— Я поеду с вами, — сказала Даймонд Холту. Беар хмуро посмотрел на жену, но она решительно скрестила руки на груди. — Мне надо отдать блузку в прачечную.
— Это самый нахальный, упрямый и бесчувственный мужчина на свете! — Даймонд продолжала перечислять Холту недостатки своего мужа, пока они тряслись и подпрыги вали в деревянном грузовом фургоне, катившем вдоль железнодорожных путей. Этот старый фургон явно знавал лучшие времена.
Холт покосился на нее.
— А еще ужасно непоследовательный, — добавила Даймонд, ухватившись за деревянное сиденье, чтобы не упасть. — В одну минуту он разумный и логичный, а в другую — свирепый дикарь. Варвар, готовый драться с целым миром.
— Вот тут я должен не согласиться, — сказал Холт. — Упрямый — да. Нахальный… ну, вам, наверное, видней, ведь вы его жена. Но непоследовательный? Беар Макквайд надежен, как рассвет. Если он дает слово, то считай — дело сделано. К тому же он на редкость порядочный. Обращается со всеми людьми — и с маленькими, и с большими — так, как хочет, чтобы они обращались с ним.
— Ага, — Даймонд лукаво прищурилась, — только при условии, что эти люди — мужчины, В этом-то вся и беда. С женщинами он ведет себя так, как будто нам нельзя доверить даже обычную ложку — он думает, что мы обязательно возьмемся не за тот конец.
Холт усмехнулся и покачал головой.
— Он в самом деле немного упрям в отношениях с женщинами. Но таков уж он есть — независимый, как бычок на льду. Ему хочется все делать самому. «Сентрал энд маунтин» — мечта его жизни. Он годами экономил каждый цент… три раза в день ел кукурузный хлеб и бобы… спал под звездами… работал до упаду. Эта железная дорога — самое дорогое, что у него есть.
Повисла тишина. Каждый смотрел в окно, на волнующееся море травы, и думал об упорстве и решительности Беара Макквайда. Даймонд чувствовала, что у нее никогда не будет лучшего момента и более подходящего собеседника, чтобы задать все те вопросы, которые томили ее две последние недели.
— Компания «МСМ» оказалась потенциально доход ной инвестицией. Почему же никто не хотел давать вам с Беаром денег?
Холт вздохнул.
— Банкиры! Они хотят контролировать те предприятия, в которые вкладывают средства. Беар же не мог этого допустить.
— Даже ради того, чтобы получить кредит? — Он хмыкнул.
— Даже ради этого. Понимаете, он… со странностями.
— Со странностями, — повторила девушка и ухватилась рукой за шляпку, чтобы ее не снесло ветром. «Аминь», — сказала она мысленно. — А давно вы с ним знакомы, Холт?
Ирландец на мгновение задумался.
— Семь или восемь лет. Довольно давно. Не знаю, надо ли вам это говорить… но… Беар отнюдь не дамский угодник.
Она скептически фыркнула.
— Я видела его с той женщиной, Силки.
— Они просто друзья, и все.
— Как я уже говорила, у Беара Макквайда ничего не бывает просто.
— Кроме вас, — сказал Холт, покосившись на свою спутницу.
— Меня? — Она отвела глаза, но уши ее горели.
— С вами у него почти так же просто, как обычно бывает у мужчины с женщиной. — Он посмотрел на нее с веселым удивлением. — Вы ему нужны.
Даймонд покраснела и замерла, надеясь, что он не узнает s как колотится ее сердце.
— Ну разумеется. Женившись на мне, он получил огромное состояние.
— Я говорю не о деньгах, мэм. Когда Вассар впервые предложил ему вас в качестве инвестора, Беар прямо заявил, что не станет ухаживать за женщиной ради денег. А он человек слова. Он не один раз приезжал к вам, чтобы сделать вам деловое предложение… брал с собой наши карты и планы, но почему-то так и не решился вам их показать. — Холт покачал головой. — Я думаю, он просто не хотел вас просить. Это задевало его самолюбие, а он человек гордый.
— Даже чересчур.
Кроме этих двух слов, она больше ничего не смогла из себя выдавить. То, что Холт говорил про Беара, соответствовало ее собственным наблюдениям. Гордый. До крайности независимый. Да, он действительно приносил ей свои карты и планы… те самые, которые она видела в ту последнюю ночь… Теперь Даймонд легко могла поверить, что он собирался просить ее о ссуде, но запутался в собственной гордости и независимости. Она ему нужна… Она задумалась, отчаянно надеясь, что все сказанное Холтом — правда, и вместе с тем боясь, что надежды ее рассыплются в прах, причинив ей новые сердечные муки.
Приехав в Грейт-Фолс, они сразу же отправились на железнодорожный вокзал и нашли начальника. Это был низкорослый нервный мужчина, который все время прижимал руку к животу, как будто превозмогал приступы боли.
— Простите… я не могу продать вам инструменты… в обход предписаний. — Он медленно попятился. — Мне приходится тратить чертову уйму времени, чтобы снабдить орудиями труда собственные рабочие бригады.
— Чушь собачья… — сказал Холт, шагнув к нему. — У тебя есть инструменты, парень. Я видел их в депо: — Он взглянул на Даймонд. — Мы накинем по доллару сверху.
— Они не продаются — ни по к-какой ц-цене. — Начальник вокзала в конце концов уперся спиной в стену, явно решив не сдаваться. — Правила есть правила. Пусть Грейт-Фолс всего лишь маленькое пятнышко на карте «Чикаго — Милуоки — Сент-Пол», но мы хорошо знаем свое дело и строго придерживаемся предписаний.
Холт вплотную приблизился к нему.
— У нас есть разрешение привязаться к железной дороге «ЧМ»и «СП», — заявил он. — Старина Джим Хилл лично это одобрил.
— Но он не давал мне разрешения продавать вам наши инструменты! — Коротышка наконец обрел уверенность в себе и упрямо вздернул подбородок.
Даймонд схватила Холта за рукав, оттащила его в сторону и потребовала, чтобы они ушли, пока не случилось неприятностей. Ирландец нехотя повиновался. Они заглянули в платную конюшню, к торговцу рабочими инструментами и даже в главный универмаг. Нигде не оказалось молотков нужного веса и нужной формы.
— У нас нет времени! — Холт снял шляпу и хлопнул ею себя по ляжке, выпустив в воздух облачко пыли. — Нам надо строить дорогу. Если мы не уложим рельсы до первого снегопада, то потеряем наши земельные гранты.
Даймонд впервые видела на лице Холта озабоченность, которая обычно пряталась за его ирландским добродушием и веселостью. Если бы она могла что-то сделать…
— Постойте… Хилл дал вам разрешение привязаться к его железной дороге, так?
— За отдельную плату, — подтвердил Холт. — Он знает, что если «МСМ» построит свою боковую ветку, это
пойдет на пользу и его бизнесу. Вот почему он сразу же разрешил…
— Если он одобрил нашу железную дорогу, то почему бы ему не дать разрешение на продажу нам рабочего инвентаря? Или хотя бы предоставления во временное пользование — до тех пор, пока мы не купим инструменты в Сент-Поле или Милуоки? Начальник вокзала обязан выполнять его распоряжения, верно?
