Возможно, Крыс лично ее не трогал, но видел у своих, и ответил так Демьяну неспроста.
Демьян немного задержался у бассейна. На улице уже почти рассвело, и тут он заметил, что наблюдает появление солнца не один.
Во дворе прямо напротив ближайшего окна стоял один из подручных Полякова и смотрел на Демьяна в упор.
«Что-то выяснил про Леру!» – мелькнула первая мысль, но внутренний детектив тут же ее отмел.
Если бы ребята Полякова что-то нарыли, связались бы по телефону, зачем приезжать лично? И уж точно не стали бы пробираться к нему через забор, позвонили бы в звонок. Звонка не было. Значит, конкретно этот служивый не хотел, чтобы Демьян узнал раньше времени о его визите.
Словно в доказательство домыслов Демьяна, полицейский распахнул куртку, вытащил пистолет, направил на Демьяна.
У Громова было время лечь на пол, укрыться от пули. Не стал, незачем. Кроме того, интересно посмотреть, хватит ли у мужика смелости выстрелить в того, кто смотрит ему в глаза.
Хватило. Выстрел прозвучал сухо, хлестко. Мгновение, и по бронированному стеклу пошла паутина трещин с белым кругляшом от попадания пули в центре. За первым выстрелом почти сразу раздался второй.
– Сука гребаная! – донесся до Демьяна рев стрелка.
Еще бы тому не злиться. Вместо ожидаемого трупа только проблем себе нажил. У Демьяна боевого оружия в доме тоже было в достатке. И скорее всего стрелку об этом известно.
Громов выскочил в коридор, почти бегом добрался до оружейной, влез в спортивный костюм, достал из сейфа девятимиллиметровый Glock 17, вставил магазин в приемник.
«Семнадцать патронов… Должно хватить», – промелькнуло в голове. Потом всё же запихнул в карман еще один заранее набитый магазин. Лучше, как говорится, иметь и не воспользоваться, чем нуждаться и не иметь.
Пересекал гостиную скрючившись пополам, чтобы не светиться в окнах. Уже у самого выхода осторожно выглянул на улицу, осмотрелся. Никого, пустой двор.
– Ладно, проверим, – проговорил он тихо.
Взгляд мимоходом скользнул по столу, где всё еще лежала записка для жены:
«Валерия, жди меня дома, будет серьезный разговор!»
Словно писал это в другой жизни, а ведь прошло меньше суток. Каким же глупым теперь показалось ему это послание. Сейчас бы хоть увидеть ее… хоть пальцем коснуться, не говоря уже о другом.
Демьян потряс головой, выгоняя непрошеные мысли. Щелкнул затвором предохранителя и вышел на улицу готовый ко всему.
Час спустя:
– Он стрелял в меня, вы что, не слышите?! – повысил голос до крайности Демьян.
– Где доказательства? Гильза? Свидетели? – с каменным выражением лица сыпал вопросами Поляков.
– Стрелок очень быстро скрылся! Гильзы по ходу подобрал, я не нашел. Вам мало фото моего окна? – Громов стукнул кулаком по столу. – На него нужно дело завести!
– Не нужно! – хриплым голосом ответил полковник. – Лейтенант Андронов был найден застреленным в своей машине неподалеку от дома двадцать минут назад.
После этого последовала пауза.
– Кто его? – спросил Демьян, наморщив лоб.
– Машина была закрыта изнутри, ключи в замке зажигания, в руке табельное оружие. Судя по пулевому отверстию, застрелен из этого пистолета. И я в курсе, что там не хватает больше одного патрона, Демьян. Но дело я заводить не буду, ни к чему это его семье. Он был нормальным полицейским, честным…
– Какой же он нормальный, если в меня стрелял?!
– В состоянии аффекта еще и не такое натворишь… – протянул Поляков прищурившись. – У него этой ночью сгорела квартира, еле успели семью вытащить, вот, поди, крыша-то и поехала…
Демьян вскочил со стула и начал активно жестикулировать:
– Ничего себе! То есть, по-вашему, вытащил родных из горящей квартиры и вперед, фаршировать меня свинцом? Да тут же совсем другая картина рисуется! Если бы пожар был просто так, какого черта он ко мне полез… Валерий Валерьевич, по ходу меня заказали! И квартиру спалили для пущего убеждения!
