Все книги в превосходном состоянии.
Азирафель. Полка как новая.
КАРТОЧКА С ТИТРАМИ: САМЫЙ ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ИХ ОСТАВШЕЙСЯ ЖИЗНИ
626 НАТ. ДОМ АДАМА ЯНГА, ДЕНЬ
Мистер Янг читает воскресную газету в шезлонге возле дома. (Скорее всего, «Телеграф».) Р. П. Тайлер кашляет. Он гуляет с собакой.
Тайлер. Доброе утро, Янг.
Мистер Янг. Доброе утро, мистер Тайлер.
Тайлер. Я насчет вчерашнего вечера. Я… я помню, что приходил к вам побеседовать о вашем сыне. Помню, что-то случилось, но… не помню, что.
Мистер Янг. Адам под домашним арестом. И я оставил его на две недели без карманных денег.
Тайлер. Отлично. Отлично!.. А что он натворил?
Мистер Янг. Вас это не касается.
627 ИНТ. КОМНАТА АДАМА ЯНГА, ДЕНЬ
Адам с Барбосом сидят у него в комнате. Там в кои-то веки удивительный порядок.
Адам. Мам! Я всё убрал!
В комнату заглядывает миссис Янг.
Миссис Янг. Неужели это было так трудно? О, ты пропылесосил ковер! Теперь постарайся поддерживать чистоту.
Адам. Можно мы с Барбосом пойдем на улицу?
Миссис Янг. Ты же знаешь, что сказал твой отец.
Адам. Он сказал, что даже если он не знает, за что я наказан, то я-то уж точно знаю.
Миссис Янг. И… он прав?
Пауза. Адам кивает.
Миссис Янг. Можешь мне объяснить?
Адам качает головой.
Миссис Янг. Ладно, иди в сад. Пусть Барбос побегает. Но не дальше.
Адам улыбается и обнимает ее.
Адам. Спасибо, мам! Пошли, Барбос.
Они с Барбосом сбегают по лестнице… Миссис Янг с любовью смотрит ему вслед.
628 НАТ. ДОМ АДАМА ЯНГА, ДЕНЬ
Мистер Тайлер уходит. Мистер Янг встает с шезлонга и окликает его.
Мистер Янг. Эй! Тайлер!
Тайлер удивленно оборачивается.
Мистер Янг. Даже не сомневайтесь: я горжусь моим сыном.
629 ИНТ. ЖАСМИНОВЫЙ КОТТЕДЖ, СПАЛЬНЯ, ДЕНЬ
Спальня, в которой царил беспорядок, когда мы видели ее в прошлый раз, чисто убрана. Никаких следов бури.
Ньют в постели. Открывает глаза под пение птиц. Переворачивается. Анафема еще спит. Он целует ее, она сонно открывает глаза…
Ньют. Доброе утро.
Анафема. Доброе утро. Наверняка я пожалею о том, что спросила… но всё равно спрошу. Почему твоя машина называется «Дик Турпин»?
Ньют. В шутку. Дик Турпин был легендарный разбойник.
Анафема. Да?
Ньют. Она называется «Дик Турпин», потому что останавливает движение везде, куда едет.
Анафема. Жалею, что спросила.
Ньют. Пойду приготовлю нам завтрак.
Анафема. Здорово… Так странно. Я всю жизнь жила по пророчествам Агнессы. А теперь больше нет пророчеств. И я могу делать что хочу. Я как поезд, у которого кончились рельсы, но ему всё равно нужно ехать дальше.
Ньют. Отныне всё для тебя будет неожиданностью. Как для всех остальных.
Анафема. Просто… странно всё это. Я не очень понимаю, что делать.
Ньют. Так все люди живут. Привыкнешь.
Ньют направляется к двери.
Анафема. Рядовой Армии ведьмоловов и не компьютерный инженер. Мы ведь вчера спасли мир?
Ньют. Не знаю.
Анафема. Кстати, ведьмолов из тебя получился отличный. Ты ведь нашел меня.
И она откидывается на подушку.
630 НАТ. СЕНТ-ДЖЕЙМССКИЙ ПАРК, ДЕНЬ
Чудесный погожий день. Сперва мы видим парк сверху….
