когда он обретет такого бога?
— Айлирана, — уже угрожающе проскрежетал. — Я могу приказать привести сюда Лили или Кая.
Замотала головой, ещё отступая назад, и вскинула руки в сторону, набирая полную грудь воздуха.
«Услышь меня, Древо, возьми мою силу и верни души в тела иллеми», — мысленно взмолилась я и запела.
Алетерна полилась в мир, распускаясь каскадом нот. Все те тревоги, страхи, боль и скорбь, что копились во мне после похищения, сейчас выливались в невероятный вихрь силы. Доран, зажал уши и, нагнувшись, отошёл подальше. А я пела, звала Древо, пытаясь придать мысленный образ своей песне. Лети, моя песня, и верни иллеми в мир!
В гармонии с природой мой народ
Существовал с момента зарождения.
Мы изучали звездный небосвод,
Охотились, смиряли рек течения.
Цветы вспыхнули светом, ослепив яркостью и опалив лицо теплом. И первый цветок медленно сорвался с ветви и растворился. Я знала, это мама устремилась вниз, в подвалы дворца, чтобы вернуться.
Энергия лилась из меня нещадно. Древо почти не принимало её, и лишь цветы впитывали. И я вдруг осознала, что мне не хватит сил. Иллеми сотни, а я одна. Именно тогда я сбилась с ритма, подалась вперёд, прижав ладони к груди. Запела вновь, но уже чувствовала, насколько ослабла алетерна. Нельзя сдаваться, но откуда взять силы?
— Пой! — зарычал Доран, когда я сбилась во второй раз.
Я послушалась, запела, зажмурившись, а по щекам бежали слёзы. И словно услышав мой крик отчаяния, в песню влился новый голос. Тонкий девичий. Айвирена. Ей ещё рано создавать алетерну, но она пела, пытаясь поделиться своей силой со мной. Громкий всхлип сорвался с уст, когда к нам пришёл на помощь и третий голос. Алетерна мамы вплелась уверенно и мощно, став основой песни.
Распахнув глаза, я рассмеялась между строчками. Слезы всё ещё лились из глаз, но уже счастливые. Цветы один за другим опадали с Древа и исчезали. А снизу раздавалось всё больше голосов. Иллеми возвращались в этот мир.
— Что происходит? — прорычал Доран, подлетая ко мне. Сжав плечо, он встряхнул меня, заставляя замолкнуть. — Я сказал, ты должна уничтожить Древо! — прокричал он мне в лицо, яростно сверкая глазами.
Ответить или что-то возразить я не успела. В наше противостояние ворвался жуткий хруст. Все цветы исчезли и теперь зал тонул в полумраке. Обернувшись на звук, мы увидели, как одна из больших веток отвалилась, а трещины побежали по стволу Древа. Первый толчок заставил содрогнуться стены дворца. После чего наступила тишина. Даже альвы затихли, не рискуя сказать хоть слово. Древо возвышалось над нами мертвой громадой. Я почти не ощущала в нём жизни.
— Ещё, нужно ещё, — вскричал Доран. Он развернул меня, прижав спиной к своей груди. Шеи коснулся холодный металл меча. — Пой, Айлирана!
Выбора не оставалось. Вспомнились слова лекаря. Всё это лишь возня на пороге гибели мира. Ведь его сердце доживало последние минуты.
Лети, моя песня, в бездонную высь!
Душа, оживи, расправь свои крылья!
Припев звучал сквозь всхлипы, а Древо разрушалось. Я была не в состоянии облечь в слова свои страхи, создать новые строчки своей алетерны. Тьма и холод пробирались в душу. Черная кора струпьями опадала на камень пола, ветки осыпались, а крупные, треснув, падали с высоты. Щепки летели в стороны, ударяя в тело и лицо, пока сам ствол не разрушился, распадаясь надвое. Сквозь трещины, словно свет надежды, пробилось слабое сияние.
— Вот оно! — расхохотался Доран, отталкивая меня от себя.
Не удержавшись на ногах от сильного толчка, я рухнула на пол. Сразу приподнялась, пытаясь понять, что же это светится. А Доран двинулся к Древу. Не знаю, что это, но уверена, нечто важное. И оно не должно попасть в лапы Дорана. Я вскочила на ноги, схватила первую попавшуюся ветку, больше годившуюся на роль дубины и бросилась к Дорану. Альвы вскричали, явно не ожидая, что я решу драться. Доран обернулся, поднимая руку для защиты. Но ветка распалась на щепки, не причинив альву почти никакого вреда.
— Ах ты… — он замахнулся, намереваясь ударить.
В этот момент произошёл второй толчок. Такой силы и мощи, что все мы попадали на пол, не удержавшись на ногах. Уши заложило от грохота и скрежета. На этот раз толчки не прекращались, а сотрясали дворец вновь и вновь. По полу и стенам побежали огромные трещины, устремляясь к потолку. Поняв, что скоро здесь всё обвалиться, мы подскочили на ноги. Альвы устремились на выход, забывшись миновали барьер и, крича от боли, рухнули на пол, когда их коснулось проклятие Деймоса. И только мы с Дораном побежали к тому, что о осталось от Древа.
Я оказалась быстрее и подлетела к своей цели первой. Схватившись руками за разрыв коры, рванула на себя, пробиваясь к сиянию.
— Уйди!
Доран схватил меня за плечо и оттолкнул назад, словно котенка. А попытка удержаться на ногах провалилась из-за нового толчка. Я рухнула на пол, испуганно вскинув голову. От потолка отсоединилась плита. Она устремилась вниз, угрожая похоронить меня, Дорана и остатки Древа под собой. Кажется, это конец.
/Деймос/
Люди носились по улицам разрушающегося города, пока раз разом содрогалась земная твердь. Черные тучи облепили небо, вихрились в потоках сильнейшего ветра, окрашивались красным под вспышки молний, пока не разверзлись сплошным потоком ледяного дождя.
Даже не знаю, как мне удалось долететь до дворца. Казалось, каждый порыв ветра готов закрутить в свой водоворот и с силой бросить на землю. А крылья даже не казались материальными. Такими они и не были, потоки чистой магии, соединение проклятой крови и каменного волшебства гармонтов. Но главное, они несли меня вперёд. Не знаю, что происходит, но я был уверен, Айлирана находится в эпицентре всех событий. И ей нужна моя помощь.
Я тяжело приземлился в саду дворца. И здесь царила паника, люди спешили покинуть здание. Меня чуть не снёс с ног гармонт. Удивительно, но он нес на руках прекрасную девушку. Иллеми. А за ним тянулась ещё вереница гармонтов и иллеми. Кто-то шел сам, кого-то, как эту девушку, несли на руках.
— Деймос! — вперёд выбежал Берт с золотоволосой женщиной на руках, в которой я узнал бывшую королеву Иллении. — Ты жив. Не могу поверить! — воскликнул он, скупо улыбнувшись.
— Что происходит?
Мы все пошатнулись от нового сильного толчка, а рядом на землю рухнул балкон, отсоединившись от стены.
— Там осталась Лира! — маленькая девочка
