Артас спокойно сидел на Непобедимом. Его мысли вновь утянули его в прошлое, когда он сражался с орками рядом с Утером Светоносным в Странбраде. Он вспомнил, что орки приносили людей в жертву своим повелителям – демонам. Тогда он с Утером чувствовали отвращение и были сильно потрясены. Сам Артас тогда словно обезумел, так что Утеру пришлось прочесть ему лекцию о том, что нельзя сражаться с гневом в сердце. “Если мы позволим нашим эмоциям обратиться к жажде крови, то мы не будем ничуть лучше этих мерзких орков,” – упрекнул его Утер.
Что ж, Утер был мертв, и хотя Артас все равно убивал орков, теперь он работал на демонов. Возле глаза дернулся мускул.
– Так чего же мы ждем? – огрызнулся он и пустил Непобедимого вскачь.
Орки сражались смело, но, как и во всех прежних попытках остановить Плеть, – бесполезно. Артас вышел вперед, верхом на Непобедимом, ловко перепрыгивая лежащие тела орков. Он долго изучал врата. Три каменных плиты были слишком изысканы, чтобы быть созданными этой зверской расой. Врата соседствовали с огромными костями животных, пылающими тусклым красным оттенком. Внутри пространства, заключенного между каменными плитами, вяло циркулировала зеленая энергия. Проход в другой мир. Джайна могла им заинтересоваться – но страх пересилил бы ее любопытство. Именно это делало ее слабой.
Именно это… делало ее Джайной…
– Все дикари перебиты, – сплюнул Артас. – Врата теперь в твоем распоряжении, лич.
Могучий скелет весь дрожал от восхищения, заскользив вперед и сложив руки, словно в молитве. Лестница вела к арке; Артас заметил, что лич не поднялся ни на одну ступень. Он стоял у фундамента портала, из уважения – или из прагматического желания избежать быстрой смерти. Артас отошел назад, пристально наблюдая за происходящим с Непобедимого.
– Взываю к тебе, Архимонд! Твой верный слуга жаждет лицезреть тебя!
Зеленый туман продолжил кружиться в водовороте. Вскоре Артас смог разглядеть в нем фигуру, в чем-то похожую на повелителей ужаса, с которыми он уже был знаком, а чем-то отличающуюся от них.
У существа, которое увидел Артас, была сине-серая кожа, правда из-за окружавшего его зеленого света нельзя было сказать наверняка. Несомненно, демон этот был силен – мощная грудь, огромные крепкие руки. А нижняя часть тела походила на козлиную: ноги Архимонда были изогнуты коленями в обратную сторону и заканчивались не ступнями, а раздвоенными копытами. Хвост позади него дергался, что было совсем не похоже на спокойного и сдержанного Архимонда. Руки, плечи и голени были облачены в золотую, мерцающую броню с выступающими черепами и шипами. С подбородка свисали два длинных и тонких щупальца. Но что сильнее всего привлекало внимание к его вытянутому лицу, так это глаза, пылающие ядовито-зеленым огнем, более ярким и более четким, чем кружащийся зеленый туман. Хотя физически Архимонд не был в этом мире, Артас почувствовал присутствие демона, от которого он не мог пошевелиться.
– Ты произнес мое имя, лич – я пришел, – сказал демон, его резонансный голос каждым слогом откликался в костях Артаса. – Ты – Кел’Тузад, не так ли?
Кел’Тузад склонил свою рогатую голову. Артас чувствовал раболепие лича.
– Да, о Великий. Это я призвал вас. Прошу, расскажите, как мне ускорить ваш приход в этот мир. Я существую лишь для того, чтобы служить вам.
– Есть особый том, который тебе нужно найти, – провозгласил повелитель демонов. Его взгляд скользнул к Артасу, демон на мгновенье посмотрел на него, и тут же отвернулся. Это вызвало у Артаса раздражение. – Единственная сохранившаяся книга заклинаний Медива, Последнего из Хранителей. Только его потерянные знания способны перенести меня в этот мир. Ищите город смертных, что называется Даларан. Книга хранится там. На закате третьего дня ты начнешь обряд.
Образ исчез. Артас долго еще смотрел туда, где был Архимонд.
Даларан. Величайшая концентрация магии в Азероте после Кель’Таласа.
Даларан. Там училась Джайна Праудмур. И весьма вероятно, Джайна все еще там. На мгновенье в нем вспыхнула вспышка боли.
– Даларан защищают самые сильные маги Азерота, – медленно сказал он Кел’Тузаду. – Нам не удастся скрыть свое наступление. Они будут готовы.
– Как был готов Кель’Талас? – рассмеялся во весь голос Кел’Тузад. – Вспомни, с какой легкостью эта армия сокрушила его. И там будет то же самое. Кроме того, напомню тебе... я был членом Кирин Тора и приближенным к архимагу Антонидасу. Даларан был моим домом, когда я еще был смертным во плоти. Я знаю все его секреты, все его защитные заклинания, способы оказаться там, где они даже и не думали ставить охрану. Как это мило – навести ужас на тех, кто заставлял меня отречься от моего пути, от моей судьбы. Не бойся, рыцарь смерти. Мы не можем потерпеть неудачу. Никто и ничто не может остановить Плеть.
Краем глаза Артас уловил движение. Он развернулся и увидел бестелесный дух некогда живой Сильваны Ветрокрылой. Очевидно, она слышала их беседу и заметила его реакцию на новый приказ.
– Этот разговор о Даларане тронул тебя, – лукаво заметила она.
– Замолчи, призрак, – пробормотал он, вспомнив против воли, как он впервые прошел врата Даларана, сопровождая Джайну. Невинность того времени теперь была ему уже недоступна.
– Возможно, кто-то, о ком ты заботился? Приятные воспоминания?
Проклятая банши не отставала. Он отдался гневу, сжал руку, и она закорчилась от боли, пока он не отпустил ее.
– Больше ни слова об этом, – предупредил он. – Не мешай нам.
Сильвана молчала. Но на ее бледном, призрачном лице появилась дикая самодовольная усмешка.
– Я могу помочь, – голос Джайны был спокоен, чего сама она не ожидала. Она находилась рядом со своим наставником, Антонидасом, в его любимом, по-домашнему уютном кабинете, где всегда царил кавардак. – Я достаточно обучена для этого.
Архимаг стоял и смотрел в окно, сжав руки за спиной, как будто ничего страшного не происходило, и он просто наблюдал, как внизу студенты проводят практику.
– Нет, – спокойно заявил он. – У тебя иная задача, – он повернулся к ней, и ее сердце сжалось, лишь она увидала выражение его лица. – Задача, от которой я… и Теренас, да хранит Свет его душу… уклонились. Он отказался выслушать того странного пророка, и был убит его же сыном, а его королевство лежит теперь в руинах, по которому бродят лишь мертвецы.
Даже сейчас внутри Джайны все сжалось при его упоминании. Артас…
Ей все еще было сложно поверить в происходящее. Она любила его, так сильно… она любила его до сих пор. Она постоянно молилась, тихо и незаметно ото всех, чтобы он был под каким-то контролем, которому он не мог сопротивляться. Ибо если он сделал все это по собственной воле...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