Потом опускаемся на землю. РЕБЕНОК ест мороженое. Тут же гуляет счастливая семья ТУРИСТОВ – МАМА, ПАПА И ТРОЕ МАЛЕНЬКИХ ДЕТЕЙ. Какой-то ВЫСОКИЙ ЧЕЛОВЕК кормит уточек.
По парку идут СТОРОЖА. Везут большой фургон с шезлонгами, достают из него шезлонги и расставляют в парке.
На скамье сидят британский секретный агент из первой серии и русский агент, делая вид, будто не разговаривают, а читают газеты.
Британский агент. Британское правительство предложило считать появление легендарного существа под названием «кракен» массовой галлюцинацией.
Русский агент. В нашей стране тоже наблюдались массовые галлюцинации.
Британский агент. Да, но конкретно эта сожрала нашу торговую делегацию.
Азирафель и Кроули стоят в очереди к фургончику с мороженым. Кроули подходит к продавцу.
Кроули. Один клубничный лед. Один рожок.
Рожок он протягивает Азирафелю.
Азирафель. Как машина?
Кроули. Ни царапины. Как магазин?
Азирафель. Ни пятнышка. Ни одна книга не обгорела. Всё как было. Твои уже объявились?
Кроули (качает головой). А твои?
Азирафель. Нет.
Кроули. Ты понимаешь, что вчера случилось?
Азирафель. Что-то да. А что-то… слишком уж…
Высокая фигура. НЕВЫРАЗИМО.
Это Смерть. Кивает им и уходит. Кроули провожает ее взглядом, на миг отвлекшись от Азирафеля….
Кроули. Забавно видеть его здесь. Наверняка дурная примета. (Умолкает, ожидая ответа.) Я говорю, наверняка…
Он оглядывается. Азирафеля нигде не видно.
Рядом: СТОРОЖА, в которых мы узнаем ангелов, запихивают Азирафеля в фургончик с шезлонгами. У Азирафеля заклеен рот, руки связаны за спиной.
Уриил. Ангелов-изменников веревкой вязать.
Сандальфон. Любим мы так, что нельзя и сказать[26].
Кроули бросается за ними…
Кроули. Эй! Стойте! Остановите их!
Высоченная мама-ТУРИСТКА спрашивает:
Туристка. Что случилось, голубчик?
Кроули. Там мой друг! Они похитили моего друга!
Туристка. Не повезло, милейший.
Она замахивается и бьет Кроули ломом по затылку. Человек от такого удара отдал бы концы… Кроули покачивается…
Кроули. Не проблема. Всё славненько.
Глазами Кроули. Всё расплывается, он падает на колени.
Глазами Кроули. Туристка – не кто иной, как Хастур в парике. Ее муж – Дагон, а дети – крохотные, вполне взрослые чудовища в духе фильма «А теперь не смотри».
Фургончик с Азирафелем отъезжает, Кроули пытается ползти за ним.
И падает на землю.
Экран темнеет.
631 ИНТ. РАЙ, ДЕНЬ
Мы наверху очень красивого офисного небоскреба, откуда открывается дивный вид на весь мир. Элегантные интерьеры.
Гавриил. А, Азирафель. Рад, что ты с нами.
Азирафель. Могли просто прислать сообщение. Но похищение, да еще среди бела дня…
Гавриил. Назовем это экстрадицией. Итак: из-за твоего предательства война не состоялась.
Камера отъезжает, и мы видим, что Азирафель привязан к стулу.
Азирафель. Я решил, что во имя высшего блага…
Гавриил. Даже не заикайся при мне о высшем благе, солнышко. Я, мать его так, архангел Гавриил. И для высшего блага мы собирались раз и навсегда выяснить отношения с оппозицией. (Ангелам.) От нашего нового коллеги нет вестей?
Уриил. Он уже идет.
Гавриил. Тебе это понравится, Азирафель. Спорим, такого ты точно предвидеть не мог.
632 ИНТ. АД
Кроули в цепях одиноко стоит в центре камеры.
Хастур…и убил собрата-демона, я видел собственными глазами!
Кроули. Могу ли я что-то сказать в свою защиту?
Хастур. Хороший вопрос, Кроули.
Дагон. Возражаю. Глупый вопрос. Ты ничего не можешь ни сказать, ни сделать, предатель. Ты уже сделал, что мог.
Вельзевул. Возражение принимаетсссся. Жители Ада, вы слышали показания против демона по имени
