Внизу показался стремительно скачущий трехсотенный отряд тяжелых всадников. Во главе ехал молодой лорд Эвенсен. Рядом с ним держались окончательно поправившийся лорд Ханссен и лорд Хальвор. За их спинами, окруженная рыцарями со всех сторон, ехала Тиа. Уговорить упрямую королеву остаться в замке не удалось никому. Даже дракону. Руланд усмехнулся и пошел на снижение.
Всадники заметили его приближение и замедлились, но не остановились. Тиа с небольшим отрядом отделилась от основных сил и направилась к холму, на вершину которого Руланд плавно опускался. К ее седлу были приторочены поводья его ранда — коня редкой породы, которую разводили песчаные драконы для драконов. Закованный в броню Верный послушно следовал за Тиа, признав в ней пару своего хозяина.
Тиа подъехала к Руланду, принявшему человеческую ипостась, и широко улыбнулась. Ее прекрасные серо-голубые глаза сияли искренней любовью и восхищением.
Он с трудом сдержал снова разгорающееся в груди пламя. Он любил эту человеческую девушку всем сердцем. Она была обещанным ему ребенком, даром, который должен был изменить судьбу драконов севера. Что ж, она однозначно точно изменила его судьбу. Руланд и представить не мог, что влюбится в обещанного ему ребенка, когда ехал в Золотогорье. Теперь же он не мог представить себе жизни без нее.
Как же ему хотелось коснуться ее, не сдерживаясь, познать во всех смыслах этого слова. Если бы не его страх отпугнуть ее, обидеть, она уже давно стала бы его не только душой, но и телом. Вот только Тиа не была простой девушкой. Она была королевой, воспитанной в суровых рамках северной аристократии. Руланд пообещал себе, что сделает все по глупым человеческим законам, в которых она воспитывалась с рождения. А для этого нужно было сначала сыграть свадьбу.
Тиа подняла брови, не понимая, чего он ждал. Руланд мотнул головой, отбрасывая волнительные мысли, и вскочил в седло. Тиа пришпорила гнедого скакуна и первой направилась к удаляющемуся рыцарскому отряду. Руланд быстро догнал ее.
Остальные всадники держались позади них на изрядном расстоянии. Выглядело так, словно они думали, будто он мог бесконтрольно принять драконью ипостась, и боялись быть задавленными. Наивные люди.
— Что там? — прокричал Турваль, когда они догнали генералов во главе отряда.
— Около трех сотен воинов уходят верхом. Есть еще семь колесниц с арбалетчиками. Собирались скрыться в лесу, я не позволил. Догоним их в долине.
— Ты подпалил хоть чей-нибудь зад? — хохотнул Турваль.
Этот наглый герцог был одним из немногих, кто его совершенно не боялся, а то и вовсе забавлялся, как ребенок, упрашивая то покатать его, то огнем подышать.
— Лорд Ханссен, следите за языком, с нами королева, — проворчал Леон.
— Ой, да ладно вам! Мы скоро догоним последних из зверомордых. С нами дракон. Мы спалим их к чертовой матери. Запихнем в их обугленные глотки их же знамена, чтобы даже в ином мире по ту сторону горизонта им икалось.
— У них тяжелые арбалеты на колесницах, — Руланд перебил воодушевленные речи Турваля. — Сначала избавимся от них, и уже потом подумаем над тем, чтобы кому-нибудь что-нибудь подпалить.
Впереди показалась горящая опушка леса. Сам лес пока еще был не тронут. Хотелось надеяться, что дождь скоро начнется, и Руланд не станет причиной глобального пожарища в западных землях теперь уже окончательно его королевства.
— Святая корова! — прокричал Турваль и ошарашенно обернулся к нему. — Твоей пасти дело?
Руланд не стал отвечать. За спиной послышались благоговейные шепотки. Что ж, теперь он прекрасно понимал, о чем говорили друзья, когда рассказывали о том, как жилось драконам среди людей в южных королевствах. Ощущать себя небожителем оказалось неожиданно приятно.
Хотя достигнуто это было только лишь благодаря королеве, которую народ Золотогорья боготворил и без того, что она согласилась на брак с драконом. Никто не посмел усомниться в ее выборе ни среди знати, ни среди простых горожан. Никто ни разу не посягнул на его жизнь. Не обвинил в том, кто он такой. Хотя надо признаться, многие теперь боялись не только его, но и саму королеву. Боялись, что прогневают ее будущего мужа.
Турваль вскинул руку с зажатым в ладони мечом вверх и замедлил галоп. Дорога вильнула, спускаясь с холма. Впереди стремительно уносились, нещадно подхлестывая лошадей, зверомордые. Колесницы подскакивали на ухабах, и собрать мобильные арбалеты было проблематично.
— Строимся! — прокричал Турваль, и огромный отряд на ходу разделился на три части, выстраиваясь клиньями.
Тиа сместилась в сторону от основных ударных сил. Руланд последовал за ней. Ее безопасность была превыше всего. Дюжина рыцарей скакала следом.
Тиа подняла лук, наложила стрелу и подмигнула, ловя его взгляд. Руланд понимающе усмехнулся и взмахнул ладонью. Наконечник стрелы вспыхнул зачарованным драконьим пламенем. Тиа отпустила тетиву.
Стрела, выпущенная из боевого лука с длинными плечами, с громким свистом устремилась вслед уходящему отряду. Метко воткнувшись в спину всадника, она вспыхнула, разбрызгивая обжигающие искры. Враги закричали, бросаясь врассыпную и нарушая строй. В кого-то из них снова вонзилась стрела.
Надо было отдать должное воспитанию золотоволосого короля — каждая стрела его дочери находила свою цель. Пусть и не в ближнем бою, но Тиа сражалась на равных с мужчинами, забирая не меньше жизней врагов, чем лучшие из ее воинов.
Закованные в броню рыцари с громким боевым ревом врезались во вражеский строй, сметая неуверенное сопротивление. Зверомордые бросились врассыпную, даже не пытаясь сражаться.
Руланд соскочил с коня и набросил поводья на рожок седла своей пары.
— Будь осторожен, — тихо прошептала Тиа, спуская очередную стрелу.
— Всегда, — он улыбнулся и, скользнув ладонью по ее бедру, прикрытому броней, отошел в сторону.
Пламя охватило его, мгновенно меняя ипостась. Он взмахнул крыльями и поднялся над холмом.
