Если с Джоном Кеннеди Мэрилин провела хотя бы одну ночь, то с Робертом ее связывала только молва. И все же Роберта обвиняют чаще всех. Причина — в том, что на момент первых обвинений его имя еще не было окружено ореолом политического мученичества, как имя Джона, и он не был президентом, а к президентам в США в былые времена относились все-таки с почтением.
Первый раз версию о том, что Мэрилин Монро убита и в этом замешан Роберт Кеннеди, высказал Фрэнк А. Кэпелл, ненавидевший коммунистов и негров. А еще — всех Кеннеди за то, что они плохо боролись с коммунистами и пустили негров в учебные заведения. Он выпускал антикоммунистическую газету "Глашатай свободы". А в 1964 году опубликовал книгу "Странная смерть Мэрилин Монро". В книге он описывал свою версию романа между Робертом и Мэрилин. И финала, когда Роберт, мечтая привести к власти коммунистов, убивает любовницу, которая может погубить его политическую карьеру своими признаниями. Интересно, что источником информации о том, как происходило расследование смерти актрисы, стал полицейский сержант Джек Клеммонс, первым прибывший по вызову в ее дом.
Директор ФБР Джон Эдгар Гувер, питавший неприязнь к Кеннеди и собиравший подробное досье на Роберта, узнал о предстоящей публикации книги от своих агентов и отправил ему письмо с предупреждением: "В книге вы найдете сведения о вашей якобы имевшей место дружбе с мисс Монро. Мистер Кэпелл заявил о намерении показать в своей книге, что вас связывали с мисс Монро доверительные отношения и вы находились в доме Монро в момент ее смерти". Роберт Кеннеди на письмо не ответил. Неизвестно, как в принципе он относился к этим сплетням…
Год спустя Копелл и Клеммонс предстали перед судом за клевету против сенатора Томаса X. Качела, республиканца, поддержавшего закон о гражданских правах 1964 года. Они были признаны виновными, и Клеммонса уволили из полиции.
Однако легенда о том, что Мэрилин Монро была убита Робертом Кеннеди, оказалась живучей.
При жизни Роберта ничего на эту тему больше не публиковалось. Но через некоторое время после его смерти к теме романа с Мэрилин вернулись. Были обнародованы адресаты телефонных звонков актрисы, и выяснилось, что незадолго до смерти она неоднократно звонила Роберту… Но разговоры длились недолго. И, как свидетельствовали близкие к Роберту люди, темой разговоров были проблемы во взаимоотношениях Мэрилин и киностудии.
"На протяжении всего моего знакомства с Робертом Кеннеди, — рассказывал Эдвин Гутмен, — мне и в голову не пришло, что у прокурора роман с Мэрилин, а тем более с какой-то другой женщиной. Женщиной его жизни была Этель, и он не проявлял интереса ни к кому другому, если не считать нормальных светско-публичных контактов в общественных местах. Тем летом Мэрилин действительно несколько раз звонила Кеннеди в его офис в Вашингтоне. Бобби был хорошим слушателем, и его интересовали вопросы актрисы, ее жизнь и даже ее хлопоты и проблемы. Но если говорить по существу, то я, Бобби и Анджи (Новелло, секретарь Кеннеди) воспринимали эти звонки как нечто забавное, эдакий юмор — и уж наверняка не как то, о чем шепчут по углам или хранят в тайне. Мы говорили друг другу нечто вроде: "О, снова она с этими своими вопросами". Но их разговоры всегда бывали непродолжительными. Роберт не принадлежал к разряду людей, которые долго треплются на маловажные темы. Но чтобы у него был роман? Честно говоря, это вовсе не соответствовало его характеру".
Конечно, друзья и соратники по партии могли защищать Роберта и лгать ради него, ради его светлой памяти, ради его жены и детей… И все же присутствовать при кончине Мэрилин и физически в ней участвовать Роберт не мог физически.
3 августа вместе с женой и четырьмя детьми Роберт отправился погостить на ранчо своего друга Джона Бейтса, расположенное в ста тридцати километрах к югу от Сан-Франциско и в пятистах шестидесяти километрах к северу от Лос-Анджелеса, высоко в горах Санта-Крус. Агенты ФБР наблюдали за братом президента, поэтому существуют записи о каждом эпизоде, случившемся во время пребывания семьи Кеннеди в гостях у семьи Бейтс: о совместных верховых прогулках, обедах, игре в американский футбол, посещении мессы… Роберт просто не имел возможности выкроить время на то, чтобы поехать в Лос-Анджелес, встретиться с Мэрилин и руководить ее устранением. Не мог он и вылететь и вернуться на частном самолете: ранчо располагалось так, что там нельзя было посадить самолет.
