не ставит цель пересказывать содержание закона и не эксплуатирует известные тематические идеологемы. Сильный воздействующий эффект на адресата производит «упрямый» язык фактов («У нас в стране, по данным Минздрава, курит более 40–60 % мужчин и около 22 % женщин. Это один из самых высоких показателей в мире») и акцент на важности своевременного принятия мер по ограничению табакокурения, уже оправдавших себя в другой стране («Если бы борьба против табакокурения в Америке не началась полвека назад, число жертв составило бы 25,6 миллиона»). Главное в этом материале – акцент на мотивах, которые легли в основу американского закона и, согласно здравому смыслу, не могут быть проигнорированы законодательством нашей страны. Справочные материалы о практике решения аналогичных медицинских проблем за рубежом постоянно присутствуют в рубрике Т. Батенёвой51.
Важную предметную область просветительских материалов Т. Батенёвой составляют тексты, побуждающие адресата информации к обсуждению52. Жанр интерактивной журналистики приходит на помощь журналистике культурно-просветительской, когда возникает общественная необходимость увидеть ситуацию подготовки артефакта глазами его создателя53. Характер вопросов в этих интервью обусловлен коммуникативными намерениями автора, например: разобраться в преимуществах персонализированной медицины54; особенностях новой модели диспансеризации взрослого населения России55; подготовке врачей-хирургов56. В целом тексты Батенёвой успешно отражают ситуации появления или освоения в обществе артефактов из сферы медицины. Их отличает высокий уровень просветительских стандартов и точность отражения целевых установок при обращении к данной предметной области.
Валерий Панюшкин, по образованию театровед, в социальной журналистике трудится более двадцати лет, занимается общественной деятельностью и пишет книги57. В ИД «КоммерсантЪ» проработал более десяти лет, но в середине 2000-х ушел из политической журналистики, захотелось, по его признанию, поговорить с людьми на другом языке. Увлечение глянцем (работал в Gala) не продлилось более двух месяцев и навсегда осталось факультативным занятием. Пришло понимание того, что, если хочется новой работы, принципиально отличающейся от того, что было, не надо искать ее среди существующих. Надо ее создать. Появление электронных СМИ и социальных сетей заставило журналистов уступить приоритетное право рассказывать о событиях первыми, поэтому читателю необходимо давать историю, рассказ о человеке без громкого имени, будь это дальнобойщик или больной аутизмом ребенок58.
Журналист В. Панюшкин сделал свой выбор – после 15-летней репортерской практики решил рассказывать истории о людях, которые слабее его59. Участник и постоянный колумнист проекта «Сноб» (с декабря 2008 г.), сейчас автор «Ведомостей» и спецкор Русфонда, занимается сбором благотворительных пожертвований для тяжелобольных детей. Работа в рамках Российского фонда помощи открыла еще одну новую творческую грань его таланта – не только оперативно откликаться на отчаянные письма в «КоммерсантЪ», но и побуждать адресатов делового издания к немедленному реагированию (мы «просто помогаем вам помогать»60). В своих материалах В. Панюшкин ставит акцент на конкретных случаях детской беды61, на несовершенном законодательстве62, на бездеятельности и алчности корыстных чиновников63, на конкретных способах разорвать порочный круг людского равнодушия64. Тональность текстов В. Панюшкина подкупает удивительной безошибочностью проникновения в самые потаенные уголки человеческого сознания и человеческой совести65. Обращаясь к аудитории крупного делового издания, он, например, пишет о том, что благотворительность – это не просто жертвование. Это жертвование сознательное «денег или каких-нибудь других материальных благ ради приобретения. Глупо думать, будто благотворитель ничего не приобретает. Если благотворитель религиозен, он приобретает бессмертие. Если сентиментален и не может без содрогания смотреть на сирот в обносках, то, подарив одежду детскому дому, приобретает комфорт. Компания, жертвующая на благотворительность, приобретает хорошую репутацию. Человек, оснастивший больницу или школу, чувствует себя умнее и ответственнее государства, т. е. приобретает самоуважение. В конце концов, даже человек, пожертвовавший две копейки непонятно на что, – и тот приобретает ощущение, что он не нищий. Одним словом, благотворительные фонды – это такие компании, которые продают людям возможность чувствовать себя хорошими людьми. Дети лечатся, старики обихаживаются, школы строятся, и киты спасаются – в качестве побочного эффекта от этой торговли хорошим самоощущением. И это прекрасно. Резюмируем: торговля хорошим самоощущением. Продажа высокой самооценки за деньги»66. Такие тексты – редкость в благотворительной журналистике, но они очень нужны.
Способ донести важную информацию до своей аудитории всегда может быть найден, считает В. Панюшкин. Например, через блогерский дневник. Личный опыт блогерства журналиста свидетельствует о том, что сегодня медиаплощадки Интернета могут быть использованы значительно лучше и интереснее, чем прежде67. Обнадеживает, что профессионально сделанные дневники, преследующие общечеловеческие конструктивные цели, востребованы аудиторией и значимо отделимы от бессмысленных. Показателен в этом отношении совместный благотворительный проект Русфонда и LiveJournal «Эстафета помощи»68. Пользователи социальной сети LiveJournal в течение года собирали средства на лечение больных детей. Лидеры общественного мнения и пользователи LiveJournal с высоким социальным сетевым капиталом стали представителями фонда в блогосфере – сетевыми фандрайзерами, которые по очереди писали у себя в блоге про нуждающегося в помощи ребенка69. Всю организационную часть (проверка, оформление документов, доставка денег, отчет) взял на себя Русфонд. Гражданская солидарность овладела Рунетом, Русфонд доверил сбор средств тем, кто не только говорит со своей аудиторией о благотворительности, милосердии и помощи, но и берет личную ответственность за финансовую помощь больным детям.
Такая самоорганизация масс воодушевляет В. Панюшкина. Журналист всегда понимал, что одним сбором денег и статьями в «Российском фонде помощи» всех проблем не решить и надо что-то делать, поэтому он не только регулярно пишет статьи о благотворительности для ряда СМИ, но и участвует в благотворительных программах, связанных с лечением детского рака, СПИДа, а также в программах паллиативной помощи70. Считает социальную журналистику безнадежным занятием и, тем не менее, занимается ею как наиболее благородным видом человеческой деятельности. Человек, решивший заняться сегодня социальной журналистикой, по его мнению, должен быть пассионарной личностью, осознающей три главные социальные проблемы: 1) неосознанность потребности в свободе (мало кто понимает, что свобода необходима); 2) безответственность (мало кто, принимая решения любого уровня, принимает на себя и ответственность за эти решения); 3) дети во всех проявлениях71. Общую проблему видит в том, что все пишут, и никто не читает. Все говорят, и никто не слушает72. Работает для ее преодоления.
Ольга Алленова – в настоящее время специальный корреспондент издательского дома «КоммерсантЪ», постоянный автор газеты «КоммерсантЪ» и журнала «КоммерсантЪ-Власть». Писала о событиях из горячих точек – Нагорного Карабаха, Ингушетии, Южной Осетии, Кабардино-Балкарии, Дагестана, Грузии, Абхазии, Армении, Азербайджана, а теперь и Украины. Награждена многими почетными журналистскими премиями73.
О. Алленова давно пишет о детях-сиротах и программах борьбы с сиротством74, о вопросах попечительства в социальной сфере, о волонтерах, о работе над изменениями в нормативно-правовых актах,
