подобные тенденции сохранялись на всем протяжении 1930-х гг., завершившись в итоге попыткой международной изоляции СССР в результате Мюнхенского сговора и политики умиротворения агрессора, и во многом оставались таковыми на всем протяжении второй мировой войны.
Ключевые слова: история мировой дипломатии, «заговор послов», советская дипломатия, Россия и США, Гражданская война и военная интервенция в Советской России, вторая мировая война.
После 1917 года именно США и Великобритания были главными врагами Советской России и Советского Союза, причем инициатива этой вражды исходила всецело от англосаксов.
С самого начала в США, например, пытались представить коммунистические и социалистические идеи чужеродными, не подходящими «американскому образу жизни». Соответственно их носителей считали опасными иностранцами или «чужаками» (aliens), а после 1917 года – еще и русскими агентами. По этой логике «нормальный» американец не мог быть коммунистом.
До Октябрьской революции в России практически никто в США, даже в левых кругах, не слышал имени Ленина. Русских левых в какой-то мере олицетворял живший в США Троцкий, который до августа 1917 года не состоял в партии большевиков. Сам Ленин (находившийся во время войны в эмиграции в нейтральной Швейцарии) не знал лично ни одного американского социалиста. Правда, узнав из прессы об образовании в США Лиги социалистической пропаганды, Ленин направил в ее адрес материалы на немецком языке и просил наладить с ним постоянный контакт. Однако Лига письмо неизвестного ей русского проигнорировала. Когда соратницу Ленина Александру Коллонтай пригласили выступить с лекциями в США (в основном как известную феминистку) Ленин по возвращении засыпал ее вопросами. Например, он хотел знать, кто такой Юджин Дебс (лидер соцпартии) и какие у него взгляды.
Слева направо: Л. Д. Троцкий, В. И. Ленин и Л. Б. Каменев беседуют на подмостках трибуны перед началом митинга на Театральной площади Москвы. 1920 г.
Сам Ленин всегда считал США самой прогрессивной страной тогдашнего капиталистического мира, противопоставляя «американскому пути развития капитализма» «прусский», отягощенный феодальными пережитками, по которому шла Россия. Уже став лидером России Ленин неоднократно призывал русских рабочих учиться работать у американцев. В 1918 год он писал: «Америка заняла первое место среди свободных и образованных стран по высоте развития производительных сил человеческого объединенного труда, по применению машин и всех чудес новейшей техники».[257]
Высоко отзывался основатель советского государства и об американской войне за независимость[258]: «История новейшей, цивилизованной Америки открывается одной из тех великих, действительно освободительных, действительно революционных войн, которых было так немного среди громадной массы грабительских войн, вызванных… дракой между королями, помещиками, капиталистами из-за дележа захваченных земель или награбленных прибылей. Это была война американского народа против разбойников англичан, угнетавших и державших в колониальном рабстве Америку, как угнетают, как держат в колониальном рабстве еще теперь эти “цивилизованные” кровопийцы сотни миллионов людей в Индии, в Египте и во всех концах мира»[259].
Американцы и англичане ответили Ленину известным «заговором послов», когда их официальные дипломатические представители в России Локкарт и Фрэнсис[260] при поддержке «аса» британской разведки Сиднея Рейли попытались летом 1918 года не только свергнуть Ленина, но и убить его.
Кроме того, и американцы, и англичане открыто вмешались в гражданскую войну в России на стороне противников Советской власти.
Правительство США по личному указанию президента Вильсона решило финансово поддержать белых донских казаков атамана Каледина, которые 15 декабря 1917 года захватили Ростов-на-Дону. 17 декабря Вильсон официально распорядился оказать Каледину и Корнилову помощь. В распоряжение формирующейся на Дону белой Добровольческой армии Корнилова-Алексеева американцами было передано несколько миллионов рублей. Это позволило Алексееву наладить выплату постоянного жалования бойцам армии. Консул США в Москве Саммерс утверждал, что у Корнилова и Каледина 50 тысяч человек[261], и они через пару недель возьмут Москву и Петроград.
В целом Вильсон (как и многие в мире) считали приход к власти большевиков досадной случайностью, которая скоро будет исправлена.
26 ноября 1917 года на заседании кабинета министров Вильсон заявил, что «действия Ленина и Троцкого напоминают оперу-буф».[262] Через пару дней он назвал большевиков «наивными и обидными».
Хотя формально в то время у американцев не было даже постоянной разведслужбы, они провели первую спецоперацию против молодой республики Советов еще в начале 1918 года.
4 февраля 1918 года посла США Фрэнсиса посетил правый петроградский журналист Евгений Семенов, попросивший денег для Корнилова и Каледина. Семенов предъявил Фрэнсису копии неких документов, из которых следовало, что Ленин согласовал состав советского правительства с германским генштабом и регулярно получает от немцев указания.
Фрэнсис связал Семенова с Сиссоном и тот выразил желание купить сенсационные документы, которые Семенов в свою очередь обещал вынести прямо из Смольного. 2 марта 1918 года Сиссон пришел к Смольному, во дворе которого Семенов показал ему лежащие прямо на снегу взломанные ящики с какими-то бумагами. Мол, охрана уронила пару ящиков, они и разбились. Сиссон оптом купил ящики и через Финляндию вывез их в Норвегию. Когда 6 мая 1918 года Сиссон прибыл в Нью-Йорк, подготовленные газеты уже сообщали на первых полосах, что «Советские лидеры разоблачены как германские шпионы». Вильсон познакомился с бумагами 9 мая, и они его «впечатлили». Но понимая, что это, скорее всего фальшивка, президент пока запретил госдепартаменту публикацию «документов Сиссона».
Между тем немцы в ультимативном порядке предложили советскому правительству унизительные условия мира и после отказа большевиков начали наступление вглубь России. 5 марта 1918 года Троцкий (утверждавший, что говорит и от имени Ленина) попросил Робинса[263] о срочной помощи со стороны США. В этом случае Россия была готова продолжать войну. Робинс направил сообщение Фрэнсису, но тот во время переезда из Петрограда в Вологду 27 февраля 1918 года[264] якобы куда-то дел шифровальный блокнот и долго не мог его найти. В результате шифровка ушла в Вашингтон лишь через 17 дней.
Робинс приехал на съезд Советов в Москву, где решался вопрос о заключении «похабного» (по словам Ленина) мира с Германией, мира вынужденного ввиду полного развала царской армии. К этому времени Робинс уже имел ответ Вильсона о том, что США «не в состоянии» оказать помощь (на Каледина у американцев деньги, как мы помним, нашлись). Прямо во время съезда Ленин пригласил Робинса на трибуну и спросил, есть ли вести из Вашингтона. Получив отрицательный ответ, лидер большевиков произнес: «Что ж придется ратифицировать мирный договор (с Германией)».[265] 16 марта 1918 года делегаты съезда скрепя сердце утвердили Брестский мир.
Встреча с Лениным дорого обошлась Робинсу – в мае 1918 года его отозвали в США
