Ник Вирт в этой игре не участвовал. Притязания на более чем 15 млн фунтов стерлингов, которые ему должна была команда, привели к острому столкновению с Лоудоном. «Грэм Лоудон, – рассерженно утверждал Вирт, – один из самых мерзких людей, каких я когда-либо видел. На то, чтобы избежать катастрофы, ответственность за которую они пытались возложить на меня, потребовались мои силы». Хотя Вирт получил кое-какие деньги, Лоудон энергично отрицал какие-либо проступки, совершенные по отношению к Вирту.
Вопреки заявлениям Брэнсона в конце 2011 года Virgin вышла из «Формулы-1». Сам Брэнсон выпутался, но оставил после себя разочарование. «Я пришел в правильный момент, а затем вышел из этого дела, – сказал Брэнсон директорам Virgin. – Мы не рисковали деньгами и не понесли убытков». Как и все жертвы Virgin, Лоудон не хотел, чтобы его считали неудачником. Он сказал: «От Virgin мы получили не больше того, на что рассчитывали или что нам было обещано».
Вскоре после последней неудачи Брэнсон сделал в своем блоге запись: «Оценив 40 лет своей деятельности и подумав о том, что характеризует столь многие успешные предприятия Virgin, я обнаружил пять секретов делового успеха: получай удовольствие от того, что делаешь; создавай то, что выстоит; создавай то, чем по-настоящему будут гордиться все, кто работает с тобой; будь хорошим лидером; и будь заметным». Приобщение к «Формуле-1» нарушало несколько из его собственных правил, но у Брэнсона всегда было противоядие. Через несколько дней после того как миллиардер уехал из Абу-Даби, немецкая информационная корпорация Media Control наградила его премией, которой ранее были удостоены Билл Клинтон, Нельсон Мандела и далай-лама. Решение гласило: «Жюри удостаивает премии бизнесмена, который ведет деятельность по всему миру и чьи креативность и инновационность стали силой, работающей на благо международного сотрудничества, человеческого развития и сохранения окружающей среды».
Естественно, призы заставляли Брэнсона чувствовать себя особенным.
Глава 12. Преступление Virgin: процесс
Брэнсон гениально скрывал, а затем хоронил все неприятные противоречия. Общественности он являлся как миллиардер, спонсирующий выступающую в «Формуле-1» команду, владелец экзотического острова и хозяин глобальной империи. Его статус поддерживали пресс-агенты Virgin, которые генерировали поток историй и фотографий, иллюстрировавших отношения Брэнсона со знаменитостями. «Кейт Миддлтон обращается к сэру Ричарду Брэнсону за советом», – гласила подпись под фотографией, опубликованной одной из газет в августе 2009 года. Так внимание общественности сосредоточивали на близости Брэнсона к будущей королеве незадолго до объявления о бракосочетании принца Уильяма и Кейт Миддлтон. На фотографии, сделанной на 90-м дне рождения бывшего президента ЮАР Нельсона Манделы, Брэнсон стоял рядом с Робертом Де Ниро, Опрой Уинфри, Уиллом и Джадой Пинкетт-Смит, Наоми Кэмпбелл и Нилом Даймондом. «Фантастический эффект ореола», – признал Брэнсон.
За этой удачей последовали снимки Брэнсона с королевой Иордании Нур. Брэнсон и Нур совместно создали организацию «Global Zero», целью которой была ликвидация ядерного оружия на Земле в течение следующих 25 лет. Вскоре после этого появились снимки Брэнсона, посещающего Дарфур вместе с Джимми Картером – бывшим президентом США и одним из ведущих «старейшин», как называли членов глобальной консультативной группы, спонсируемой Брэнсоном. По словам Брэнсона, поездка престарелого политика, стареющего хиппи и Мии Фэрроу была спланирована как акт «солидарности с народом Дарфура» и должна была привлечь внимание общественности к голоду и гражданской войне в Дарфуре. Поездка закончилась неловко. Правительство Судана было раздражено вмешательством иностранцев, и с бывшим президентом обошлись грубо. После ударов, нанесенных «Аль-Каидой» по Нью-Йорку и Вашингтону, вторжения в Ирак и взрывов в лондонском метрополитене враждебность между мусульманами и христианами вроде Картера усилилась. Разгневанный тем, что с его группой самозваных «цивилизаторов» обошлись без должного уважения, Брэнсон пообещал начать трехдневную голодовку солидарности со страдающими суданцами. «Старейшины, – сказал Брэнсон, – люди, которые пользуются авторитетом и уважением и играют ключевую роль в мире».
Гордясь своим детищем, Брэнсон не замечал эксцентричности Картера. Бывший президент предлагал положить конец раздору на Святой земле. Израилю, твердил Картер, следует начать переговоры с Хезболла и Хамас, которые Картер называл «миролюбивыми организациями». Поскольку Хезболла и Хамас регулярно организовывали террористические нападения на израильтян и отрицали право еврейского государства на существование, предвзятость Картера вряд ли могла снискать симпатии израильтян. Вызванное призывами бывшего президента возмущение озадачило Брэнсона, который расхваливал «вдохновляющую красоту «арабской весны»».
Политики стали приходить в ужас от Брэнсона, который ничего не смыслил в сложности мучительных конфликтов на Среднем Востоке и в многовековых религиозных войнах между мусульманскими сектами. По мнению Брэнсона, все это было временными, преходящими явлениями, которые не могут сделать мир лучше. Брэнсон искренне верил в то, что лейбл Virgin, нацепленный на дискредитированного бывшего президента, способен повлиять на тех, кто делает международную политику. В 2007 году Эрик Бост, посол США в ЮАР, сообщал государственному департаменту о том, что Брэнсон участвует в организованных Нельсоном Манделой дискуссиях по поводу предложения Роберту Мугабе 6,5 млн фунтов стерлингов в обмен на немедленный уход Мугабе с поста президента Зимбабве. Миллиардер опровергал сообщение Боста, которое, однако, не противоречило убеждениям Брэнсона в том, что бразды правления следует вверять предпринимателям, имеющим обретенный за десятилетия опыт. Он гордился своими способностями, но предпочитал игнорировать ожидания общественности, которая считала, что действия политиков должны быть прозрачными. Он расцветал в условиях двусмысленности и неясности.
Брэнсон всегда отдавал предпочтение секретности. С 1969 года, когда он скрыл подлинные прибыли Virgin Records от некоторых своих помощников, он хранил собственные богатства в офшорных компаниях. За долгие годы он также добился того, что старшие руководители его империи, особенно Гордон Маккаллум и Стивен Мерфи, редко выходили из тени. И все же контраст между подпольным управлением финансами Брэнсона и его политическими жестами оставался незамеченным восторженной публикой. Миллиардера принимали на условиях, которые устанавливал он сам. И даже тогда, когда его предприятия испытывали трудности, он сохранял свой ореол всеобщего кумира. Брэнсона везде прославляли как выдающегося бизнесмена даже тогда, когда становилась очевидной финансовая уязвимость его империи. На этой стадии все большие убытки несла Virgin Atlantic.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
