Она замялась в полном смятении. Разве он поверит, что Китти понятия не имеет о дальнейшем ходе боевых действий? Она знала только то, что сейчас на дворе август и она находится в гостинице в городе Ричмонде, штат Виргиния.
– Я сильно болела, – выпалила пленница первое, что пришло ей в голову. – Сыпной тиф. И теперь… я поправляюсь – здесь, в тихом месте. И я… я временно утратила связь с тем, что происходит.
– Еще бы не утратить, – сочувственно крякнул солдат. – От тифа сейчас столько людей помирает. Вам еще повезло. Правда, местечко для поправки здоровья вы выбрали не совсем подходящее…
Солдат явно проникся к Китти симпатией и стал рассказывать о последних событиях военной жизни. Девушка навострила уши, впитывая информацию, как губка. Итак, в апреле конфедератам пришлось довольно туго. Они потеряли Новый Орлеан, и Макклеллан уже стоял у ворот Ричмонда, а Хэллек штурмовал Коринф. Войска Севера заняли Миссури, та же участь ожидала долину Миссисипи.
– Зато теперь все переменилось, – с воодушевлением промолвил он, – и победа Юга не за горами. Макклеллана разбили прямо здесь же, у Ричмонда. А всего пару недель назад армия Джексона заняла гору Седар и обратила в бегство части генерала Попа. Потом, конечно, им пришлось остановить наступление, потому что к Попу подоспело подкрепление, но уже ходят слухи о том, что туда же двинулась армия генерала Ли.
– Ох, скорее бы все это кончилось, – с чувством подхватила Китти, всей душой радуясь хорошим новостям. – Я так хочу поскорее вернуться домой.
– Ну, судя по вашему оживленному голосу, вы уже успели вполне оправиться после болезни, – лукаво заметил солдат. – Может быть, вы пригласите меня к себе в гости? Я чертовски долго торчал в окопах и теперь не прочь провести время в обществе такой милой барышни, как вы. И даже ваш важный майор вряд ли обидится, если узнает, что вы помогли скоротать вечерок несчастному Джонни Ребу…
– Ну, хорошо, – с волнением согласилась Китти, решив ни за что не упускать свой шанс. Она должна объяснить незнакомому солдату, что с ней произошло, и тот запросто сможет помочь ей и Энди. Если в гостиницу ворвется решительно настроенный взвод солдат, то Сэма с дружками схватят прежде, чем они успеют прикончить пленников.
– Но вам надо быть осторожным, – прошептала Китти. – Мою дверь охраняет часовой!
– Часовой?.. – Он рассмеялся. – То есть это ваш майор не поленился поставить у ваших дверей охрану? Он что, боится, что вас кто-то может похитить?
– Да нет же, нет, вы не понимаете! – с досадой воскликнула Китти. Что, если незнакомец не сможет вникнуть в необычную ситуацию? – Меня держат здесь в плену. А этот часовой у дверей – он янки…
В этот момент она услышала звук открывающейся двери и отпрянула от окна. В сумраке комнаты Китти увидела гневный блеск серых глаз Тревиса Колтрейна.
– Ты с кем-то говорила? – резко спросил он.
– О Боже, ну конечно, нет! – постаралась улыбнуться Китти. – Я просто прислушивалась к разговорам за окном. Я целый день одна, и не с кем даже переброситься словом. И мое единственное развлечение – сидеть у окна и слушать разговоры прохожих. Вот хоть Сэма спроси. Он знает – как ни зайдет сюда, всякий раз застает меня у окна…
Ее голос звучал неуверенно, и Китти это понимала. Не находя себе места под пронзительным взглядом Тревиса, пленница в конце концов села на кровать и чинно сложила руки на коленях:
– Итак, ты вернулся. Это хорошо. Я соскучилась по тебе, Тревис. Я понимаю, что нас не назовешь настоящими друзьями, но вместе нам пришлось пройти через многое, и вот теперь я ловлю себя на том, что рада возможности поговорить с тобой.
Он с трудом отвел от нее взгляд и шагнул к двери, приказав часовому передать Сэму Бачеру, чтобы тот явился сюда да прихватил бутылку виски. А потом, не обращая внимания на Китти, принялся нервно мерить шагами тесную комнату. Капитана явно что-то сильно тревожило, и Китти оставалось уповать лишь на то, что он не успел подслушать разговор с солдатом, а солдату хватило ума понять, о чем она толкует. А вдруг в эту самую минуту он уже собирает отряд конфедератов, чтобы напасть на гостиницу?..
Вошел Сэм, коротко кивнул Китти и устроился вместе с капитаном в противоположном углу комнаты с принесенной бутылкой виски.
– Все обернулось плохо, Сэм, чертовски плохо, – начал Тревис довольно мрачно. – Макклеллан стоит лагерем на берегу Джеймс-Ривер. Лагерь хорошо укреплен и выдержит не одну атаку, но ему все равно позарез нужны те пятьдесят тысяч штыков, которые пришлось послать против Джексона на Шенандоа. Правда, Джон Поп идет на помощь по руслу Оранжевой реки и Александрийской железной дороге, и Ли ни за что не отбиться от объединенных сил Попа и Макклеллана. Однако Ли умен, как черт, и, боюсь, уже успел пронюхать, что Макклеллан собирается какое-то время просидеть тихо. У меня были кое-какие догадки насчет планов этой лисы, и нынче они подтвердились… – Капитан умолк, переводя дух, и Сэм нетерпеливо спросил:
– Ну же, валяй дальше. Что еще придумал Ли?
Китти ловила каждое слово. Интуиция подсказывала ей, что этот разговор – самый значительный из всех, которые ей приходилось слышать за последнее время. А что, если эти двое сидят и составляют план, который подвергнет угрозе жизнь ее Натана? От одной такой мысли по спине бежали мурашки. Ведь несчастная не имела ни малейшего представления, где именно сражается сейчас его полк.
А Тревис словно в нерешительности набрал в грудь побольше воздуха и с шумом выдохнул его:
– Ли послал на север Каменного Джексона[11] с двадцатью пятью тысячами солдат, чтобы атаковать Попа.
Сэм изумленно присвистнул и спросил:
– Черт побери, а нам-то что теперь делать?
– Объявить общий сбор и готовиться в рейд. Прикажи солдатам воспользоваться формой конфедератов, чтобы пробраться через их линии, а потом мы переоденемся и благополучно доставим донесение Попу. Мы не дадим Джексону свалиться как снег на голову.
Сэм с готовностью вскочил на ноги и поспешил выполнять приказ. Китти отчаянно молилась, чтобы тот солдат конфедератов не медлил. Теперь, располагая чрезвычайно важной информацией, она тем более должна добиться свободы и обличить Тревиса как опасного шпиона-янки. Ни за что на свете нельзя было выпускать его из Ричмонда с такими сведениями. Она осторожно взглянула на капитана, который все еще сидел на своем месте и потягивал виски прямо из бутылки. А что, если незнакомый солдат так и не придет? Что тогда она сможет предпринять? Надо непременно расстроить их коварные замыслы! Но как? Как ей войти в контакт с конфедератами?
Может быть, сейчас настал подходящий момент для того, чтобы развеять недоверчивость Колтрейна? Еще до того, как Тревиса свалила болезнь, она делала робкие попытки пойти на сближение, но капитан оставил их без ответа. Или он сделал это нарочно, разгадав ловушку? Но теперь, после того как она самоотверженно лечила его, их отношения могли бы измениться.