– Не мели чушь…
– Почему чушь?! Все логично! Хотели убрать меня вашими же силами, пригрозили ему, только он не смог…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Говорю же… – голосом учителя начальных классов повторил полковник: – У лейтенанта Андронова был просто нервный срыв!
– Да какой нервный срыв?! Допросите Клячкина, пусть расскажет, где обосновались Всемогущие и…
– Не сможем мы допросить Клячкина! – на этот раз по столу стукнул уже полковник и тоже поднялся с места. Упер руки на стол и пробасил даже громче Демьяна: – Умер он!
Демьян сглотнул, потряс головой, снова сел на стул.
– Это из-за меня? – спросил хрипло.
– Много на себя не бери! – уже спокойней проговорил полковник. – Повесился на простыни…
– Не много ли самоубийств в одном деле, товарищ полковник?! – взревел Демьян.
– Много, немного, а дело это я закрываю по причине смерти главного подозреваемого. И настоятельно рекомендую тебе успокоиться…
– Знаете, я ведь и без Клячкина уже нашел главную контору Almighty! – резко перебил его Демьян. – Не получится у вас спустить всё на тормозах!
– Да остынь ты, зелень! – сверкнул глазами полковник.
– Это я зелень?! – громко возмутился Громов.
– Ты, ты! Слушай, что старшие тебе советуют! Думаешь, просто так твоя благоверная пропала?
– Да понял уже, что неспроста, только что прикажете делать?! Ждать, пока моя Лерка всплывет где-нибудь с вытатуированным на спине номером? Нет уж, спасибо!
– Понимаю твою ситуацию, но пока помочь не могу. Может, позже…
– Спасибо, Валерий Валерьевич! Сам разберусь, – отчеканил Демьян.
Забыв пожать полковнику руку, выскочил в коридор. Голова гудела так, словно по ней долго били железной битой. Поехал домой. По дороге прокручивал в голове всевозможные варианты, но выхода из ситуации не видел.
С ним не связывались, ничего не требовали. А ведь могли, и он сделал бы все, что необходимо. Кто знает, может, так же как лейтенант Андронов, пошел бы махать пистолетом перед указанной Almighty жертвой. Кстати, вполне может статься, что время Громова просто еще не настало, и его не успели известить о том, что от него нужно. Думают, взяли за жабры, вот и не торопятся. Только Демьян сдаваться не привык. К тому же в сыскном деле он человек не последний, еще потягается.
Так незаметно добрался до дома. Выбрался из джипа, открыл калитку и только тут заметил, что одно из окон гостиной открыто.
Зима, ветер, снег срывается, а окно нараспашку. Демьян утром его не открывал точно. Пистолет сам скользнул в руку, щелкнул предохранитель. Глок – отличное оружие. Актуален на пятьдесят – сто метров, хоть в грязь его бросай, хоть топи, хоть машиной дави, ничего с ним не будет и хватит его на несколько тысяч выстрелов, это без замены ствола. Крепкий, надежный, прямо как его хозяин, который тоже готов ко всему.
Демьян прижался к стене, стал передвигаться осторожно, с оглядкой, нагибаясь под окнами. Вскоре добрался до двери. Легко потянул ручку. Оказалось не заперто. Ступая, словно горный лев, тихо и осторожно пробрался в гостиную, тут услышал вполне мирное:
– Черт, у него сахара нет…
Замер на месте, сглотнул. Бурливший в крови адреналин потихоньку стал растворяться.
– Да еб вашу мать! – выругался он, зайдя на кухню. – Я ж вас чуть не пристрелил!
Роберт с Беркутом аж подпрыгнули:
– Больной, да? Чего с пистолетом наперевес бегаешь?
– Окно дальнее видели? – спросил Демьян, убирая оружие обратно в кобуру.
– Не видели, – признался Роберт. – Что, гости были?
– Вы вообще как сюда попали? – проигнорировал вопрос Демьян.
– Так ты дверь не запер, и сигнализация отключена! – развел руками Беркут и как ни в чем не бывало налил себе кофе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Как?! – заморгал Демьян.
Чтобы он забыл запереть дверь… Такого в жизни еще не было. Хотя утро сегодня тоже выдалось из ряда вон выходящее.
– А окно чего нараспашку?! – возмутился он.
Друзья посмотрели на него не мигая.
