у старого турецкого кладбища, а также появились надгробные кресты и в районе лагеря 1-го армейского корпуса в Долине роз и смерти. Генерал Кутепов решил привести в порядок дело последнего упокоения чинов корпуса. В лагере было устроено, в районе пехотной части, кладбище, на котором было 24 могилы, а у кавалеристов тоже – с 14 могилами. Возле города, на месте бывшего армянского кладбища, было создано городское кладбище, где хоронили главным образом скончавшихся в лазаретах. На этом кладбище, с наибольшим числом могил, и состоялась в мае месяце закладка исторического памятника, в основание которого была вложена медная пластинка в герметически запаянном свинцовом футляре, с надписью на ней: «Памятник сей заложен 9 мая 1921 года при Главнокомандующем генерале П.Н. Врангеле, командире корпуса генерале от инфантерии А.П. Кутепове, по проекту архитектора подпоручика Н. Акатьева. При закладке присутствовали…»
К работе по сооружению памятника было приступлено немедленно, и мало-помалу стал расти ступенчатый конус строгих архитектурных линий. Он достиг высоты около шести метров, и его верхушка была увенчана небольшим простым крестом, как бы благословляющим общее место упокоения русских воинов. На всех могилах, приведенных в однообразный вид, были поставлены железные кресты с надписями на металлических дощечках. Само же кладбище было обнесено оградой, и у входа выстроена сторожка для сторожа.
В сооружении Галлиполийского памятника принимали участие все чины корпуса и все русские, бывшие в то время в Галлиполи. На отданный генералом Кутеповым приказ о сооружении памятника откликнулось все русское население города и лагеря – и офицеры, и солдаты, и женщины, и дети, хотя бы тем, что принесли к месту сооружения памятника свою долю строительного материала. Для памятника одних камней потребовалось около 20 тысяч. Поистине гигантскую работу произвела команда строителей памятника под руководством архитектора, подпоручика Акатьева. Надо заметить, что настоящих каменщиков и специалистов гранильщиков в частях корпуса не оказалось, и пришлось обучать строителей во время работы. Кроме того, нужно было многие инструменты изготовить своими средствами. Но все трудности были побеждены волевым упорством, непоколебимым желанием исполнить свой долг перед скончавшимися вне Родины соратниками.
Через девять недель после закладки первого камня памятник был построен, и 16 июля 1921 года состоялось его торжественное открытие и освящение. На это большое событие и торжество у кладбища собрались все чины армейского корпуса и все русское население города Галлиполи. Во время богослужения, совершавшегося отцом Ф. Миляновским, с памятника был снят покров и летнее солнце осветило его. На лицевой стороне памятника, на мраморной плите, красовался русский двуглавый орел, а под ним надпись: «Упокой, Господи, души усопших. 1-й корпус Русской Армии своим братьям-воинам, в борьбе за честь Родины, нашедшим вечный покой на чужбине в 1920—21 гг. и в 1854 – 55 гг. и памяти своих предков-запорожцев, умерших в турецком плену».
По окончании богослужения были возложены венки на памятник и была передана генералом Кутеповым мэру города Галлиполи грамота. Последовали команды, полились плавные звуки торжественного марша, и белые воины, стройными рядами, стали проходить церемониальным маршем перед памятником, возле которого стояли начальствующие лица во главе с генералом Кутеповым и почетные гости. Долг перед усопшими был выполнен. На кладбище, в сторожке поселился сторож – местный житель по имени Измаил Оглы Исаи и стал следить за памятником и порядком на кладбище.
По сооружении памятника жизнь проходила уже по твердо установленным нормам, и все ждали обещанного приезда генерала Врангеля, но его не выпускали из Константинополя союзники. В конце июля в Галлиполи прибыла супруга генерала Врангеля – баронесса Врангель. В лагерь она приехала в сопровождении генерала Кутепова и побывала во многих местах, а 30 июля на кладбище у памятника была отслужена панихида, на которой присутствовали все части Русской Армии, расположенные в городе и лагере, баронесса Врангель, все начальствующие лица и представители местных властей. После панихиды все части сразу же разошлись по своим местам, так как парада не было. 31 июля баронесса Врангель вновь побывала в лагере, где задержалась очень долго, осматривая многие палатки, побывала в лагерной церкви и потом посетила палатку гвардейского дивизиона, в которой местные русские дамы ее сердечно приветствовали и был сервирован чай, во время которого отличный оркестр Дроздовского полка исполнял концертные вещи.
Во время чая баронесса Врангель поделилась с присутствовавшими новостями, рассказала, в каких условиях приходится жить и работать Главнокомандующему и о причинах его неприезда в Галлиполи. Ее всюду тепло встречали и радостно приветствовали.
В это же время урезали паек, ставший еще более голодным, – стали выдавать меньше хлеба, рацион мясных консервов уменьшили до 150 граммов в день на человека и «компенсировали» это выдачей по 50 граммов в день на человека повидла из апельсинных корок.
1 августа на Устной газете, в помещении лагерного театра, состоялся доклад генерала Карцева (его прозвали в лагере «Бог войны») на тему: «Исторический очерк Галлиполи». Из этого доклада слушатели узнали, что в древности в этих местах у Галлиполи переправляли свои войска Александр Македонский и Ксеркс; что у маяка имеются развалины раскопанной мечети – первой постройки турок на европейском берегу. Узнали также, что в 40 верстах от Галлиполи, на азиатском берегу, развалины построек города Трои, воспетого в Илиаде, и что раньше, до раскопок, все считали город Трою мифическим. И еще – против города Галлиполи на другой, азиатской, стороне расположен древний город Лапсаки, отлично видимый, родина Аристотеля. В этом городе до сих пор действует водопровод тысячелетней давности. Трубы водопровода проложены с гор, местопрохождение их тогда не было точно известно, но знали, что трубы изрядно засорились, так как зимой поступало еще достаточно воды, летом же она буквально капала. В заливе, куда впадает ручей Биюк-Дере, разделявший лагерь, приблизительно в двух верстах от того места, где начинались палатки Дроздовских батарей, произошло, по словам генерала Карцева, в древности знаменитое морское сражение во время Пелопонесской войны, известное под названием «Битва у Эгес-Пота-меса», во время которого Аисандр потопил Афинский флот. Ближе к морю были когда-то разбиты военные лагеря афинян и спартанцев. В городе, где помещалась гарнизонная гауптвахта, бывшая крепость в свое время служила туркам как тюрьма, и они держали в ней заточенными пленных запорожцев. После столь интересного доклада образовалась группа офицеров, любителей старины, которые устраивали экскурсии в окрестности, с целью ознакомления с памятниками ее.
Вскоре наступили очень жаркие дни, и нередко термометр показывал до 50 градусов по Реомюру; появились желудочные заболевания и особого рода лихорадка. С гор стали сползать змеи, появилось много сколопендр и сороконожек, с которыми приходилось вести усиленную борьбу.
Наконец, стало известно,
