Ради безопасности Кей согласилась бы забраться на дерево, но тогда ей пришлось бы оставить Алекса наедине с этими чудовищами. Одного аллигатора он застрелил из ружья, а другого из пистолета застрелила Кей. Потом они бросились бежать, а чудовища преследовали их. В одной из своих историй Эли рассказывал, что аллигаторы не умеют бегать зигзагом, поэтому Кей и Алекс стали бегать взад-вперед по склону, постепенно взбираясь на пригорок. Когда они оказались в безопасности, она бросилась к нему в объятия и разрыдалась от страха. Он стиснул ее так крепко, что едва не сломал ребра, но ее это не испугало, и она все сильнее и сильнее прижималась к нему.
В ту ночь они почти не спали, а на следующее утро Алекс разыскал лошадей. Кей сомневалась, что это ему удастся, однако у него все получилось. Когда он вернулся, она радостно расцеловала его, и после часа жаркой любви они снова тронулись в путь и на этот раз держались подальше от берега.
В этот вечер им пришлось рано остановиться на ночевку, потому что от недостатка сна они едва не падали с лошадей, а сами лошади были вымотаны настолько, что с трудом передвигали ноги. Алекс развел огонь и, прежде чем лечь спать, они плотно поужинали. Весь день Кей думала о своем брате Нате, гадая, что он выяснил насчет убийства. Перед сном она рассказала Алексу историю о том, как брат много лет, почти всю жизнь, переписывается с кем-то из Шотландии.
— Брат думает, что мы об этом ничего не знаем, но ошибается. Мы абсолютно уверены, что это наш кузен Лахлан. Он всего на несколько лет старше Ната, и они отлично ладят, когда мы к ним приезжаем. Хочешь узнать большой секрет?
Алекс надеялся, что Кей не чувствует, как бешено стучит у него сердце.
— Конечно, милая, мне очень интересно. Только если это нечто хорошее.
— Для нас хорошее, а для тебя не знаю. Нат называет своего адресата Мерлином.
— Вот как? — Алекс постарался, чтобы его голос прозвучал равнодушно и сонно. — А почему он его так называет?
— Не знаю. Если кого и называть именем волшебника, то, я думаю, Ната. — Она почувствовала, что засыпает. — Интересно, а как Мерлин называет моего ученого брата?
Услышав, что дыхание Кей стало, ровным, и догадавшись, что она заснула, Алекс прошептал:
— Архимедом.
Два дня спустя, когда они добрались до поселка и увидели Благодать, Кей сказала:
— Теперь я понимаю, почему ее так назвали. В жизни так не радовалась при виде знакомого человека.
— А я радовался, — усмехнулся Алекс. — Когда мы убежали от тех аллигаторов и я убедился, что твое красивое тело цело и невредимо. Я возблагодарил небеса за такую благодать.
Кей молча смотрела на него во все глаза. Да это же почти признание в любви!
— Если ты заплачешь, то слезы проделают дорожки в грязи на лице, — предупредил ее Алекс.
— А с чего мне плакать? Из-за того, что ты сказал? Не дождешься! — Она гордо вскинула подбородок и поехала вперед. Позади послышался смех Алекса.
Им навстречу уже бежала Благодать.
— Он был здесь, искал вас, — задыхаясь, сообщила она и взяла за повод лошадь Кей. — Он приехал через два дня после вашего отъезда, он поехал бы за вами, но прибыл посыльный с письмом, и он отправился в Новый Орлеан.
— Кто он? — спросил Алекс напряженный голосом.
— Тэлли, — в один голос ответили близняшки. Они тоже вышли их встречать и выглядели так, будто воочию видели ангела и теперь никак не могут оправиться от благоговейного восторга. — Тэлли.
— Я красивее мужчины в жизни не видела. — сказала одна из девочек.
— Я тоже, — согласилась с ней другая.
Благодать внимательно разглядывала Алекса.
— А таким, без бороды, вы выглядите значительно лучше.
— Он действительно твой брат? — спросила у Кей одна из близняшек.
— Он больше… ну, похож на мужчину, чем ты.
Если раньше девочки восхищались красотой Кей, то теперь едва ли не открыто глумились над ней.
Однако Кей понимала, что выглядит ужасно, да и пахнет от нее плохо. Вышитый жилет, некогда такой красивый, был порван и испачкан в крови аллигаторов. Пыль настолько сильно въелась в чулки и рубашку, что теперь невозможно было определить, какого они цвета.
— Входите, — пригласила Благодать, — и поешьте. Хотите, я принесу вам новую одежду? У меня такое чувство, что вы здесь надолго не задержитесь, поэтому я не успею выстирать и высушить вашу нынешнюю одежду.
— На Тэлли был такой изумительный жилет, — мечтательно проговорила одна из девочек. — На карманах были вышиты подсолнухи, увитые виноградными лозами.
— А мне больше понравились пчелы.
— Тэлли сказал, что это вышила ему сестра.
Алекс вопросительно посмотрел на Кей, и она едва заметно кивнула. Ей уже казалось нереальным, что были времена, когда она могла спокойно сидеть в кресле у камина и расшивать карманы на жилете брата.
— Поесть — это хорошо, — сказал Алекс. — И новая одежда тоже. Что до цены…
— Мистер Харкорт оставил мне для вас деньги, — сообщила Благодать, глядя на Кей.
«Она знает, — подумала Кей. — Тэлли рассказал ей, что я девушка, и она хранит этот секрет».
— Он рассказывал вам о дяде Ти-Си?
Благодать просияла.
— Да, рассказывал. Оба вечера он просидел здесь, рассказывая мне все, что смог вспомнить о мистере Конноре. Ваш брат очень добрый и внимательный молодой человек. — Она открыла дверь и пропустила гостей вперед. — У меня есть жидкое мыло для ваших волос, — прошептала она, когда Кей поравнялась с ней. — И жасминовое масло для ванны.
Алекс услышал ее и, обернувшись, посмотрел на Кей, В одно мгновение все напряжение и усталость, владевшие ими в течение последних нескольких дней, исчезли, и они расхохотались. Секунду назад они были так измождены, что едва передвигали ноги, — и вот они радостно обнимаются, хлопают друг друга по плечам и смеются, да так громко, что даже прибежали близняшки, чтобы узнать, в чем дело.
Благодать шикнула на девочек, выгнала их на улицу и закрыла дверь. А Кей и Алекс все еще посмеивались, обмениваясь непонятными фразами: «с подветренной стороны от тебя», «грабители с их запахом», «мои волосы никогда не пахли так хорошо».
Улыбаясь, Благодать ушла на кухню, чтобы приготовить еду.
Для Кей та ночь в пансионе Благодати была изумительной. Она приняла ванну, выспалась на чистом белье в кровати — Алекс лег рядом, когда она заснула, — поела вкусной домашней еды, а утром надела новую одежду. Правда, Алекс разбудил ее в четыре утра и просыпаться было трудно. Благодать уже успела упаковать горячие кукурузные лепешки им в дорогу.
— Он к чему-то очень сильно стремится, — тихо сказала Благодать Кей, которая приготовилась сесть в седло.
