в глобальной сети тихо дремлют ваши пикантные снимки и видеоотчет этой захватывающей ночи. Цифровые воспоминания могут легко пробудиться от одного движения моего пальца. Да, и контакты специалистов, кстати, у меня тоже остались…
Прощайте…
Принцесса Тули́нэ.
P. S.
Еще никто безнаказанно не отрывал меня от омаров!
ДиодОр. (Dear-Door)
— Свободу! — истошно скандировал черный кот перед закрытой дверью. — Остановите произвол! Ответим безжалостным пушистым террором за века притеснений!
— Ну чего ты разорался? — будущая принцесса открыла дверь и сонными глазами уставилась на Диодора.
— Свободу… — кротко мяукнул присмиревший кот. — Требую…
— Да какую тебе свободу нужно? — всплеснула руками девушка. — Ты и так на улице! Свободы хоть отбавляй!
— Разве? — удивленно осведомился кот.
— Да! — воскликнула Тули́нэ. — Ты свободен! Иди куда хочешь!
Девушка начала размахивать руками в разные стороны, как регулировщик, и маршировать на месте, демонстрируя, как нужно ходить.
— Можешь идти туда! Можешь идти сюда! Можешь вообще никуда не ходить! Свобода! Понятно?
— Понятно, — сконфуженно ответил кот.
— Замечательно… — вздохнула девушка и закрыла дверь.
Она уже собиралась направиться к себе в спальню и даже успела сделать несколько вялых шагов к желанному сну, как за дверью опять послышался истошный ор кота.
— Свободу! Вы слышите, мы требуем свободу!
Тули́нэ со вздохом развернулась и резко открыла дверь. Кот, улыбаясь, смотрел на нее невинными глазами.
— Я просто уточнить, — угрожающе осведомилась Тули́нэ. — Какое место из нашей столь ранней беседы тебе непонятно?
— То место, где я могу куда-то там ходить, — мурлыкнул кот.
— Да что там еще может быть непонятного?
— Направление, — невинно отозвался Диодор.
— Направление? — вздохнула девушка, чувствуя, что теряет терпение и сладкие остатки сна.
— Направление, — эхом отозвался кот, — куда точно мне нужно идти?
— Эм-м-м… — Тули́нэ задумчиво обвела взглядом пустую улицу и пожала плечами. — Да я-то откуда знаю. Ты же только про свободу орал, а не про то, куда тебе нужно идти. И вообще, зачем тебе знать, куда тебе нужно, когда ты можешь идти куда хочешь?
— Как зачем! Мой инстинкт говорит мне идти туда, «куда мне не нужно»! — воскликнул кот. — А без знания того, «куда мне нужно», я этого сделать не могу! Требую определенности, направления и свободы!
— Мой инстинкт говорит мне, что нужно идти спать, — прорычала Тули́нэ, — а твой истошный инстинкт не позволяет мне это сделать. Требую свободы от твоей свободы!
И она с шумом захлопнула дверь перед носом кота.
— Свободу! — послышался протяжный ор Диодора.
— Убью! — взревела Тули́нэ, распахивая дверь.
— Какие вы, люди, агрессивные… — горько вздохнул кот. — На мои законные требования вы лишь орете на меня и угрожаете убить. Тебе должно быть стыдно за свое поведение.
— Я ору?! Мне должно быть стыдно?! — изумилась Тули́нэ.
— Да тебе! — Кот с упреком смотрел в глаза неминуемой гибели. — Маленький, пушистый, очаровательный зверь умоляет тебя ему помочь, а ты хочешь с ним жестоко расправиться.
— Ты не умоляешь, ты громко требуешь! — возмутилась девушка. — И вообще, я уже не понимаю, что ты от меня хочешь? Гулять не идешь, в дом не заходишь, сидишь тут на пороге и орешь.
— Это потому что у тебя мозг сказочный, — ехидно заметил Диодор. — Вот ты и не понимаешь.
