— В чем?
— Во всем. От начала до конца.
Кей прищурилась.
— Это очередная уловка?
— Это мольба, чтобы ты простила меня, — ответил Алекс. — Я солгал тебе, признаю. Такое больше не повторится. И я неправильно судил о тебе. Я действительно считал тебя легкомысленной барышней, которая никогда в жизни не сталкивалась с неприятностями. Но я встречал женщин, которым я был нужен только из-за внешности, поэтому я радовался, видя, что нравлюсь тебе, несмотря на то что ты считаешь меня старым и уродливым. Да, я поступил эгоистично, я был не прав. От начала и до конца. Я был не прав абсолютно во всем. Пожалуйста, прости меня.
— Ладно, — сказала Кей и пошла в сторону лагеря.
Алекс поймал ее за руку и повернул лицом к себе.
— Ладно? И все?
— Ты хочешь большего? Ты поступил со мной очень плохо, и я…
Алекс поцелуем заставил ее замолчать.
Как же она соскучилась по нему, даже передать нельзя! Она соскучилась по его запаху, по его сильным рукам. Все это уже стало частью ее, а из-за необходимости держать его на расстоянии у нее возникло ощущение, будто она лишилась части своего тела.
Кей целовала его, то и дело колясь об отросшую щетину. Заметив капельку пота, стекавшую по одной щеке, она не удержалась и слизнула ее, и в ней тут же вспыхнуло неудержимое желание.
— Кей, я соскучился по тебе, — проговорил Алекс. — Больше не бросай меня. Пожалуйста, не бросай меня. Ты очень нужна мне.
Кей откинула голову, и он принялся целовать ее шею. Она вдруг обнаружила, что теперь по-другому воспринимает его ласки, потому что знает, как он выглядит. Как будто раньше он носил маску, а сейчас открыл лицо. Кей боялась, что и относиться к нему она будет по-другому, но оказалось, что все осталось по-прежнему. Когда она закрывала глаза, то чувствовала рядом с собой того же мужчину, с которым провела много дней и ночей. Сначала они много смеялись и любили друг друга, потом поссорились. Что ж, они вдвоем прошли полный круг.
— Значительно слаще, — сказал Алекс.
Одна его рука лежала на голом плече Кей, а другой он болтал в воде ручейка.
— Что именно?
— То, что происходит между нами.
Приподнявшись, Кей заглянула ему в глаза. Они были обнажены и лежали в высокой траве примерно в миле от лагеря. Завтра они доберутся до фактории, и начнется новый этап их путешествия. А что, если они никогда не вернутся?
— То есть ты не хочешь уходить из этого рая и возвращаться к людям и шуму?
Вокруг них щебетали птицы, оглушающе громко ревели аллигаторы. Кей улыбнулась и положила голову Алексу на плечо.
— У меня такое чувство, будто что-то должно случиться.
Алекс собрался было произнести несколько банальностей, чтобы унять ее тревогу, но потом решил сказать правду.
— У меня тоже. Но возможно, ощущение порождено тем, с чем я многократно сталкивался. Каждый раз, когда думал, что у меня есть все, это у меня отбирали?
Однако Алекс не уточнил, что у него пробудилось то самое чутье, которое он унаследовал от матери. Что-то должно измениться. К лучшему или к худшему, этого он не знал. Для него до сих пор оставалось загадкой, почему у него не было предчувствия смерти жены.
Кей некоторое время молчала.
— Ты жалеешь, что прошел через все это?
— Естественно! Тюремная вонь будет преследовать меня до конца жизни. А то, что про меня наговорили на суде, я не пожелаю услышать ни одному человеку, и… — Он замолчал, удивленный тем, что Кей вдруг села. — В чем дело?
— Ни в чем. Просто похолодало. — Она принялась заматывать грудь.
— Жаль, что тебе приходится носить эту штуку. — Алекс помог ей закрепить повязку. — Если бы не Тим, ты смогла бы надеть свое бальное платье. Уверен, ни для кого это не стало бы сюрпризом. — Озадаченный странным поведением Кей, он внимательно посмотрел на нее. — Тебя что-то беспокоит. Рассказывай.
Но она упорно отводила глаза.
— Я вот думаю, что если бы все… все, что случилось, не случилось бы, мы с тобой никогда бы не встретились.
Когда она посмотрела на него, он понял, что она имеет в виду. Она спрашивала его, жалеет ли он, что нельзя вернуть Лилит. Но как он может ответить на это? Лилит была его женой. Да, очень недолго, но ведь они полюбили друг друга с первого взгляда. В той любви было нечто, что сейчас затмевало более приземленные отношения между ним и Кей.
Кей отстранилась от него.
— Она была твоей женой, и ты ее любил. Я понимаю. Передай мне, пожалуйста, башмаки.
— Надеюсь, мы снова не поссоримся? Надеюсь, ты не перестанешь со мной разговаривать?
— Нет, — ответила Кей и ласково поцеловала его в губы. — Думаю, что больше никогда так не поступлю. В следующий раз, когда ты сделаешь что-нибудь такое, что мне не понравится, я врежу тебе по твоей уродливой физиономии.
Алекс улыбнулся и устремил на нее тот самый взгляд, который всегда заставлял женщин прощать ему что угодно.
— Да? Значит, я уродлив?
— Даже бородавочник красивее тебя. И если ты не перестанешь смотреть на меня вот так, я суну Тиму под подушку вот этот желтый цветочек, и он будет чихать всю ночь.
Алекс прекратил обольщать ее взглядом и со стоном повалился на траву. Хотя они с Кей и помирились, в их общую палатку она не вернулась. Эли заявил Алексу: «Теперь твоя очередь спать с мальчишкой», — и решительное выражение На его лице говорило о том, что сдаваться он не собирается.
Алекс пришел к выводу, что Эли недоволен тем, что они с Кей занимаются любовью в непосредственной близости от него — палатки-то стоят рядом. Чтобы скрыть свое смущение, Алекс молча повернулся и ушел.
— Ты победила, — сказал он Кей. — Я с трудом выношу свист Тима, а если он еще начнет чихать…
Дважды Тим своим громким чиханием так напугал птиц, что вся стая в одно мгновение снялась с двух деревьев, а на людей внизу обрушился дождь из перьев и других малоприятных вещей.
— Надеюсь, мы больше никогда не поссоримся.
— Я тоже, — сказала Кей, но в ее голосе надежды не было.
Она не понимала, почему ее так страшит завтрашний день. В фактории будут чужие, и эти чужие привезут с собой новости. Наверняка они побывали в том поселке, где живет Благодать, и задавали вопросы. Если власти знают, что Алекс отправился в джунгли, они, возможно, постараются прибыть в факторию раньше его и будут ждать его там.
— Эй, выше нос, — сказал Алекс, обнимая Кей. — Ты всегда можешь вернуться к тем троим, кто сделал тебе предложение. Как же их звали? — Расхохотавшись, он пошел вперед.
— Алексами, — прошептала Кей. — Их всех звали Алексами.
— Я его знаю, — тихо произнес Алекс.
Его дыхание было таким громким, что Кей с трудом расслышала слова.
