деда Славы, хирурга райбольницы Жана Ивановича (Артем Ткаченко), капитанши уголовного розыска Оли в беретке (блондинка, разумеется, — Екатерина Кузнецова) и балбесистого младшего брата для возрастного разнообразия (открытый подростковым шедевром «14+» и вписавшийся в профессию Глеб Калюжный). Все чтут закон и никогда не выпивают людей досуха, а только по донорскому литру («норму знаем»), после чего у жертв лишь небольшая мигрень и температура 37,2. И не бросают высосанных на снегу, а подстилают дерюжку, чтоб не застудить чего не надо. Кровью снабжает больница, а в сезон вынужденной диеты приходится идти в ночь и подставляться отморозкам — хотя кто еще кому подставляется. Отморозков почти полным составом играет рок-группа из еще одного чудесного фильма «Рок» (2017) — многими пропущенного, но ныне вполне доступного. Как вдруг и среди нежити появляется маньяк, допивающий людей до дна, за что арбитраж по головке не гладит, а рубит топором. Так что вампиры ищут беспредельщика, из Москвы присылают опера с фамилией одного из продюсеров Жалинский и много еще чего происходит загадочного в древнем городе Смоленск с видом на местный православный собор.
Белорусы любят прикинуться буратинами, как вампиры смертными, — но «Дикую охоту короля Стаха» и другие предания рода Яновских национальный классик Владимир Короткевич написал еще в 1958 году, когда в родной словесности было голым-голо, одни только эссе об искренности в литературе. Там у них всякое бывает, и это внушает самые праздничные ожидания от грядущих серий. В перечне исполнителей, между прочим, значится и Виталия Корниенко, переигравшая за минувшие пять лет всех без исключения ангельских деток и возбуждающая своим дистиллированным ангелизмом не меньшие подозрения, чем самый высокооплачиваемый американский ребенок всех времен Ширли Темпл. Если она тоже окажется вампиршей — какой это будет подарок всем поклонникам сложности и неоднозначности в современном кинопроцессе.
А что, девочка бледненькая, прозрачная.
Все может быть, в Смоленске-то этом.
Ставим на попа «Сергий против нечисти», 2022. Реж. Кирилл Кузин
Вампиры обсели Россию со всех сторон.
Не успели мы полюбить Ю. Стоянова в роли патриарха упырского клана («Вампиры средней полосы»), только оценили блеск вурдалачьей конспирологии в «Караморе» и пожалели о слишком лобовой экранизации ивановского «Пищеблока» — в лукавую тему зашла платформа Kion, а с ней известный охальник Кирилл Кузин.
Когда-то в давнем 2007-м он снял «камедиклабовский» бурлеск «Самый лучший фильм», после чего надолго пропал с радаров. Отряд не заметил потери бойца: времена сортирных хохм подходили к концу, а фильм, начинавшийся видом из унитаза, был столь же дерзок и отвратен, как сам Comedy club. В нагло-похабном сегменте масскульта жгли тогда Марюс Вайсберг («Гитлер капут!») и Руслан Бальтцер («Даже не думай») — о них тоже давно ничего не слышно. Юмор мужских застолий вышел из моды.
Индустрия тем часом нагуливала форму — и Кузин тоже. Новый фильм (шесть серий по пятнадцать минут) смахивает на куцый пилот потенциально длинной франшизы, но в этом качестве смотрится недурно. Ироничный вампирский трэш всегда требовал сценарных изысков — и Евгений Русак оправдывает ожидания (в этой рубрике столь давно повелось крыть сценаристов дурными словами, что даже приятно изменить привычке).
По сюжету, вампиры снова в деле. Пьющий священник-шатун (Роман Маякин) процеживает суточные оперсводки на предмет мертвецкой клиентуры и идет на промысел с колом наперевес. По ходу сначала ссорится, затем мирится с борзоватой сотрудницей розыска (Лукерья Ильяшенко; чудесное имя для попадьи). Союз полиции с церковью — лучшее, хоть и слегка архаичное средство от мертвечины. Чтоб не прискучить, поп и инспекторша нравоучений не читают, а действуют по канонам студии Warner brothers (они часом еще не запрещены в РФ? если да — мы предупредили).
Для особо начитанных, бесогона зовут отец Сергий. Вот режиссер Козловский только что в «Караморе» взял имя из Горького, а режиссер Кузин — из Толстого. Оба вольничают с классикой с хипстерским бесстыдством. У графа вчерашний князь-гвардеец принял сан и ушел в затвор, преодолевая порочные соблазны (явно слышны автобиографические нотки). У Кузина, несмотря на сленг, схожая история — что только накручивает интриги для посвященных: неужто столь броская пара, как Маякин-Ильяшенко, так и не перейдет границ служебных отношений? А зачем тогда все — для хиханек? Для песни расчленяемого упыря «Врагу не сдается наш гордый маньяк»?
Нет, мы и здесь ставим на попа. Ибо совершенно не обязательно столь рабски следовать букве классических произведений.
Героиню зовут «конечно, Катя»[40]: у мужчин со сверхспособностями подруг с иными именами не бывает. Капитан Катя мрачно, по-ментовски квасит и ассистирует санитару джунглей с табельным оружием. Замануха, годами не дававшая покоя зрителям «Кувалды» и «Моей прекрасной няни» («сколько можно ходить вокруг да около, гасите уже свет»), здесь работает тоже — но молодой бесогон упорно дразнит напарницу «дочь моя» и на full contact не идет. Почему продюсер Мишин счел уместным скомкать потенциально длинную историю, даже не сведя как следует звук (фонограмма чудовищная), — загадка столетия. Подельники весьма реалистично растворяют в кислоте Кащея Бессмертного, рвут Носферату, рубят бабки (за каждого положена премия патриархии) и вспышками смотрят в кошмарах кадры из другого сериала Kion «Секреты семейной жизни». На экране караоке зависает стоп-кадр: «Прощай, вернуть назад не можем мы / В июльских звездах небосвод».
Фильм выходит неоправданно коротенький.
Рецензия тоже.
Толстый черт ухватил карапузика «Документалист. Охотник за призраками», 2020. Реж. Илья Куликов, Никита Грамматиков
В белой-белой долине стоял белый-белый дом, в белом-белом доме — белый-белый стол, на белом-белом столе лежала белая-белая скатерть, а за столом сидел сценарист Куликов и сочинял кино о черных-черных сторонах нашего подсознания. Его к тому всегда влекло, а лучшие на сегодня продюсеры Федорович и Никишов поощряли: системная мода на неведомое в США может аукнуться и у нас, а это барыш. Куликов же, как говорят, «человек не творческий, а коммерческий», без устали клепает семь сезонов доходного «Полицейского с Рублевки» и в деле вкусового зондирования молодежи незаменим. Правда, в «Перевале Дятлова» на советском прошлом наворотил кучу детских проколов, снижающих убедительность чертей и привидений. Не то чтобы это кто-то заметил, Советы от нового зрителя так же далеки, как динозавры, — но разумнее выходило писать о том, что знаешь, а лучше всего Куликов знал быт успешного сочинителя фильмов про богатеньких. То есть свой.
По сюжету, сторителлер Женя, его бывшая, сценаристка Даша, и толстый оператор Егор сообща креативят документари о потустороннем: культе вуду, ведьмах, экстрасенсах, упырях и тому подобной нечисти в нашей жизни. Довольно скоро у каждого обнаруживаются психотравмы — и вуду,
