По крайней мере, так надеялся Джал. Он подумал, было, что надо было привести с собой больше людей, но тут же приказал себе прекратить.
«Не время, – одернул он себя. – Делай свою работу, думать будешь потом».
Бог – защита праведного.
Джал направился вместе с Делом к скалистому выступу на северной стороне ущелья. Место было идеальное. От дороги отходила тропа, заканчивавшаяся тупиком: естественная конфигурация скал, напоминавшая узкую дорожку. Джал заглянул за поворот дорожки – она неожиданно уходила довольно далеко, перед тем как свернуть снова. Идеальное место, чтобы укрыть коней подальше от главной дороги.
– Сюда, – сказал он Делу. – Мы поставим коней здесь и немного поднимемся. Оттуда стрелять будем, как в тире.
Немногочисленный дозор вместе с Алазарианом проехал еще пятнадцать минут по дороге в глубь ущелья, когда Шинн внезапно остановил коня. Впереди дорога расширялась. По обе стороны появились глубокие расселины, а над ними нависли опасные карнизы. От главной дороги расходились узкие тропы – по некоторым едва мог протиснуться человек, по другим даже кавалькада могла бы проехать. Обзор закрывал крутой поворот: дорога скрывалась позади отвесной скалы. Брекс и его солдаты невнятно заворчали – им явно было тревожно. Высокие пики на юго-востоке манили по-прежнему, но предполагаемое укрытие Джала Роба не стало ближе.
– Стоит вернуться, – посоветовал Брекс. – И привести сюда отряд побольше.
– Мне здесь не нравится, – заметил еще кто-то. Как и все прочие, этот солдат вытянул шею, разглядывая окрестности. – Они могут прятаться где угодно и наблюдать за нами.
Алазариану тоже не хотелось ехать дальше. Он уже не верил в возможность найти трийцев, которых разыскивал, и понимал, что надо будет вернуться сюда еще раз, без Шинна и без солдат. Но Шинна безмолвие окружающих гор не пугало. Он внимательно рассматривал землю, заставляя своего коня кругами ходить вокруг куска старого ржавого металла.
– Посмотрите-ка на эту штуку, – с любопытством заметил он. – На станке обработана.
– Ну и что? – пожал плечами Брекс. – Оглянись вокруг, тут полно всякого хлама. За годы скопилось – от нарской войны, от трийской. Эта дорога вечно служила свалкой.
Шинна это объяснение не удовлетворило. Как это ни странно, он продолжал рассматривать брошенный обломок, придавая ему ни с чем не соразмерное значение.
– Это может быть чем угодно, – сказал он. А потом, широко раскрыв глаза, он добавил: – Это могло остаться от Праведников!
– Нет! – презрительно возразил Брекс. – Это просто мусор. Имперские войска оставляли здесь множество всякой всячины. Просто бросали на марше. Ерунда это, просто железяка ржавая.
– И все же… – Шинн вздохнул, осмотрелся. Его взгляд остановился на особенно широкой тропе, прорезавшей северный склон и уходящей никуда. – Они могут быть где угодно. Надо проверить. Разведать все, что здесь есть.
– Да нечего здесь разведывать! – заспорил Брекс. – Мы же вроде выяснили, где их укрытие? Так что давай кончать копаться и сматываемся отсюда.
Шинн покачал головой.
– Я хочу узнать больше. Здесь тоже подходящее место для укрытия.
«Тем более следует уезжать», – подумал Алазариан.
Поведение Шинна казалось совершенно абсурдным, и он видел, что его спутники думают то же самое.
– Брекс, ты со своими людьми оставайся здесь. Я проеду вот по этой дороге. – Шинн указал на расщелину на северной стороне. – Я скоро вернусь. Алазариан! – Он повернулся к юноше. – Ты со мной.
У Алазариана чуть было не остановилось сердце.
– Я? Зачем?
– Потому что мне нужна еще пара глаз и потому что ты ехал сюда, чтобы стать мужчиной. – Дориец тонкогубо улыбнулся. – Разве не так? – Ну…
– Поехали! – отрезал Шинн.
Не обращая внимания на попытки Алазариана что-то возразить, он повернул коня в расщелину. Алазариан взглянул на Брекса, надеясь получить какую-то подсказку или поддержку, но всадник только пожал плечами. Не имея выбора, Алазариан дал Летуну шенкеля и направил конька за дорийцем. Шинн уехал недалеко – он как раз нырнул в расселину. Спустя минуту они оказались на узкой тропке, где оставшиеся солдаты уже их не видели. Здесь едва хватило бы места развернуть коня. Скалы словно наваливались на людей. Алазариана захлестнул кружащий голову ужас, и он пошатнулся в седле, обуреваемый желанием бежать из этого давящего ущелья. Однако Шинн продолжал двигаться вперед, медленно направляя коня в неизвестность и рассеянно глядя на отвесные скалы.
– Здесь ничего нет, – прошептал Алазариан. – Нам лучше вернуться.
Шинн приостановился. Он снял лук со спины и зажал его в левой руке. Встревожившись, Алазариан подъехал ближе.
– Что вы делаете? – спросил он. – Что случилось?
– Ничего не случилось, – ответил Шинн и вынул из колчана стрелу.
Алазариан огляделся. Он был озадачен и испуган, не понимая, что именно заметил Шинн.
– В чем дело? – снова спросил он. – Вы что-то видите? Дориец как-то зловеще улыбнулся.
– Просто хочу быть готовым, – ответил он. – Но ты прав, нам стоит вернуться.
Он повернул коня и направил его к выходу из расщелины. Алазариан хотел, было последовать за ним, но Шинн снова остановился.
– Ну, что теперь? – недовольно спросил Алазариан. Продолжая держать в руке лук, Шинн медленно навел его на Алазариана. Его улыбка стала шире.
Джал и Дел едва успели вскарабкаться на карниз, как увидели, что по расщелине к ним едут два всадника. Не успев перевести дыхание после подъема, Джал при виде врагов упал на землю, зарывшись лицом в грязь. У него за спиной Дел отчаянно выругался, подполз к краю карниза и шепнул Джалу на ухо:
– Они нас видели?
Джал точно не знал, но думал, что нет. Стук копыт слышался все ближе и ближе. Один из всадников что-то говорил. Или жаловался? Его голос казался испуганным. Джал осторожно поднял голову и посмотрел вниз. В их сторону друг за другом ехали двое мужчин в простой дорожной одежде, но у первого было оружие. Он был тощ настолько, что почти не отбрасывал тени, и щеки у него запали. Джалу понадобилась всего секунда, чтобы его узнать.
Шинн!
Он поспешно сделал Делу знак подползти ближе. Дел всмотрелся, и глаза у него широко раскрылись – он узнал печально знаменитого телохранителя Лета.
– Бог мой! – прошептал Дел. – Он наш!
Джал уже доставал из колчана две стрелы. Одну он зажал в зубах. Вторую наложил на тетиву, держа лук параллельно земле, чтобы не выдать себя. Пока ни Шинн, ни его спутник их не заметили. И только тут Джал понял, что спутник Шинна – вовсе не солдат, а мальчишка. Он не был вооружен, отчего перспектива убить его стала еще более отвратительной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
