— Впечатляет, — сказала Эликс, почувствовав, что прижала Алису спиной к стене и отступать дальше некуда.
— А хотите я расскажу свои планы на этот званый ужин? — воодушевленно продолжил Пафнутий. — Никому обычно не рассказываю, вам расскажу. Вышечку конечно запеку целиком. Нафарширую ее же собственным мелко порубленным ливером, добавлю масла, яиц, гвоздики, французской булки. Волосы скопирую из сахарной ваты. Будет стоять посреди стола на коленках как живая, расставив жирные ляжечки и выпятив румяную попку.
Алису затрясло.
Пафнутий навис над ними, как дамоклов кухонный нож.
— Что касается тебя, то главным блюдом будет конечно окорок. Запеченный, с хрустящей корочкой, с травами и трюфелями. Одну половинку сделаю под соусом бешамель. Другую под соусом перигё. Далее пойдут стейки из поясничной вырезки, она у тебя наверняка с тонкими прослойками жирка, мраморное мясо, что называется. Потом жареное филе бедра под перечным соусом с сельдереем и яблоками. Сало с бедер и грудинку отправлю в коптильню, а на стол выставлю…
— А если мы не хотим, чтобы нас на стол выставляли? — высунулась Алиса.
Пафнутий опешил.
— То есть как? Любая еда этого хочет. Иначе какая же это еда?
— Значит, мы не любая. И вообще не еда.
Пафнутий опустил усики.
— Я конечно не имел раньше дела с живой едой. Только с кусками и огрызками…
— Пафнутий, — сказала Эликс. — Нам надо попасть на пересадочную станцию. А к тебе на стол нам попадать ну никак не надо. Времени нет.
— Да? А я думал, любая еда мечтает быть приготовленной умелым поваром. Печалька. Впрочем, как хотите. Не навязываюсь. Тренирую силу воли. Насчет станции, не знаю, чем вам помочь. Бывайте.
Пафнутий сиганул в сторону и через мгновение исчез за поворотом.
Алиса выдохнула и сползла по стене на пол.
И тут же вскочила снова, потому что Пафнутий вылетел из-за угла обратно.
— Совсем забыл. Есть обходной путь к станции. Держитесь крепче.
Он подхватил их жгутиками, прижал к брюху и рванул по коридору в другую сторону.
* * *
Здесь царили полутьма и тишина, которая закладывала уши.
Под ногами пружинили черные плиты, а звук шагов отражался гулким эхом от далеких стен и высокого, скрытого мраком потолка.
Череп шел впереди. Луч его фонаря метался из стороны в сторону, выхватывая из тьмы то кучи лежалого мусора, то ржавые контейнеры. Однажды пробился мимо очередных ящиков и осветил вдалеке несколько остроносых, странного вида космических кораблей, застывших у стены.
— Что это за место? — спросил Первый капитан.
Череп усмехнулся.
— Терпение, капитаны. Скоро все увидите.
Впереди показалось приземистое здание под полуразрушенным куполом.
— Придется пройти сквозь базу, — сказал череп. — Смотрите под ноги. Там слегка намусорено.
«Слегка» оказалось неподходящим словом.
База была забита хламом. Ветошь, тряпки, ржавые детали, покореженный пластик горами высились в каждом помещении. В одном из них кучей лежали бумажные книги. Второй капитан попробовал взять одну, но она тут же рассыпалась в пыль.
Они прошли коридором с закрытыми дверями и сваленном вдоль стен оборудованием. Одна из дверей была приоткрыта, за ней виднелась небольшая комнатка с узкой койкой, письменным столом и стеллажами.
— У меня стойкое ощущение дежа-вю, — пробормотал Первый. — Где-то я это уже видел
— Конечно видел, — клацнул зубами череп. — Отсюда начиналась эта планета. Потом нарастили один за другим десять уровней. Но сперва был только этот. Маленький оазис на голом куске камня. Кому-то пришла в голову идея превратить его в музей. Стали посылать экспонаты. Первые спутники, памятные вещи. Даже целые корабли. Мы их только что видели.
Первый хлопнул себя по лбу.
— Ну конечно! Музей космонавтики! А та маленькая келья в коридоре — жилище его смотрителя. Помните? Мелкий мужичок в старомодной шляпе. Как его? Верховский? Верхушкин?
Череп пролез в тамбур и распахнул дверь наружу.
