вижу галлюцинации. Все должно пройти хорошо.
— К чему ты клонишь? — спросила, гадая, ждал ли он от меня какой-то реакции.
— К тому, что, — сказал Оскар, его ухмылка была такой же развратной и похотливой, какой я никогда не видела у другого человека. — Ты хотела меня, вот и получила.
— Что, черт подери, это должно значить? — спросила я, когда он положил свою кружку в раковину и продолжил игнорировать меня. — О, не ходи вокруг да около, — имитировала я, делая отсылку к первому дню в школе, когда мы все вместе сидели в библиотеки. — Мы этого не любим.
— Ты моя, Бернадетт, — сказал Оскар, одарив меня самой грустной улыбкой, которую я когда-либо видела у человека. Когда он вышел из кухни и прошел мимо, я все еще шокированная стояла на месте. Он коснулся моего лба в нежном, но угрожающем поцелуе. — И я так невероятно сожалею об этом.
Оскар выпрямился и пошел к лестнице, оставив меня смотреть на его удаляющуюся спину.
* * *
Парни были настолько заняты, что мы едва ли виделись. Даже Оскара, который заявил, что я «его», выходил большую часть времени. Учитывая Памелу, копов, эту новую банду и мать Виктора, мы были в гребаном дерьме.
— Я чувствую себя бесполезным, — сказал Аарон, когда мы сидели на диване и смотрели, как девочки играли с их новыми шлемами виртуальной реальности. Каждый стоил пятьсот долларов, но Аарон все равно их заказал. Оно того стоило, только ради того, чтобы увидеть выражения их лиц в рождественское утро. Еще это было хорошим способ заговорить о личном, пока они проводили вместе время, они едва ли слышали нас.
— Тоже, — ответила я, нащупывая рану в боку. Сейчас это не более чем покрытый коркой выступ, но пройдет некоторое время, прежде чем я вернусь к своему обычному состоянию. Даже дольше, чем потребуется Аарону. По крайней мере мне снимут швы до понедельника, когда начнется школа. Я посмотрела в его сторону и обнаружила, что он смотрел на девочек со странным выражением лица. — Что? Что не так?
— Ну, — начал он, выдыхая, а затем провел пальцами здоровой руки по волосам. Минуту он массировал свои волнистые волосы и мое сердце заколотилось странным образом. Нечестно, что этот татуированный бицепс должен пульсировать, пока он так делает. Я прикусила нижнюю губу. Из-за того, что мы торчим здесь одни, только мы и девочки, сложно проводить время наедине с Аароном. Я все еще «не должна» ни с кем трахаться, но это не значило, что я была примерной и идеальной. В конце концов, Вик не оставит свою жену одну в холодную ночь. — Берни, «Банда грандиозных убийств» не такая как команда Картера. Думаю, мы можем справиться с ними, но я не знаю наверняка, — он снова вздохнул, а затем повернулся своими прекрасными глазами ко мне. Со своего места я видела весенний зеленый, лесной зеленый, золотой. Я облизала губы. — Вот почему я хочу отправить девочек в Оак Ривер.
Я лишь уставилась на него в ответ.
— Прости? — спросила я, подняв брови. Оак Ривер — начальная школа перед Академией Оак Вэлли. Она пиздец какая дорогая, чертовски элитная и полна избалованными, прогнившими маленькими кусками говна, которые заслуживают того, чтобы им в глотку запихивали серебряные ложки. — Ты шутишь?
Кстати, еще это школа-интернат. Та же, что школа, где Дональд Ашер пытался засунуть меня в петлю и заставить своих друзей изнасиловать мое коматозное тело. Если честно, я предпочту, чтобы моя сестра ходила в школу Прескотт.
Аарон улыбнулся, но улыбка была немного язвительной. Он знал, что я так среагирую.
— Там безопасно, — сказал он, но я одарила его специфичным взглядом.
— Это так. Достаточно безопасно, что мы вломились и вы отрезали Дону яйца. Прости, если для меня этого довода недостаточно.
Он поднял брови, когда посмотрел на девочек. Все трое кружились, пока играли в какую-то танцевальную игру, отдаваясь музыке, которую мы не слышали. Но я была права, и он это знал: Оак Ривер прилегает к Оак Вэлли. Согласно сплетням, которые узнала, общежития имели общие помещения, поэтому старшие братья и сестры могли присматривать за младшими.
— Правда. Вот почему Оак Вэлли в четыре раза усилили свою охрану. Они мониторят все камеры в режиме реального времени, у них есть частная полиция с оружием, — Аарон снова посмотрел на меня, словно уже извинялся за то, что собирался сказать. — Я уже обсудил это с Виком, и ему понравилась идея.
Я лишь уставилась в ответ на Аарона, словно он, черт подери, выжил из ума.
— Ты издеваешься? Это не сестры Вика, они — наши. Не ему выбирать, куда они будут ходить, — Аарон какое-то время с грустью смотрел на меня, и я застонала. Семья, точно. У него вроде бы было права слова в этом, не так ли?
— Я не говорю, что ты должна решить сейчас, — продолжил он, потянувшись к моей руке своей здоровой.
Пока смотрела на него, до меня наконец дошло: если бы Аарон не спасся, была бы я мертва? Насколько близко были другие парни? Позволили бы они Аарону этот момент? Такое ощущение, что они отставали от него на минуты, но были ли эти минуты очень запоздалыми?
— Я бы умерла? — спросила я, когда он моргнул в ответ, а затем отвернулся. Когда Аарон убрал свою руку с моей и провел ею по своему лицу, я почувствовала, что уже получила ответ. — Кали почти побила нас?
— Нет, — сказал Аарон, слегка покачав головой, и снова посмотрел на меня, его прекрасный рот был слегка сжат. — Ты побила.
Какое-то мгновение мы просто смотрели друг на друга, пока эти слова доходили до сознания.
Но он прав, не так ли?
Это не Хавок облажался, а я.
Я должна быть королевой.
Встала с дивана, а Аарон позволил мне уйти, перенимая с меня обязанности няньки, чтобы я могла выйти и покурить.
— Не верится, что через несколько дней нам нужно вернуться в школу, — надо мной прозвучал темный голос. Я замерла и вышла на лужайку, обернувшись, чтобы обнаружить
