удалось выяснить нам с Александром. За все время, что он держал нас в кабинете, он не выдал ни единой эмоции. Это просто ужас, до чего же он хладнокровен.
Инспектор пожал плечами.
– Что же, бывают и такие. – Он внимательно посмотрел на них, прежде чем тихо добавить: – Адвокатам не понравится, что я вам об этом говорю, так что держите язык за зубами. Беркинг подтвердил, что убить собирались миссис Генри, а не доктора Генри.
– Но почему?! – спросил Александр.
Долгие часы в больничной палате именно этот вопрос не давал покоя Шафран.
– Все дело в заседании Комитета колледжа, не так ли, инспектор?
Он кивнул, и Шафран подавила желание усмехнуться.
Александр тоже кивнул.
– Она обратилась в Комитет не из-за ненадлежащего характера отношений между доктором Генри и мисс Эрмин и даже не из-за его идеи создать новую кафедру на историческом факультете. Она собиралась рассказать о хищении средств.
Шафран удивленно посмотрела на него. На лице инспектора читалось самодовольство.
– По словам миссис Генри, во время визитов в его офис она обратила внимание на бумаги на столе мистера Блейка и заметила в документах нарушения, – объяснил инспектор Грин. Шафран подумала, что «визит в офис» – весьма любопытный способ описать свидание влюбленных. – У нее возникли подозрения, и она договорилась о встрече в Комитете, чтобы об этом сообщить.
– Ричард Блейк понял, что она обнаружила факт хищения средств, и Беркинг согласился создать яд, чтобы ее убить? – спросила Шафран. Какая сложная комбинация!
– Или она узнала, кто он на самом деле, и собиралась его разоблачить? – предположил Александр.
Шафран повернулась к нему, разинув рот.
– А кто на самом деле Блейк?
Губы инспектора изогнулись в полуулыбке.
– Насколько я понимаю, мистер Эштон об этом уже знает. – Александр подмигнул Шафран, испытывавшей в равной степени недоумение и восхищение. – Похоже, что человек, которого мы знаем как Ричарда Блейка, на самом деле Джеймс Харпер. Последние десять лет он играл на доверии, часто выступая в роли филантропа, собирающего средства на стипендии. На сегодняшний день это самый грандиозный его проект.
– Как Беркинг узнал, кто на самом деле Блейк? – спросила Шафран.
– Они познакомились на домашней вечеринке в Линкольншире. Блейк-Харпер тогда жил под другим именем и охотился за состоянием одного из гостей. Когда Блейк начал работать в университете, Беркинг его узнал. Как только появилась возможность обмануть университет на тысячи фунтов стерлингов, они привели свой план в действие. Доктор Беркинг уже некоторое время экспериментировал с новой разновидностью аконита. Он гордился своим творением и горел желанием испробовать его в действии.
Данная информация кое-что прояснила, но у Шафран все равно оставались вопросы:
– Разумеется, вся вина за хищение средств легла бы на доктора Генри, но как насчет отравления? Если им нужно было, чтобы доктора Генри арестовали, они могли бы выбрать другой способ убийства. Мы сразу догадались, что преступник не он!
– Они выбрали не тот способ, – хором произнесли Александр и инспектор и обменялись удивленными взглядами.
– Вот именно! Он бы ее задушил, или сбросил с лестницы, или…
– Что-нибудь еще, – твердо сказал Александр. – Возможно, их целью было запутать это дело настолько, чтобы полиция не обращала на них внимания, пока экспедиция не будет отправлена. Для них это был бы идеальный вариант; они бы покинули страну под благовидным предлогом и смылись, едва добравшись до берегов Бразилии.
Шафран нахмурилась.
– Если их целью было улизнуть с тысячами фунтов, зачем вообще ждать экспедиции? Почему они просто не забрали деньги и не сбежали?
На этот вопрос ответа ни у кого не было.
– Представляю, что почувствовала миссис Генри, когда узнала, что ее любовник пытался ее убить, – вслух подумала Шафран.
Инспектор нахмурился.
– Согласно ее показаниям, мистер Блейк, он же мистер Харпер, не был ее любовником. Ей хотелось выяснить, что именно сделал доктор Генри, чтобы добиться финансирования от семьи Эрмин, и она подумала, что Блейк послужит хорошим источником информации. То, что доктор Генри подозревал их в любовной связи, служило для нее бонусом.
Шафран растерянно заморгала. Такую возможность она не рассматривала.
– Знаете, инспектор, – сказала Шафран, когда он уже направлялся к двери, – тот полицейский эксперт по ядам, который приходил. – он не знал никаких ядов, кроме мышьяка и стрихнина. Из меня получился бы куда лучший эксперт!
Инспектор улыбнулся, и в уголках его глаз появились морщинки.
– Так и есть, мисс Эверли. Я рад, что вы оба выздоровели. Мистер Эштон, удачи в экспедиции.
Инспектор Грин вышел из палаты. Шафран с улыбкой проводила его взглядом, повернулась к Александру и рассмеялась.
– Он улыбнулся!
Глава 24
Выйдя в сапфировый вечер, Шафран и Александр посмотрели на темную лужайку и высокую живую изгородь за ней. На каменном балконе их окутал свежий весенний воздух. Участники расследования со скепсисом приняли приглашение на вечеринку у Лейстеров в честь отбытия экспедиционной группы. Шафран сразу позвонила Элизабет и, смеясь, попросила одолжить ей еще одно платье. Элизабет посоветовала подруге отныне всегда носить в сумочке набор самых известных противоядий – на случай, если отравят еще кого-нибудь из гостей. И вот у Шафран появилось лиловое, расшитое блестящим бисером платье, однако по-прежнему не было противоядий.
– Похоже, вы заручились пожизненной поддержкой доктора Генри. Он так тепло о вас отзывался! – искоса посмотрев на нее, сказал Александр. – Если бы я не знал, что вы убедили его свернуть на путь истинный, я бы посоветовал вам его остерегаться, Эверли.
– Жаль, что он не настолько восхищен, чтобы предложить мне место в экспедиции, хотя и позаботился о том, чтобы мое исследование продолжалось. – Шафран печально улыбнулась. – Меня это нисколько не беспокоит. Доктор Генри теперь преданный муж. Вы видели, как он внимателен к миссис Генри? Для человека, столь долго пробывшего в коме, она выглядит очень хорошо.
– Прошло не так много времени, чуть больше недели. А вы многого добились. – Он легонько хлопнул ее по плечу, и она захихикала. – Вы раскрыли схему хищения, поймали двух потенциальных убийц, дважды были отравлены и даже успели провести собственный эксперимент.
Взгляд Шафран задержался на его улыбке. Александр выглядел как прежде: он полностью выздоровел и щеголял в элегантном черном смокинге. Его волосы были приглажены, а глаза сияли в лучах льющегося из окон света. На прошлой неделе они много времени провели вместе: завершили научные дела Александра и выполнили все обязательства перед полицейским участком. Это было и горько, и сладко: так сблизиться перед неминуемой разлукой.
– Я и правда ощущаю удовлетворение, будто я успела все, что хотела, – согласилась она. – Вы, в принципе, пережили те же приключения,
