Я в точности выполнил приказ, и снова прижал руку к телу.
– Так. – служивый поднёс ладонь к моей пластине, и на его пальце тут же засветился перстень. – Хм. Неофит, потенциальный магистр. Школа «Раскалённого ветра». Парень, ты даже месяца не прожил в Марраане, а уже создаёшь нам проблемы. Скажи мне, кто на тебя напал, и зачем?
– Старший ученик, маг Земли. – тут же ответил я абсолютную правду. – Хотел убить, выполняя приказ Алекса Третьего.
– О как! Прям самого императора Востока? Ребята, вяжите его, и в холодную. Тех, что из дома повыскакивали – туда же. Пусть остынут, подумают, а мы пока разберёмся, кто здесь прав, а кто отправиться на передовую.
Интерлюдия тридцать вторая. Рисус Галл.
– Рисус Галл, почему тебе не холодно? – громкий голос сотника разнёсся над озером.
– Сила Тароса согревает меня в лютую стужу, и дарит прохладу в палящий зной! – громко и чётко ответил Джек. Он, как и сотня других воинов, стоял по грудь в ледяной воде, и нисколько при этом не мёрз.
– Делай! – скомандовал ротус.
– Раз! – подхватила сотня глоток, и воины одновременно, почти синхронно нанесли удар под водой. Вода, подчиняясь слитному движению, колыхнулась в одном направлении. В такие моменты Джек чувствовал себя частью чего‑то целого, великого. Это чувство наполняло силой, безграничной верой в боевых товарищей, и преданностью Таросу.
– Делай!
– Два! – и чёрные воины одним слитным движением ударили ребром ладони незримого врага. Вода не смогла задержать стремительного удара, вскипая от рассекающей её непреодолимой силы.
– Делай!
– Три! – и с руки Джека, вырвавшейся из воды вверх, к небу, сорвался сгусток пламени. Он, вместе с проявлениями силы других чёрных воинов взвился в ночное небо. Среди братьев не могло быть вражды. Земля, вода, огонь – какая разница? Они все – дети Тароса, а значит между ними нет и не может быть разногласий.
– Делай!
– Четыре!
Интерлюдия тридцать третья. Магистр Георгий.
– Ну что, ты уже выяснил, что хотел? – спросил Мовризей, и сделал большой глоток пива из глиняной кружки.
– Тебя сдал староста, из пограничной крепости. Пленный не знает, как его зовут.
– А, Крысюк! Я предполагал, но всё же… Это каким идиотом нужно быть, чтобы предать человека, благодаря которому имеешь достаток и уважение? – коротышка сделал ещё один глоток.
– Только ты говоришь совсем не о том, о чём я спросил.
– Он рассказал, как выйти на главу одного из правящих кланов. – в отличии от торговца, Георгий предпочитал травяной отвар с мёдом. – Мне…
Бывший Хранитель внезапно умолк. Закрыв глаза, он прислушался к чему‑то, затем тряхнул головой, и сделал несколько мелких глотков.
– Я ошибался. Нужно поспешить, иначе этот идиот погрузит весь материк в хаос!
– Ты о своём ученике, или? – Мовризей многозначительно повертел пальцем перед лицом.
– Или, мой старый друг. Или…
Глава 7 Обучение через боль
Двое суток мы провели в тюремных камерах. Двое суток в ошейниках и наручниках, перекрывших доступ к сосредоточиям. Не знаю, как другие пленные, а я почувствовал эту пустоту, когда нет возможности прикоснуться к дару. Мерзкое ощущение, словно забрали часть души. Спасало только одно – физические упражнения, и мысленное построение всех рун, что мне известны.
– Неофит Фаерус, на выход! – раздался хриплый голос тюремщика, и решётчатая дверь со скрипом распахнулась. С усилием подняв своё тело на ватные от перенапряжения ноги, я вышел из камеры, и замер перед тюремщиком. Надо отметить, что относились ко мне без жестокости, кормили два раза в сутки, а воды было вообще вдоволь. Прямо за дверью стояла деревянная бочка, а к ней на цепи крепилась кружка. Да, с закованными руками дотягиваться и зачёрпывать жутко неудобно, но я приспособился. Зато вода свежая и чистая.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Шагай в ту сторону. – проворчал тюремщик, указав короткой дубинкой на выход. – За тобой пришли.
