Читаем без скачивания Ночная смена. Лагерь живых. - Николай Берг

       Около сарайчика никакого боевого охранения нет. Видно, что тут была пальба - гильз до черта. Прикидываю, в

какую сторону стреляли - и действительно совсем рядом нахожу кучу прострелянных тряпок. Морф сравнительно невысок,

зато широк в плечах, скорее антропоморфен, рук вижу только две (или это уже можно назвать лапами?), на теле - одежда

и обувь, грязная конечно, но вполне по размерам, что странновато.

       Башку ему расквасили добротно, потому переворачиваю его на спину без опаски.

       Чертыхаюсь.

       Из расстегнутого драпового старомодного пальто действительно торчит еще пара рук. Маленькие такие ручки -

причем очевидно, что падая морф их своим весом поломал. 'Ничего не понимаю, шеф! - Аналогично'

       Расстегнув пуговицы пальто, чертыхаюсь еще раз. Морфы не дошли еще до того, чтоб отращивать себе

дополнительные конечности. Просто я не взял в учет, с кем мы имеем дело. Ночная смена пришла, действительно.

       Обе руки пришиты в области середины грудины. Просто пришиты. По виду - руки принадлежали ребенку лет 6 - 7,

потом ампутированы в области плечевого сустава и вшиты в грубо сделанный разрез на груди... Всего - навсего.

       Даже без особого разбирательства видно, что они нефункциональны - тот, кто этим занимался - не заморачивался

с иннервацией, созданием суставной сумки и так далее. Топорная работа, хотя, пожалуй, какая- никакая медицинская

практика имеется. Но не выше третьего курса. И по качеству исполнения - троечная, некачественная.

       Мда... Что еще можно сказать. А можно сказать, что пришивалось прижизненно. Безусловно. По потекам крови

видно - лежашему на спине. Грудь еще выбрита, хотя человек при жизни был волосат изрядно. Но никаких следов

нормальной обработки хирургической операционного поля - и в помине нет.

       Ладно. Надо побыстрее эвакуироваться. Побыстрее рассказать Николаичу, что видел. Противничек у нас еще тот,

даже и не знаю, какой гадости от него ожидать.

       Встаю, осматриваюсь по сторонам.

       Несмотря на безлюдность - почему - то остро ощущаю себя мишенью. Пухлой, здоровенной мишенью. Слева слышу

голоса - азартные такие и молодые вроде. Высовываюсь аккуратно из-за сарайчика - впереди метрах в тридцати в низинке

растет дерево. Там скучилось четыре солдапера - судя по снаряге и повязкам на руках - наши.

       Мне кажется, что они окружили что-то висящее на суке дерева, ну да веревку вижу точно. Увлеклись ребятки так,

что подхожу совершенно беспрепятственно, они дергаются, только когда я начинаю говорить.

 - Это вы - боевое охранение?

       - А тебе какое дело? - вызывающе откликается один из них

       - Такое, что вы лихо несете службу. Достойно. Немного удивляет ваш повышенный интерес к дамским трусикам. На

память взять хотите, или поносить?

       - А не пойти ли тебе ...!

       Адрес сопляк называет конкретный. И, похоже, что из них четверых - он самый борзый. Лидер, скорее всего. Так

с веткой в руке и стоит. То ли забыл, то ли наглый. Вот те двое, что слева - засмущались. Четвертый пока не ясен.

Значит надо быстро чморить лидера и дробить группу, а то, не ровен час, в спину пальнут. Не думаю, что их сотоварищи

очень одобрят то, что вместо боевого охранения эти придурки старательно тянут веткой с подвешенной за ногу зомбячки

ее трусы. Значит, могу пострадать за свое необдуманное вмешательство.

       - Зачем девчонку подвесили?

       - Это не мы, она уже висела так - отозвался слева крайний, значит, я не ошибся в оценке, не гопота они.

       - А подумать, кто и зачем ее подвесил - не судьба? Вы вон стояли - меня не увидели, так увлеклись. Вас с ножа

можно было б снять, не то, что очередью. Автоматы у вас - за спиной, пока дотянетесь. Думаете тут морф один на всю

округу?

       Кажется, проняло - заозирались. Кроме лидера. Тот подходит ближе и цедит:

       - Вали отсюда, сами разберемся!

       - Не вопрос. Уже валю.

       А вот теперь не ошибиться - начинаю поворачиваться как бы уходя, замечаю движение оппонента и опережаю его -

с разворота в челюсть. Он явно этого не ожидал, да еще собирался мне пинка дать на прощание - хорошо ему влетело,

душевно. Башку о мерзлую землю не расшибет - она у него в каске, а вот в себя приходить будет долго. Надеюсь, что я

ему ничего костного не поломал. Ну да рукой бил, хотя хотелось врезать прикладом по наглой тупой роже.

