За ночь эти горы подтянулись к замку Хейдждорн. Так было и следующую ночь. Наконец, стала ясна цель этих насыпей: они были защитными туннелями, ведущими к скале на которой стоял замок.
На следующий день некоторые из насыпей достигли подножья скалы. Вскоре из противоположного конца начали выезжать непрерывной вереницей энергофургоны, груженные щебнем. Они выползали, сваливали свой груз и тотчас же снова уходили в туннели.
Было установлено наличие восьми наземных туннелей. Из каждого катился бесконечный поток земли и щебня, выгрызенного из скалы, на которой стоял замок Хейдждорн. Для столпившихся на парапетах джентльменов и леди, стал понятен смысл этой работы.
— Они не делают никаких попыток закопать нас, — произнес Хейдждорн. — Они всего лишь вырубают из-под нас скалу!
На шестой день осады большой сегмент горного склона содрогнулся и упал. Почти достигавшая подножья стена, рухнула.
— Если это будет продолжаться и дальше, — пробормотал Бодри, — у нас будет меньше времени, чем у Джейнела.
— Идемте тогда, — с неожиданной энергией призвал О. Ц. Гарр. — Давайте попробуем нашу энергопушку. Мы прожжем эти их несчастные туннели, и что тогда они будут делать, эти наглецы?
Он подошел к ближайшей орудийной платформе и приказал Крестьянам снять чехлы.
Ксантен, который стоял поблизости, предложил:
— Позвольте мне помочь вам, — и сорвал чехол. Теперь стреляйте.
О. Ц. Гарр с недоумением уставился на него, затем подошел к огромному прожектору и развернул его на насыпь. Потом потянул рычаг энергопушки, в воздухе затрещало, замерцали искры. Район мишени стал черным, потом темно-красным, затем обвалился и раскаленным кратером растекся по местности. Но ниже лежащая земля, в двадцать футов толщиной, давала слишком хорошую изоляцию. Расплавленная лужа, побелела от жары, но не могла расшириться или углубиться.
Энергопушка издала неожиданный щелчек, словно произошло короткое замыкание из-за испортившейся проводки и замерла.
Два часа спустя, на восточной стороне скалы, обвалился еще один большой пласт камней, а как раз перед закатом обвал произошел с западного склона, где стена замка поднималась почти вертикально.
В полночь Ксантен и те, кто разделял его убеждения, со своими детьми и супругами, покинули замок Хейдждорн. Шесть упряжек Птиц сновали от замка к лугу, лежащему рядом с Дальней долиной, и еще до рассвета перевезли всю группу.
Никто с ними не прощался...
11
Неделю спустя отвалилась еще одна часть восточного утеса, увлекая за собой приличный кусок опоры из плавленного стекла и камня. У выходов из туннелей кучи вынутого щебня значительно увеличились.
Вдруг, спустя месяц после осады, большая секция террасы устремилась вниз, оставляя за собой неровную поверхность рассщелины, прерывающую дорогу в замок, и увлекая вниз статуи прежних нотаблей, помещенных с интервалами вдоль баллюстрады дороги.
Хейдждорн снова созвал заседание Совета.
— Обстоятельства, — заметил он с печальной улыбкой, — не улучшились. Самые пессимистические наши ожидания были превзойдены. Гнетущая ситуация! Признаюсь, меня не греет мысль, что однажды, вместе с обломками замка, я полечу вниз, навстречу своей смерти. — Он отчаянно махнул рукой. — Умереть — что ж из этого?! Все должны умереть! Но меня страшит то, что мои реликвии, собираемые десятилетиями и бережно хранимые, должны погибнуть.
— Наше имущество не менее ценно, чем ваше, — заметил Бодри. И все же, оно само по себе лишено жизни. Когда мы исчезнем, кому какое дело, что с ним станет?
Марук вздрогнул:
— Год назад я отложил восемнадцать дюжин коло наилучшей эссенции: двенадцать дюжин «Зеленого дождя», по три — «Бальтазара» и «Фэйдора». Подумайте, что с ними будет?
— Если б мы только знали! — простонал Ор. — Я бы... я бы... его голос дрогнул и прервался.
О. Ц. Гарр в нетерпении топнул ногой:
— Хватит вам причитать! У нас был выбор, помните? Ксантен упрашивал нас бежать, и теперь он и ему подобные находятся где-то в Северных горах вместе с Искупленцами. Мы решили остаться. К сожалению, произошло самое худшее — замок разрушается. Мы должны с достоинством выдержать это испытание. Джентльмены!
Совет меланхолически воспринял выступление О. Ц. Гарра. Хейдждорн достал фляжку драгоценного «Радиманта» и, разлив в бокалы содержимое и произнес:
— Поскольку, у нас будущего нет — за наше славное прошлое!
Ночью в расположении Мехов были замечены беспокойства: пожары в четырех местах, слабый звук хриплого крика в разных точках. Утром показалось, что темп работ несколько снизился.
Но в полдень отвалился огромный кусок восточного утеса. Некоторое время спустя, высокая стена раскололась и опрокинулась, оставляя заднюю часть шести великих домов открытыми.
Спустя час после заката, на летней площадке замка приземлился Ксантен на упряжке Птиц.
Хейдждорн, вызванный родственниками, вышел и удивленно уставился на Ксантена.
— Что вы здесь делаете? Мы ожидали, что вы в безопасности на севере, с Искупленцами.
— Искупленцы не в безопасности на севере, — ответил Ксантен. — Они присоединились к нам. Мы сражаемся.
Хейдждорн был очень удивлен:
— Сражаетесь? Джентльмены сражаются с Мехами?!
— И еще как.
Хейдждорн в недоумении покачало головой:
— И Искупленцы тоже? Я так понял, что они планировали бежать на север.
— Некоторые так и сделали, включая и О. Г. Филидора. Среди Искупленцев, так же как и здесь, есть разные фракции. Большинство из них находне дальше двадцати миль отсюда. То же самоеи с Кочевниками. Некоторые взяли свои энергофургоны и бежали. Остальные убивали Мехов как фанатики. Прошлой ночью вы видели нашу работу. Мы сожгли четыре склада, уничтожили сиропные баки, дюжину энергофургонов, убили более ста Мехов. Мы понесли потери, которые тяжелы для нас, потому что нас мало, а Мехов много. Вот почему я здесь. Нам нужны люди, идемте с нами сражаться!
Хейдждорн повернулся и направился к большой Центральной площади.
— Я созову народ из домов. Говорите со всеми...
Птицы, горько жалуясь на непосильную работу, всю ночь, перевозили джентльменов, которые поняли, что замок разрушается и надо идти спасать свою жизнь. Стойкие традиционалисты по-прежнему отказывались скомпрометировать свою честь и предпочли остаться в замке.
— Ну и оставайтесь здесь, бродя по улицам, словно рышущие крысы. Утешайтесь сколько угодно тем, что вас защищают. Будущее содержит для вас мало хорошего, — сказал Ксантен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