Вспыхнули прожекторы, осветив гигантский монумент высотой с двадцатиэтажный дом.
Первый расхохотался.
— А я-то гадал, зачем Сукерблюму понадобилось выигрывать в преферанс копию нашего памятника! А он решил музей Трех Капитанов скопировать. Интересно, зачем? И почему в глубоком подземелье?
Три циклопических каменных капитана смотрели на живых, как солдаты на вшей.
— Сукерблюм ничего не выигрывал, — сказал череп. — Он вообще не знает про это место.
— И что все это значит? — спросил Первый. — Кто-то сварганил копию памятника в натуральную величину и засунул ее сюда. Зачем? Или это не копия? Этот кто-то спёр оригинал?
— Давайте поднимемся на вышку, — предложил череп. — Так будет виднее.
Не дожидаясь ответа, он зашаркал к виднеющейся невдалеке спиральной башне. Остальные побрели следом.
Выщербленные плиты под ногами выглядели так, будто по ним долго и упорно ездили танки.
— Кстати, башня тоже экспонат, — сообщил череп, карабкаясь по винтовой лестнице. — Наблюдательный пост землян с их первой базы на Эвридике.
Второй хмыкнул.
— Планеты Эвридики не существует. Это легенда.
— Как скажете, — согласился череп. — Вам виднее.
— Ну, — спросил Первый, поднявшись на узкую площадку и подходя к ограждению. — Что мы должны увидеть?
Они долго разглядывали огромный монумент, вырванный из мрака тремя лучами. Где-то далеко выл ветер.
Третий вдруг издал долгое сипение, словно клапан стравливающий воздух, и отшатнулся.
— Черт возьми! Это же на поверхности!
— Что «это»? — сварливо спросил Первый.
— Лица! К лицам приглядитесь. У того, что в центре нос картошкой. У дистрофика глаза в кучу. А третий, судя по прическе, вообще из враждебного клана. Это не наш памятник! Это не мы. Они на нас даже не похожи.
— Бинго, кэп! — воскликнул череп и хлопнул в ладоши. — Это не вы. И это не копия. Это действительно оригинал. Но не ваш. Этому оригиналу миллионы лет. Это настоящий памятник. Настоящий музей. Настоящая Планета Трех капитанов. Настоящие Три Капитана. А вы — самозванцы.
* * *
Пафнутий сбросил их в низком, круглом помещении, похожим на канализационный коллектор. Дальше вели три трубы, достаточно широкие, чтобы в них смог пролезть человек.
— Обходной путь на станцию начинается здесь, — сказал Пафнутий. — В одной из этих труб. В какой не спрашивайте. Понятия не имею.
— Спасибо, — сказала Эликс. — Дальше мы сами.
— А может лучше ко мне на стол? Все равно же пропадете.
— Это еще почему? — вздрогнула Алиса.
— Вы же здесь не первые. Думаете, уродцы Патриарха про обходной путь не знают? Просто считают, что грызть стену надежнее. А кто здесь пытался, того обычно на куски разносило. Кровь, кишки и все такое.
— Тогда зачем ты нас сюда приволок?
— Сами просили. И потом я не брезгливый. Куски соберу. Может получится сделать из них что-нибудь элегантное.
— Ничего, — сказала Эликс. — Мы знаем, как пройти так, чтобы без кусков.
— Да? — Пафнутий опустил усики. — Жаль. Но я все-равно подожду. Вдруг у вас не получится?
Он стремительно отбежал в сторону и присел у входа.
Эликс вытащила из памяти инструкции Марска, сверилась и шагнула к центральной трубе.
Алиса поплелась следом.
Потайной ход в тамбур был замаскирован под обычное мокрое пятно на стене.
Эликс нащупала утолщение на шероховатом бетоне, за стеной загудело, и пятно отъехало в сторону.
Вспыхнул яркий свет.
Тамбур оказался большим кубическим пространством с голыми светящимися стенами, полом и потолком. Здесь ничего не было. Даже дверей. Пятно за спиной съехало обратно.
— Пошли, — Эликс подавила безотчетный страх и решительно двинулась к стене напротив.
— Может не надо? — пролепетала Алиса. — Я боюсь.
— Назад хочешь? — обернулась Эликс. — В глотку к Патриарху? Или на стол к Пафнутию? Расставить жирные ляжечки и выпятить румяную попку?
