкой лестнице в спальные покои. – Меня он даже на порог не пускает.
– А, по–моему, в этот раз ты в корне поменял впечатление о себе.
– И все это благодаря тебе! – он широко улыбнулся, приобнял меня за плечи и поцеловал в висок. А приятно, черт возьми!
– И что там с привидениями? – мне эта тема совершенно не нравилась, но идти лучше подкованной и во все оружии.
– Да три ополоумевшие наши с Тиром прабабки никак не успокоятся и пытаются поддержать тот порядок, который был в Алигале тысячу лет назад. Поэтому им и выделили во владение целую башню. А за это они помогают человеческим женщинам пробудить искру, если она в них есть.
– А вдруг у меня ее нет? – заволновалась я.
– Тогда этот ребенок не мог бы быть моим, – он просто пожал плечами, уверенный в своей правоте. А в моей душе тут же поднялась паника. Нет, я точно знаю, чьего сына ношу под сердцем. Но случиться может всякое…
Какие мы, женщины, все-таки мнительные! Я никак не могла успокоиться, нервно ерзая на кресле с высокой спинкой за обедом. И кусок в горло не лез, хотя еда была удивительно вкусной. Вот точно знаю, что лет через десять буду с тоской вспоминать весь этот стол, уставленный изысканными по человеческим меркам яствами.
– Пирку съешь! – Кир протянул мне чашечку с непонятными черными ягодками, напоминающими нашу земную чернику. – Эта ягода в человеческих землях не растет. В своих легендах вы ее зовете манной небесной. Она дает силы и пробуждает магию.
Спасибо, любимый! Сумел отвлечь от грустных мыслей. Я приняла чашку и аккуратно попробовала, закинув ягодку в рот. Она была очень вкусной, такого приятного кисло-сладкого вкуса с сильным земляничным ароматом. Под черной кожицей скрывалась сливочная мякоть, которая буквально таяла во рту. Я закинула в себя еще пару ягод и застонала от удовольствия, прикрыв глаза.
– Понравилось? – с улыбкой уточнил бог. – Значит, у тебя все получится. Люди без искры ее вкус не чувствуют.
С моей души словно камень свалился. Он раньше об этом не мог сказать? Я успокоилась, а довольный викинг утянул меня в кровать. У нас еще было время предаться удовольствию, да и просто поваляться перед походом в башню.
В итоге проснулась я от петушиного крика. Вокруг не было видно ни зги. А разве петухи ночью поют?
– Василиск пропел! – Кир сладко потянулся на кровати. – Скоро полночь!
– Василиск? Этот тот, который с телом змеи и головой петуха?
– А чем он тебе не нравится? Очень милый зверек! – рассмеялся в ответ на мой испуг мужчина. – Вставай, скоро в башню идти.
Я вскочила на ноги, поплескала себе в лицо холодной воды из стоявшего рядом тазика и торопливо оделась. Попутно успев подумать, что вот тазики и колодцы во дворе мне совсем не нравятся. Это что же получается, чтобы искупать малыша, придется воду в котле каком-нибудь греть?
– На это есть слуги, которые будут подчиняться по твоему первому слову! – упс, похоже я все возмущения вслух высказала, или он научился читать мои мысли?
– Ты слишком громко думаешь! – усмехнулся Кир. – Тут никаких талантов не надо. И так все на лице написано.
Понятно, читает! Ну, бог, погоди! Я с тобой еще разберусь! Но сначала в башню!
Мне снова дали чашку с пиркой. Я торопливо проглотила ягоды. Покайфовать времени уже не было. И мы вышли из комнаты.
Башня была в восточном крыле дворца старшего бога, как мне объяснил мой младшенький. Мы долго шли по коридору со стенами, выложенными древними булыжниками, освещаемому факелами. Оказывается, это только в кино красиво. А на самом деле факелы чадят, отравляя воздух дымом и противным запахом. Не критично, но для носа, обремененного беременностью, чувствительно.
Когда пол пошел круто вверх, Кир легко подхватил меня на руки и понес сам.
– А лесенок у вас еще не придумали? – решила для разнообразия поддержать разговор.
– Почему не придумали? Придумали! – густая бровь насмешливо выгнулась. Он даже не запыхался, словно весила я килограмм десять, не больше. Хотя, если вспомнить, как он носил аккумулятор от субарика на шестнадцатый этаж, не все так для него страшно. – Это проход для лошадей. А им легче без лесенок передвигаться. Башня раньше была боевой. Это сейчас в ней привидения живут.
На меня снова накатила паника. Я уткнулась носом в плечо мужчины и протяжно всхлипнула. Честное слово, нечаянно!
Кир поставил меня на ноги, взял за плечи и заглянул в лицо:
– Что случилось? – его глаза тревожно изучали меня.
Эх, беременные гены, зачем вы меня позорите?
– Ничего, всё нормально. Так, эмоции переполняют!
– Эмоции будут переполнять, когда мы будем проходить ритуал связывания жизней. А пока ничего сверхъестественного не происходит!
Ура,