       - Ты чо, сдурел?

       - Товарищ ваш попросил меня, чтоб я валил. Я его просьбу выполнил. Теперь я вас убедительно прошу - заняться

не некрофилическими забавами, а вести, черт вас дери, наблюдение за окрестностями и прилегающей местностью, для чего

вас сюда и направили. Я сюда за ранеными приехал и мне тут еще калеки не нужны. Все, дискуссия окончена - автоматы в

руки - поделили зону контроля на сектора - и наблюдать.

       - А с Тимуром что? Ты ж его убил!

       - У Тимура нокаут. Всего-навсего. Хамить не надо незнакомым докторам. Да и не докторам тоже не надо. Меня ваш

полкан попросил глянуть, как вы службу несете - раз я морфа обследовать сюда пришел. Так что автомат этого дурня я с

собой возьму - у командира пусть заберет. Ясно? Ответа не слышу.

       - Ясно...

       - Вот и молодцы.

       Так, вроде они в драку лезть не собираются. Ну, это знакомо - выбил лидера - остальные теряются, а они еще и

не банда, так, сброд малорослый. Теперь - что с зомби.

       Красивая была девушка. А теперь висит вниз головой, нелепо растопырившись из-за того, что веревкой подтянута

за ногу к суку. Тяжелые роскошные волосы с набившимся в них мусором метут по грязному насту - она пытается

дотянуться руками до стоящих неподалеку салобонов. Лицо классических пропорций, только чугунно-черное из-за прилива

крови и резко выделяются белки глаз - как на древнегреческих бронзовых статуях, где вставлялись кусочки серебра в

глазницы. Стрелять в такую красоту из ПМ как-то совестно, вот тут и пригождается 'Марго'. Приседаю, не теряя из виду

этих балбесов, вот она поворачивается виском... Тап-тап. Все, обмякла, руки шлепаются на снег. Теперь вместо 'Марго'

- 'Копуша' - перехватываю лезвием веревку сразу над высоченным каблуком - девчонка полуодета, из зимнего на ней

только сапоги на каблуках. По уму надо бы глянуть - от чего умерла, но какая собственно сейчас разница.

       Прихватываю калаш с вяло возящегося Тимура и, не слишком поворачиваясь спиной, откатываюсь за сарайчик.

       То, что совсем рядом появляется урчащее рыло МТ-ЛБ с серыми полосами - радует очень сильно. Оказывается,

ребятам пришло в голову, что поговорка про гору и Магомета имеет возможные варианты. Это замечательно.

       Морф оказывается не слишком тяжелым и ребята сначала держатся отлично, только вот когда мы его затягиваем на

верх агрегата одна из ручонок отрывается. Званцев - младший стремительно бледнеет, что особенно по ушам заметно и

прыгает с машины долой. Мне тоже мерзко на душе, но надо держать фасон - подбираю ручонку и запихиваю ее морфу в

карман пальто.

       Прихватываю тушу к какой-то выступающей детали поданным водителем шнуром.

       Теперь не свалится.

       Водила очень недоволен тем, что мы ему погрузили, но уж не знаю как - Надежда его угомонила. Бурчит, но вот

даже шкертик нашел.

       Все - едем на берег.

       Вкратце рассказываю все, что видел.

       - А я таким всегда место уступал - немного непонятно заявляет младший Званцев.

       - Каким - таким?

       - У кого каблуки высокие. Они всегда с радостью садились - а вот старухи вечно какую-то щемоту разводят - то

выговоры устраивают 'что я по-вашему такая старая, что вы мне место уступаете!', то кота за хвост тянут мокрым

полотенцем, пока какой - нибудь тин без комплексов на пустое место не плюхнется, стоишь потом как дурак. Даже

беременные не всегда садятся - а вот у кого каблуки - те очень рады и благодарны.

       - Походил бы ты на каблуках - вопросов бы не возникало - немного свысока заявляет Надежда.

       - Не, боюсь мне это не светит - с искренним огорчением заявляет лопоухий.

       И заливисто хохочет, видя удивленное лицо медсестры - купилась Надя как маленькая. Раненые тоже посмеиваются

и по мере возможности участвуют в разговоре. Каждому не терпится рассказать о своей героической схватке с нежитью.

Как я понимаю, контакт был внезапный, но шумный. Заметили его поздно - тихарился где-то.

       - А он мне как даст - так я кувыркаться устал! - хвастливо говорит тот, у кого подозрение на тупую травму