на сексуальные исследования, от самого Мастерса тоже было мало толку. Его дотошность, профессиональная гордость и нежелание умасливать бюрократов отпугнули всю потенциальную помощь. Например, после подачи заявки на грант от Национального института психического здоровья, в клинику для проверки прислали весьма любопытного психолога. Как вспоминал бывший сотрудник клиники доктор Томас Лоури, его встреча с Мастерсом была очень короткой. «Согласно условиям получения гранта, вы должны будете передать нам все ваши записи», – объяснил этот уполномоченный. Мастерс застыл. «Что ж, большое спасибо, на этом наша беседа окончена», – заявил Мастерс ледяным тоном. Из соображений конфиденциальности пациентов, а также для подготовки персонала, большинство терапевтических записей хранилось на аудиопленках, а не в виде бумажных документов. Мастерс не мог рискнуть раскрытием личностей пациентов, позволив бюрократам получить эти записи. «Они никому никогда не передавали эти записи», – говорил Лоури.
В начале 1960-х Пол Гебхард из Института Кинси, еще являясь штатным сотрудником Университета Вашингтона, помогал Мастерсу с заявкой на федеральный грант. Но откровенность их физиологических и анатомических исследований казалась неприемлемой для тех, кто направлял государственную казну на научные изыскания. «Он [Мастерс] говорил, что для исследований ему нужны гранты, что он не может бесконечно зависеть от университетского финансирования, – вспоминал Гебхард. – Мы уже получали деньги от Национального института психического здоровья, так что я уговорил его подать заявку». Мастерс послал «исключительно подробную заявку, указав в ней все, вплоть до необходимого количества пепельниц и их стоимости», рассказывал он. Гебхард был уверен, что Мастерс получит положительный ответ. «Людей из Вашингтона это, конечно, впечатлило, но возможный резонанс их смущал», – вспоминал Гебхард. Федералы прислали инспекцию, чтобы осмотреть клинику Мастерса и Джонсон и решить, можно ли тратить на нее деньги американского народа. На обратном пути седовласые врачи из этой инспекции посетили Институт Кинси в Индиане и побеседовали с Гебхардом. Прежде чем отбыть, один из старших врачей отвел Гебхарда в сторону.
– Кстати, доктор Гебхард, слыхали ли вы о докторе Уильяме Мастерсе? – спросил он тоном, не предвещавшим ничего хорошего.
Гебхард помолчал и ответил сдержанно.
– Да-да, я слышал о нем. А что? – сказал он неуверенно, словно просто встречал имя Мастерса в каком-то медицинском журнале, а не был его давним другом и не помогал ему составлять эту заявку.
Старший инспектор нахмурился и вынес мрачное предупреждение. Гебхард вспоминал: «Этот человек сказал: “Ни за что с ним не связывайтесь. Что-то там нечисто”. И ушел. Думаю, незачем уточнять, что заявку отклонили».
Гебхард подозревал, что их смутило устройство для полового акта. «Видимо, он [Мастерс] показал им ту машину, и она привела их в смятение, – смеялся Гебхард. – Можете себе представить, что кучка пафосных бостонских врачей, в жизни не видевших ничего сексуального, вдруг сталкивается с таким устройством? Исследования сексуальности всегда было сложно финансировать, зато легко критиковать».
Чтобы собрать деньги сверх щедрых вливаний Хефнера, Мастерс получал ограниченные гранты от фармацевтических компаний, заинтересованных в изучении репродукции и средств контрацепции. В 1970-х они провели исследование для компании Encare Oval, тестируя спермицидное средство на 16 женщинах в возрасте от 18 до 45 лет, которым вводилась донорская сперма, после чего они использовали резиновый фаллос, чтобы имитировать «коитальный процесс» для определения его эффективности.
Однако со временем Мастерс все же понял необходимость заискивания перед богатыми благодетелями, желающими сделать свое имя известным общественности. Их главными покровителями были Лу Мортон Эллис и ее супруг, Ван С. Эллис из Далласа, которые проходили сексуальную терапию в 1970 году, а позже вернулись на «закрепительную» терапию по собственной инициативе. Лу, унаследовавшая сделанное на картофельных чипсах состояние, жертвовала средства различным благотворительным и религиозным организациям, включая местную баптистскую церковь. В течение некоторого времени Ван возглавлял семейную продуктовую фирму Morton Foods, ставшую дочерней компанией General Mills, владеющей такими известными брендами, как хлопья Wheaties и хлебобулочные изделия Betty Crocker. «Нас расстраивает и злит тот факт, что некоторые пары тянут время и не обращаются за помощью, пока не станет слишком поздно, так как им гордость не позволяет признать наличие проблем, и что есть люди, которые не знают, что связанные с сексом трудности могут быть устранены двумя компетентными терапевтами», – говорила Лу, сама себя называвшая «традиционной» матерью четверых детей и похожая на фото на саму Бетти Крокер[22]. Их участие в попечительском совете Мастерса и Джонсон определенно вызвало удивление в Далласе, где «их» церковь была одной из крупнейших в Библейском поясе. Ничуть не смущаясь, чета Эллис попыталась подвести религию и строгие семейные ценности к обсуждению секса. Они выделили деньги на пилотную программу клиники Мастерса и Джонсон, связанную с духовенством и консультированием по вопросам секса, пообещав впоследствии пятилетний грант на сумму в миллион долларов. Однако они поставили одно нелепое условие: взять в штат клиники Герберта Говарда. «Ван и Лу Эллис дружили с ним, знали его как священника», – вспоминала Джонсон. Персонал был не в восторге от того, что в команде появился непрофессионал. «Меня страшно огорчала перспектива зачисления этого человека в штат, несмотря на то, что богатенькие покровители в итоге сами платили ему зарплату и пособия», – рассказывал доктор Роберт Колодни. Буквально после своего появления Говард пробормотал Мастерсу и Колодни нечто несуразное, с налетом оскорбления по расовому признаку. «Меня это задело, я встал и вышел из кабинета», – говорил Колодни. Мастерс увидел отвращение на лице молодого ассистента и бросился за ним.
– Этот парень с Юга, и мы не позволим ему себя так вести, если уж он здесь оказался, – заверил его Мастерс. – Но я очень прошу тебя вернуться со мной, потому что речь идет о ста тысячах в год на нашу работу. И мы не можем себе позволить сердить этих людей.
К тому моменту Мастерс, утомленный отсутствием государственных грантов и помощи из прочих престижных фондов, не мог потерять поддержку королевы картофельных чипсов и отвергнуть ее сравнительно скромную просьбу, касающуюся этого пастора. Он уже научился идти на компромисс ради великой цели, даже если при этом приходилось провести ночь или две в особняке Хью Хефнера.
– Я так часто прислушивался к твоим советам, – успокаивающим тоном обратился он к Колодни. – Но в этот раз я прошу тебя доверять мне.
Глава 24
Ремонтируя супружеское ложе
Физиологию не следует смешивать с психологией.
– ЗИГМУНД ФРЕЙД
Всемирная известность Мастерса и Джонсон достигла своего апогея, когда они появились на обложке журнала Time. Полноцветный портрет Билла и Джини – сияющие и торжествующие лица крупным планом – украшал номер от 25 мая 1970 года. На Мастерсе