Версия, согласно которой убийцей Мэрилин являлся ее психотерапевт, Ральф Гринсон, была весьма новаторской и дерзновенной и снискала огромную популярность. У этой версии также есть две вариации. Первая: доктор Гринсон не знал, что Мэрилин принимает барбитураты, которые ей выписывал, не согласовав с ним свои действия, доктор Энгельберг, и когда знаменитая пациентка в очередной раз впала в истерику из-за бессонницы, поставил ей клизму с хлоралгидратом, и сочетание препаратов оказалось смертельным. Вторая: доктор Гринсон был влюблен в Мэрилин или просто испытывал некую духовную зависимость от своей пациентки, он знал, что она хочет избавиться от его навязчивой опеки и выйти замуж за Джо Ди Маджио, и сознательно убил ее, поставив успокоительную клизму с чрезмерным количеством хлоралгидрата.
К этой версии примыкает другая: убийцей была Юнис Мюррей. Доктор Гринсон мог поручить именно ей провести интимную процедуру и поставить клизму актрисе. А она могла использовать больше хлоралгидрата, чем необходимо. Или случайно, или намеренно. Намеренно — потому что Мэрилин ее уволила незадолго до своей кончины. И, хотя Юнис вернулась в ее дом, она понимала, что ей недолго осталось разделять с кинозвездой ее жизнь. Впрочем, некоторые из сторонников этой версии считают, что Юнис Мюррей действовала строго по распоряжению Гринсона, и была только исполнителем, хоть и прекрасно сознающим: совершается убийство.
Миссис Мюррей, кстати, отлично годится на роль убийцы: слишком много лгала и слишком часто меняла свои показания. Практически все, что она заявила сразу после смерти Мэрилин, оказалось ложью. Она не могла видеть свет под дверью Мэрилин: толстый белый ковер на полу, из-за которого дверь долгое время вообще не закрывалась, не позволял просочиться даже лучику… А дверь не могла быть запертой: Мэрилин никогда не запирала дверь. И не могла Юнис, разбив окно, раздвинуть кочергой шторы! В комнате Мэрилин, ненавидевшей яркий утренний свет, была всего одна гигантская штора, которую невозможно было сдвинуть.
А еще — Юнис стирала простыни. Кто будет заниматься стиркой вскоре после того, как обнаружил труп? Разве что тот, кому есть что скрывать.
Мертвая Мэрилин лежала на чистых сухих простынях. Но, умирая после клизмы с хлоралгидратом, она бы неизбежно расслабилась, и простыни оказались бы замараны.
Доктор Гринсон очень старательно указывал на пустую баночку из-под нимбутала. Юнис Мюррей стирала и сушила простыни.
Возможно, оба они считали себя виновными. И, запаниковав, пытались скрыть свою вину.
Возможно, смерть Мэрилин была трагическим несчастным случаем, действительно — всего лишь передозировкой, но не сама актриса переусердствовала с успокоительными, а ее психотерапевт или ее компаньонка, или они вместе…
Есть еще кое-что странное в смерти Мэрилин.
Два ее последних телефонных разговора.
4 августа приблизительно в 19.15 ей звонил Джо Ди Маджио-младший. Они весело болтали, в частности, юноша известил актрису о том, что разорвал помолвку с девицей, которая не нравилась Мэрилин. Монро была оживленной, реагировала бодро: Ди Маджио-младший поверить не мог, когда узнал о ее смерти, и уж тем более — не мог поверить в то, что она покончила с собой…
В 19.45. Мэрилин позвонил Питер Лоуфорд. И с ним говорила совсем другая женщина. Она что-то хрипло бормотала, никак не могла сконцентрироваться, чтобы среагировать на цели его звонка — приглашении на вечеринку. В конце разговора Мэрилин сказала: "Попрощайся с Пат, попрощайся с президентом и попрощайся с собою, потому что ты хороший парень". А потом, после еще пары минут невнятного бормотания, повесила трубку. Лоуфорд перезвонил. Было занято. Он звонил снова и снова. Наконец, он позвонил на телефонный узел: "Когда я попросил телефонистку прервать идущий там разговор, она ответила мне, что либо трубка снята с вилки, либо телефон испорчен".
Питер встревожился еще сильнее, обзвонил нескольких друзей, порывался ехать к Мэрилин, чтобы разобраться, что с ней происходит, но его отговорили: все же он — зять президента, а вдруг у актрисы передозировка и придется вызывать врачей, он окажется замешанным в некрасивую историю… В конце концов, Лоуфорд настоял на том, чтобы позвонили адвокату Мэрилин, Милтону Радину, а тот позвонил миссис Мюррей. Позже Радин рассказывал: "…где-то примерно четыре минуты, пока та вернулась и сказала: "Она чувствует себя хорошо". Но у меня сложилось такое впечатление, что эта женщина вообще не выходила из помещения". А Юнис причитала в своей книге, названной "Если бы только": "Если бы только Радин сказал мне, что ему позвонил кто-то, обеспокоенный состоянием Мэрилин…" Но что она сделала бы, если бы Радин ей сказал?
