В глазах Корда еще было сомнение, когда он осторожно развел ей ноги и расположился между ними. И несмотря на то, что он очень тонко и бережно разрушил тонкий барьер, защищавший тот драгоценный дар, к которому он так страстно стремился, крик Джонти зазвенел бы по всему дому, если бы он не поймал его ртом.
Корд замер и спросил:
— Мне остановиться, милая?
Джонти отрицательно покачала головой и еще крепче прижала его к себе, как бы подгоняя. На этот раз он не уйдет к Тине для облегчения.
Ненавидя себя за боль, которую он причинил любимой женщине, и неспособный остановиться, Корд продолжал медленно входить в нее. Джонти прикусила губы, чтобы не закричать, пока это орудие пытки продвигалось все глубже и глубже.
Она внушала себе, что хотела бы вынести любую боль, чтобы доставить удовольствие человеку, которого она любила всем своим существом, как вдруг боль ушла. Джонти ощутила сладострастное наслаждение.
Вначале она начала медленно двигаться в ответ. Корд, почувствовав, что ее бедра движутся ему навстречу, немного расслабился и начал медленные ритмичные движения. Страсть, постепенно нараставшая у Джонти внутри, стала почти такой же своеобразно-болезненной, как и при разрыве тонкой плевы.
Утонув в блаженном экстазе и услышав, как Корд произнес ее имя, Джонти почувствовала поток его удовлетворенного желания, согревающий и успокаивающий.
Она восхищенно улыбалась, совсем обессиленная. Вспотевшая голова Корда лежала у нее на плече, и он тихо дышал ей в ухо. Она даже никогда не представляла, что заниматься любовью будет так прекрасно. Интересно, так же хорошо было бы с другим мужчиной, или только Корд может приносить ей такое безумное наслаждение. Джонти улыбнулась. У нее не было желания проверить это на практике.
Она нежно погладила Корда по плечу, когда он тихо сказал:
— Я так давно хотел заняться с тобой любовью.
Когда Джонти ничего не ответила, а лишь продолжала поглаживать его ладошкой, он оперся на локоть и вопросительно посмотрел ей в глаза, пытаясь прочесть в них ответ.
— А тебе никогда этого не хотелось? По крайней мере, ты думала об этом?
Джонти хотела ответить, что надеялась на его любовь, но так как он не упоминал этого важного слова, она ничего не сказала. Вместо ответа она поддразнила:
— Да, раз или два мне приходило в голову, что нужно этим заниматься.
— Раз или два, а? — проворчал Корд, прижавшись к ней бедрами так, чтобы она почувствовала его член, который все еще соединял их тела.
Джонти подхватила его заигрывание, повела бедрами и подтолкнула его голову к груди. Приблизив сосок к его губам, она прошептала:
— Может быть, если ты постараешься, то сможешь заставить меня подумать об этом в третий раз.
Корд засмеялся гортанным голосом, а пока он целовал ее грудь, Джонти ощущала напряжение его члена. Корд скользнул руками к ее пояснице и приподнял ее на несколько дюймов от постели, она оперлась на локти и смотрела, как он ласкал ее членом. Глаза Корда потемнели, когда он заметил, что она наблюдает за их совокуплением. Наклонив голову и посмотрев на пространство между их телами, он замедлил движения и почти полностью вышел из нее, прежде чем опять в нее войти.
Наблюдая за гладким скольжением своего медленно работающего члена, Корд подумал, что он мог бы постоянно наслаждаться этим зрелищем. Джонти откинулась на постель, обхватив его за плечи и притягивая к себе, со вздохом желая облегчения. Корд сжал ее бедра и замер перед тем сумасшедшим наслаждением, к которому они уже приблизились.
Сквозь серую промозглость пробивался утренний рассвет, когда Корд и Джонти наконец-то насытились друг другом. Она улыбалась во сне. Корд любил ее. Он не сказал этого, но каждое его движение сегодня ночью говорило за него.
Корд обнял спящую Джонти, прижимая ее податливое, свернувшееся тело.
С самого детства, кроме любви к своим родителям, ни к одному человеческому существу он не питал такой глубокой нежности и заботы. И теперь, когда вся его любовь сконцентрировалась в этой девушке — нет, женщине — это пугало его. Если он когда-нибудь потеряет ее, то это его убьет.
Корд перебирал черные кудри, ласкал ее спящее лицо.
— О, моя любимая, — шептал он. — Я чертовски стар для тебя, у меня была очень трудная жизнь, я слишком много видел, но я люблю тебя и буду оберегать. И я клянусь тебе, Мэгги Рэнд, у твоей внучки никогда не будет повода пожалеть о том, что она вышла за меня замуж.
Корд освободился из ее объятий, когда позади дома закудахтала наседка. Он сел и, улыбаясь, вспомнил борьбу, которую вела Джонти, чтобы взять с собой цыплят. Какая же она маленькая крохоборка! Он усмехнулся, свесив ноги на пол и встал. Собрав свою одежду, сваленную кучей на полу там, где он ее сбросил вчера, Корд поспешно оделся. Скоро все встанут, а он вовсе не хотел, чтобы его застали в постели с Джонти. Он не хотел этих косых взглядов и коварных замечаний о ней. Одевшись, Корд вышел из дома справить нужду.
Он шел назад из кустов недалеко от дома и уже ступил на крыльцо, когда путь ему преградила Тина. Не успел он поднять руку, чтобы остановить ее, как девушка бросилась на него, обхватив руками шею.
— Тина! — он говорил резко, пытаясь отцепить ее руки и освободиться, чтобы не причинить ей боль. Это была не ее вина, что он заигрывал с ней, и теперь ему надо было осторожно, не унизив ее, подобрать слова и объяснить, что не будет больше поцелуев, что он любит другую.
— Послушай, Тина, — начал Корд, все еще пытаясь освободиться от ее рук. — Я хотел бы кое-что…— все его слова остановил поцелуй девушки.
Он попытался освободить голову, но Тина крепко держала ее, и тут он услышал душераздирающий крик позади.
Вывернувшись, он освободил свой рот, не думая теперь о том, причинил ли он боль цепляющейся за него девушке и, обернувшись, беспомощно посмотрел на Джонти. Его сердце зашлось от боли, когда он увидел в ее голубых глазах разочарование.
Джонти сквозь сон почувствовала, что Корда нет рядом. Она мечтательно улыбнулась и повернулась на спину. Ее соски все еще ощущали нежные губы Корда, а кости таза ломило.
Она счастливо вздохнула, но с огорчением вспомнила, что ее ждала кухня: нужно было готовить завтрак.
Выскользнув из постели, Джонти на негнущихся ногах подошла к шкафу и вынула чистую одежду. Она обматывала повязку вокруг груди и хихикала. Ей больше не придется носить эту ненавистную вещицу. Корд же не мог притвориться, что женится на мужчине. Он не говорил об этом, но она знала, что они станут мужем и женой.
Одевшись, Джонти прошла по короткому коридору на кухню и остановилась в дверях. Прежде чем начать что-то делать, нужно сходить в туалет, построенный специально для Тины и Марии.
