Выйдя из первого здания винодельни, он направился во второе. Вдоль стен здесь тянулись ряды пустых бутылок, покрытых толстым слоем пыли. Посреди комнаты стояли деревянные ящики тоже с пустыми бутылками, которые так никогда и не наполнялись вином.
На полу валялся всякий хлам. Видно крысы и здесь тоже хорошо поработали. Александр опустился на колени и осмотрел открытый ящик с винными пробками, которые еще никогда не были в употреблении.
На многих пробках виднелись отметины от зубов крыс.
Отбросив пробку, которую рассматривал, Александр выпрямился. Бутылки необходимо вымыть, ими еще вполне можно пользоваться. И он направился к третьему зданию.
А вот помещение для перегонки бренди в очень плохом состоянии. Оба дистиллятора пропали, должно быть, их украли. Все бутылки были разбиты какими-то хулиганами. Уголь для растопки пропал тоже.
Александра охватили сомнения. Он не знал, справится ли со всем этим. Хотя понимал, что глупо упускать такую возможность. Ведь Тесс сказала ему, что остается с девочкой здесь. И если это действительно так, значит он просто обязан позаботиться о них. Теперь он будет отвечать за них.
Но если он собирается вновь открывать винодельню, ему понадобятся деньги. Ведь ему придется покупать новое оборудование. Необходимо нанять рабочих, которые подрежут виноградные лозы и удалят те, которые поражены болезнью и вообще будут заботиться о винограднике все лето.
У Александра было немного денег, достаточно для того, чтобы вести тот образ жизни, к которому он так привык. Но этой суммы даже близко не хватит для того, чтобы вновь превратить винодельню в действующее, приносящее доход, предприятие.
Может быть, ему удастся собрать необходимую ему сумму денег благодаря рисованию? Генри сказал как-то, что все еще получает приглашения от разных галерей с предложением организовать его, Александра, выставки. Это принесло бы ему неплохой доход. Но настоящая прибыль заключалась бы в заказах на портреты, которые последуют после этих выставок. Во Флоренции, будучи в пике своей популярности, Александр писал до трех портретов в неделю.
Если Генри все устроит, он мог бы поехать в начале весны в Париж, а затем в Лондон. Он мог бы поехать и во Флоренцию. Переоборудование винодельни происходило бы по мере поступления денег и, может быть, даже этой осенью им удалось бы собрать небольшой урожай винограда.
Выйдя из винодельни, Александр отправился осматривать виноградники. Хотя за лозами и не ухаживали вот уже три года, и все это время они сгибались под тяжестью несобранных плодов, однако следов болезни не было видно. Правда, многие лозы были посыпаны, словно пудрой, милдью[41], но это было не так уж и страшно. Опустившись на колени, Александр разгреб покров из опавших листьев и сгнивших ягод и, слегка раскопав землю, осмотрел корни растений. Он с облегчением отметил, что корни не были поражены.
Александр выпрямился и, стряхнув грязь с рук, сорвал несколько ягод с ближайшей лозы. Он положил ягоды в рот. Неплохо, решил Александр, разжевывая ягоды и оценивая их вкус. Итак, решено: он снова займется производством вина. Тем более что урожай обещает быть богатым.
Александр повернул к дому в поисках Генри, подавляя каждое сомнение, приходящее ему в голову, не принимая в расчет то, что не все может оказаться на деле так гладко, отказываясь слушать пессимиста, говорившего в нем.
Вскоре Александр нашел брата, который играл в карты с Жанеттой.
— Мне необходимо поговорить с тобой, mon chere. Нам нужно кое-что обсудить, — сказал Александр Генри.
Генри отложил карты, в ответ на вопросительный взгляд Жанетты пожал плечами в недоумении и вслед за братом вышел из библиотеки. Пройдя через кухню, они вышли из дома. Но только очутившись на тропинке, ведущей к виноградникам, Генри остановил Александра, коснувшись его рукой.
— В чем дело? — спросил он Александра. Александр повернулся к брату.
— Я хочу вновь открыть винодельню. Генри удивленно вскинул брови.
— Что ты сказал?
Александр многозначительно кивнул.
— Я хотел бы выслушать твое мнение о состоянии виноградных лоз и винодельни в целом, и о том, что потребуется для того, чтобы снова производить вино. Я надеюсь к следующей осени собрать хороший урожай винограда.
— И это все? — Генри говорил в шутливом тоне, стараясь скрыть свое изумление.
— Нет, — продолжал Александр. — У меня есть к тебе еще одна большая просьба. Он перевел дыхание и провел рукой по волосам. — Я хочу, чтобы ты снова стал винодельцем.
Вконец ошеломленный Генри раскрыл рот и долго смотрел на брата, не в силах что-либо сказать. В конце концов, он закрыл рот и медленно сказал:
— Ты хочешь сказать, что предлагаешь мне вернуться сюда вновь и помогать тебе управлять винодельней?
— Нет, на этот раз я хочу, чтобы ты стал моим партнером. Я знаю, что в настоящее время ты не без успеха занимаешься торговлей вином, но мне бы хотелось иметь твою помощь и опыт в подобных делах.
Александр встретился с братом глазами и добавил:
— Я не обижусь, если ты откажешься. Знаю, я не имею права просить тебя об этом после того, как закрыл винодельню и отправил тебя укладывать вещи. И если ты откажешься…
— Я согласен, — перебил его Генри, нетерпеливо замахав руками на брата.
— Согласен? — теперь настала очередь Александра удивляться. Он ожидал, скорее, вежливого отказа Генри. — А ты уверен? Ведь это связано с огромным риском.
— Я ни в чем еще в жизни не был так уверен.
Убедив брата, Генри не мог больше сдержать своей радости. Издав восторженный крик, он подпрыгнул и закрутился в воздухе, как волчок, давая Александру понять, как он в действительности относится к этой идее. Глаза его возбужденно блестели, он радостно схватил Александра за руки.
— Я никогда не хотел быть торговцем. — Ты ведь знаешь, что больше всего я люблю делать вино. И никогда не захочу ничего, кроме этого.
— Я понимаю, что несправедливо отнесся к тебе после смерти Анны-Марии, — ответил Александр. — Я уволил тебя с твоей должности старшего винодела. Я…
— Забудь об этом, — снова перебил его брат. — Я уже не помню этого.
— Но…
— Александр, я давно уже простил тебя. Да, я был зол на тебя, мне было обидно. Но через некоторое время я понял тебя. И потом, мы ведь — семья. И ты сделал меня своим партнером! — Генри торжествующе засмеялся.
— А что скажет Жанетта?
— Жанетта терпеть не может Марсель, она любит здешние места. Она всегда их любила. Вспомни, ведь ее отец тоже был винодельцем. Это у всех у нас в крови. — Генри пошел по тропинке к винодельне. Александр же стоял на месте, и Генри нетерпеливо махнул ему рукой.
