существует параллельно и незримо. Незримо… Для тех, кто не такой, как мы с тобой», – воспоминания прозвучали голосом Ви. Тогда Этель заставила себя вновь посмотреть на беспокойное словно рой насекомых нечто.
– Это и есть Изнанка? Мерзость, которая вырвалась наружу?
– Мерзостью ее делают люди, – Ви почти нежно погладил одну из рук, что вились вокруг него, а Этель скривилась. – Я ведь говорил, Изнанка – истинное отражение мира, созданное эмоциями и воспоминаниями. Она – слепок душ человечества. И если Изнанка омерзительна, то вина за это – лишь на совести людей.
– Мы можем с этим что-то сделать?
– Зачем? Ее видим только ты и я. И те, на ком есть разлом.
– Что еще за разлом? – В горле пересохло, слова не хотели идти. Собственное тело противилось тому, чтобы задать вопрос. И вскоре Этель поняла почему.
Ви оказалось достаточно просто щелкнуть пальцами, чтобы прямо в воздухе возник разрез. Этель бы и не заметила рваный проем между мирами, если бы спустя какое-то время через него не полезло что-то отвратительное – голое человекоподобное существо на тонких ножках и с огромной, лысой головой, покрытой вздутыми венами. Выпученные глаза крутились, будто были игрушечными, а дрянь издавала низкий протяжный писк.
– Вот, это разлом, – улыбнулся Ви так, будто представлял Этель своего лучшего друга.
Уродливое существо не бросало попыток пройти через щель, что была окном между миром и его отражением. Тело пролезло, а вот голова застряла. Уродец стонал и хныкал, пытаясь протолкнуться, а Этель смотрела на него глазами, в которых стояли слезы.
– Закрой это! – выкрикнула она, в отчаянии бросившись к Ви. Разлом повис как раз между ними, и Этель пришлось обогнуть зияющий просвет. – Он ведь сейчас выберется сюда! А если его увидят люди?
Ви укоризненно щелкнул языком и покачал головой.
– Он далеко не уйдет, – беззаботно протянул парень, бесстрастно наблюдая, как уродец болтает ножками. Те повисли в воздухе, потому что голова все еще оставалась зажата между незримыми створками пространственного хода.
– С чего ты взял?! Думаешь, он не выберется из чертова разлома?!
– Выберется, конечно, – хихикнул Ви и широко улыбнулся. Так, будто был рад этой новости.
А вот Этель она заставила содрогнуться.
– Он не уйдет, потому что будет привязан к разлому, ведь иного якоря в человеческом мире не имеет. Да и люди, которых Изнанка не коснулась, которые сами не носят на себе разлом, увидеть фантомные порождения отраженного мира не могут.
– Тогда просто закрой разлом!
– Я умею их только создавать, – Ви с притворной тоской тяжело вздохнул. – Я всего лишь дважды мертвый Странник. А вот ты, отвергнутая смертью, – Зрячая, поэтому можешь сама сделать то, о чем просишь. И даже больше.
Этель хотелось истерически рассмеяться Ви в лицо. Что он несет?! За этим бредом Этель забыла, для чего действительно пришла. Хотя… Если подумать, можно и самой сложить два и два. Этель не успела задать вопрос, но Ви и так ответил на него.
Он умеет создавать разломы, из которых лезет Изнанка. Этель способна их закрывать. Изнанку по каким-то причинам видят лишь Ви и Этель. А еще те, кто носит разлом на себе. Дарен. И, вполне возможно, Ронда.
Круг замкнулся. Мозаика сошлась. Дарен встретился с Ви, и тот наградил его личным разломом. Но почему? И что теперь с этим делать?
– Мне нужно знать больше, – игнорируя истошные вопли существа, строго произнесла Этель. – Что все это значит? И как я могу это использовать? Ты сказал, я могу закрывать разломы.
– Разве я мало тебе дал? Я рассказал тебе достаточно, а ты отплатила мне лишь разбитым сердцем, – Ви жалобно выгнул брови и подошел к разлому. Тот со всех сторон выглядел одинаково – разрез, зависший в воздухе, будто трехмерный лоскут. Ви подтолкнул уродца, и тот выскользнул на волю.
Этель покрылась холодной испариной и посторонилась, когда чудик на коротких ножках, счастливо вереща, пронесся мимо. Он исчез где-то за кулисами, где его встретил клубок извивающихся рук. Этель успела увидеть, как те ласково погладили существо по огромной голове, а затем существо скрылось во мраке.
– Что ты хочешь за информацию? – деловым тоном спросила Этель и вновь посмотрела на Ви. Сделать это прямо оказалось невероятно сложно, но Этель не могла позволить себе сбежать, когда правда так близко.
Ви расстроила интонация девушки. Он печально покачал головой, а потом с трагичным видом схватился за грудь:
– Годы одиночества я ждал встречи с тобой, Зрячая. Я готов подарить тебе свое небьющееся сердце, но ты его топчешь.
– Я не могу сделать то, чего ты от меня ждешь! Не могу сказать, что люблю тебя! Это ненормально, мы знакомы всего несколько дней…
«И либо мы все безумцы, либо ты, существо из мрака, убиваешь людей, отмечая их разломами», – закончила она мысленно и сама ужаснулась этой истине. Интересно, что скажет Ронда, когда узнает, что Этель добралась до правды в деле о необъяснимых смертях скорее, чем сестра-коп?
– Я верил, что нравлюсь тебе, – с делано отстраненным видом Ви рассматривал разлом. Тот уже побледнел и едва выделялся на фоне остального пространства, как старый шрам на коже. Теперь, чтобы рассмотреть его, Этель пришлось приложить усилия.
Ви ждал, давая Этель возможность исправить ситуацию. Она ждала, когда что-то случится, и ей не придется отвечать.
Этель запуталась. Теперь она точно знала, что интуиция не ошиблась. Ви – опасен. И, похоже, он даже не человек. Возможно, он когда-то был им, но теперь…
Резкий звук заставил их обоих обернуться на кулисы, из-за которых какое-то время назад по коридору пришла Этель. Сейчас там что-то гремело, будто кто-то уронил железное ведро. Сначала Этель решила, что это тот уродец, но вспомнила, что чудик убежал в противоположную сторону. А когда послышался влажный, булькающий кашель, все догадки отсеялись сами собой. Осталась только правда.
– Ронда, – испуганно выдохнула Этель, похолодев.
– Уходишь, – произнес Ви, и это было больше похоже на утверждение, нежели на вопрос.
Этель уже попятилась, чтобы сбежать к сестре, когда Ви снова заговорил:
– Жаль. А я уже хотел все теперь рассказать…
Каждое слово приставало к телу, как нить кукловода. Этель поймали на крючок, который она добровольно заглотила.
– Почему ты вдруг решился?
– Потому что мне больно от пропасти между нами, Этель. Говорю же, я люблю тебя…
Этель прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Еще вчера она ощущала, насколько близок ей Ви, хотя не понимала природу этих чувств. Сейчас же… Ничего не изменилось. Ее сердце необъяснимо трепетало и щемило от боли, пока разум приказывал бежать.
– Я кажусь тебе злом во плоти, – понял Ви, и его глаза потускнели от