Через десять минут мы с товарищами стояли в центре большого помещения, а перед нами расхаживал человек в чёрном одеянии.
– Вам сильно повезло, молодые люди, что в вашем доме установлен охранный артефакт. Иначе пришлось бы залезать каждому из вас в голову, а это весьма неприятная процедура. Магистрат не имеет к вам претензий относительно манипуляций магией, поэтому вам останется лишь оплатить штраф за нарушение спокойствия граждан Марраана. По две средних искры с каждого одарённого, учавствовавшего в противозаконном действии, и одна малая за простака. Ваш слуга, неофит Фаерус, уже внёс необходимое количество искр, так что вы свободны. За исключением неофита Фаеруса, к вам, Джон, у нас имеется разговор. Пройдёмте со мной, остальных проводит мой помощник.
Я шёл следом за служащим магистрата, и размышлял. То, что меня сейчас будут допрашивать, не вызывало сомнений. Другое дело, чем я заинтересовал неизвестных.
– Мастер Го, вы можете идти. Дальше я проведу гостя. – раздался впереди женский голос, и я, оторвав взгляд от спины провожатого, впервые увидел женщину‑кошку. Та поймала мой взгляд, и фырунула: – Чего пялишься, неофит, ниразу мроу не видел? Следуй за мной!
Идти за женщиной, а вернее девушкой, у которой сзади болтался хвост – дьявол, это как увидеть инопланетянина из фильма. Взгляд сам собой сползал вниз.
– Будешь пялиться, сломаю твой любопытный нос. – сообщила хвостатая. Ага, сейчас, так я и послушал.
– Куда меня ведут? – спросил, чтобы снять напряжение.
– Магистр Гефой хочет поговорить с тобой, неофит. Хотя я бы, для начала, прожарила как следует твои пятки на костре. Чтобы был посговорчивей.
Зачем я понадобился магистру? Других дел у него нет, что‑ли? Или это как‑то связано с Восточной империей? Столько вопросов, на которые, надеюсь, скоро получу ответ.
– Замри на месте. – приказала хвостатая, и постучала в дверь, перед которой мы остановились. С той стороны раздался приглушённый мужской голос:
– Мау, входите.
Мы очутились в небольшом помещении, стены которого были отделаны светящимся красноватым камнем. Стоило двери закрыться за моей спиной, как я почувствовал, что очутился в плохом месте. На меня мгновенно навалилась сонливость, ноги ослабли, и сквозь угасающее сознание я услышал:
– Держи его, пока головой не ударился! Мне ещё покопаться надо в его разуме.
Ну уж нет! Уже теряя сознание, я сформировал малую руну Разума «Ясность ума», рукой загнал её в свою голову, и мне мгновенно стало лучше. Опершись о стену, я сделал пару глубоких вдохов, и поднял глаза на человека, говорившего с хвостатой.
– Доброго времени суток, магистр Гефой.
– Хм. Здравствуй, неофит. Не знал, что ты владеешь магией разума. Кто научил?
– Настоятель Георгий, Хранитель.
– Да, я слышал, что вы прибыли сюда из пустоши. А ещё я слышал, что вы с сестрой – единственные потомки рода Фаерус. Рода, что долгое время занимал восточный трон, и который, согласно древнему пророчеству, вернёт своё былое могущество. Сможешь мне объяснить, откуда вы взялись? Ведь всем известно, что род Фаерус около ста лет назад был подвергнут срашному проклятию, и с тех пор у них не родилось ни одного наследника.
– Мы выросли в другом мире. – ответил я, понимая, что врать сейчас совершенно бессмысленно. Как и пытаться увиливать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Вот значит как! – магистр приблизился ко мне, заглянул в глаза. – Хм, не врёшь! И что, как там, в другом мире?
– Его захватила скверна. Ту его часть, где я жил.
– Так вот почему всполошились воины Тароса. – один из правителей государства Свободных одарённых повернулся ко мне спиной. – И император запада спокойно воспринял удар по своему самолюбию. Скажи, неофит, там, в другом мире, были одарённые?