— Не гони на мой мозг, кот! — Тули́нэ уже прикидывала, как бы удачнее пнуть Диодора, чтобы он унёсся в ту сторону, «куда Он Не Хотел». — Просто ты меня совсем запутал! То ты свободу требуешь, то тут же спрашиваешь направление, куда тебе можно идти, потом, прикрываясь своим пушистым инстинктом, неожиданно сообщаешь, что пойдешь ты лишь туда, куда тебе «ходить не нужно». Тут у любого мозга проблемы начнутся, не только у сказочного!
— Понятно, ты потеряла нить разговора… — невинно констатировал Диодор. — Что ж, я сейчас тебе напомню…
Он набрал в легкие побольше свежего утреннего воздуха и дал инстинкту сделать свое зычное дело:
— СВОБОДУ!!!
Тули́нэ издала непонятный писк и захныкала.
— Диодорчик, мне спать нужно…
— А мне не нужно, — отрезал кот.
— Точно не нужно? — осведомилась Тули́нэ.
— Точно!
— Что ж, тогда…
Тули́нэ ловко схватила кота и на руках занесла его в дом. Диодор, конечно же, сопротивлялся, но делал он это так наигранно и с такой неохотой, что девушка поняла, что он был совсем не против.
* * *
— Слушай, раз ты так вероломно лишила меня свободы, то я требую небольшую компенсацию, — заявил Диодор, укладываясь у Тули́нэ в ногах.
— Ну, чего тебе еще нужно? — зевая, спросила Тули́нэ.
— Я не знаю, — сонно мурлыкнул кот, — но ты, пока спишь, попробуй догадайся.
Он свернулся пушистым клубком, сладко зевнул и уже с закрытыми глазами добавил:
— А потом и моему инстинкту расскажешь…
Ахиллесова щека
— Хочешь, я расскажу тебе про интересные особенности челюсти крокодила? — спросила Тули́нэ у дракона.
Дракон хранил молчание. Две его головы находились в глубоком нокауте, а третья была занята сказочной принцессой.
Точнее, сказочная принцесса была занята оставшейся в сознании драконьей головой.
— Что молчишь? Не хочешь слушать? — сурово спросила девушка, но потом спохватилась: — Ах да… Ты же мне ответить ничего не можешь… Какой пассаж… Бедняжка…
Дракон всхлипнул и в очередной раз попытался открыть пасть. Не вышло. Хрупкие на вид, но сильные руки Тули́нэ сжимали пасть дракона подобно струбцинам. Или тискам, если вдруг кто-то не знает, что такое струбцины.
— Раз ты не против… А ты ведь совершенно не против, верно? — вопросительно подняла одну бровь девушка. — То я все же тебе расскажу.
Дракон что-то промычал, и Тули́нэ расценила это как знак согласия. Она вообще любое мычание собеседника трактовала весьма фривольно.
— Челюсти крокодила, кроме того, что могут откусить руку или перекусить ногу, имеют несколько интересных особенностей…
Дракон решил, что пора начинать терять сознание.
— Эй, алло! Глаза не закатывай! Ты еще здесь? — спохватилась девушка.
Послышались звонкие шлепки по драконьему носу.
— О, снова в эфире? Вот и славно! — довольно улыбнулась Тули́нэ, заметив, что дракон оставил попытки инсценировать обморок.
— Итак, мышцы челюсти крокодила спроектированы природой для смыкания его пасти… — с воодушевлением продолжила девушка. — Но, видимо, природа решила, что крокодилу этого будет достаточно, а может быть, у нее такое своеобразное чувство юмора… Одним словом, мышцы, которые отвечают за открытие пасти у крокодила, слабые, дряблые и отвислые. Забавно, не так ли?
«Ни капли не забавно», — подумал дракон.
Но из его сомкнутой пасти было слышно только обиженное мычание.
— Поэтому даже такая хрупкая и утонченная девушка, как я, спокойно может удерживать его пасть закрытой, не прилагая к этому чрезмерных усилий.
Тули́нэ легкомысленно рассмеялась и добавила:
— Если, конечно, ей удастся неожиданно
