Такой мне опыт неприятен! Стоп, я так больше не играю!
— Вот и говорю я, что жизнерадостность — штуковина довольно вредная… Согласна? — довольно прищурился Диодор. — Так что ей ты не фони, не надо.
— Ну хорошо, меня ты убедил, не буду, — пробурчала Тули́нэ. — Я пофоняю чем-нибудь другим. В большом избытке любопытство у меня… Вот любопытством можно помехнуть немного?
— А любопытством так вообще ни в коем случае нельзя! — вздыбился Диодор. — Ведь в любопытстве кроется смертельная опасность для кошачьих!
— А ну-ка обоснуй? — усмехнулась Тули́нэ.
— Легко! — воскликнул Диодор. — Британские ученые коты уже давно всем доказали: капля любопытства убивает кошку!
— Ох, эти мне ученые английские коты! — всплеснула руками Тули́нэ.
Вопросительный ус
— Диодор, а зачем тебе усы? — неожиданно спросила Тули́нэ у кота, приводившего свою пушистую униформу в порядок.
— Что? — Диодор от возмущения чуть не подавился своей шубой, которую методично вылизывал. — Тебе больше докопаться не до кого?
— Не-а, — легкомысленно замотала головой девушка. — Кудесник с мандрагорами свинтили в дендропарк посмотреть на цветение сакуры…
— Так она же отцвела давно! — удивился кот.
— Ага, — хмыкнула Тули́нэ, — но старшая мандрагора сказала, что на само цветение малышкам пока ходить рано, ибо там творятся какие-то невиданные ботанические непотребства. Поэтому в педагогических целях они пошли смотреть на то, что бывает после того, когда этим непотребствам предаются неосмотрительные молодые растения.
— А что бывает? — поинтересовался кот.
— Как обычно, — пожала плечами девушка. — Цветы остаются голыми, вянут и прекращают быть цветами.
— И кем они становятся?
— Пузатенькими ягодками, — усмехнулась девушка.
— Из твоих уст это звучит еще более двусмысленно и непотребно, — вздохнул Диодор.
— Ещё бы, — хмыкнула Тули́нэ, — у меня же отлично по «Многослойной Недосказанности» и «Пикантным Недомолвкам».
И она многозначительно замолчала, приложив ладошку к губам.
— Идеально! — воскликнул Диодор. — Продолжай, мне нравится!
— Что именно? — оживилась Тули́нэ.
— Когда ты молчишь! — пояснил кот. — Корявенько, конечно, сразу скажу, что не Станиславский, но на безрыбье и так сгодится.
— Плохой, Диодор, — насупилась девушка. — Фи!
— Тогда не отвлекай меня! — фыркнул кот. — Не видишь, я занят телом.
— Делом? — переспросила девушка.
— Угу, — пробурчал кот, — и им тоже.
— А я занимаюсь тобой, — проворковала Тули́нэ, — и твоими усами.
— Иди сказочнику докучай! — огрызнулся Диодор. — Он тебя придумал, теперь пускай пожинает плоды своего неосмотрительного литературного непотребства.
— Ой, так ведь его тоже нет! — усмехнулась Тули́нэ. — Сказочник ушел на работу, в офис «Fantasy Resource», ему отчет надо писать квартальный.
— А я думал, что он только всякое недоразумение сочиняет, — усмехнулся Диодор.
— Да нет же, — отмахнулась девушка. — Он такие отчеты пишет, что руководство просто визжит от восторга.
— Точно от восторга? — уточнил кот.
— Точно, вот послушай… — Тули́нэ откашлялась и продекламировала: — «Молоко единорога, закуздрячено. Отмечается нарушение технологического процесса…»
— Я ничего, кроме слова «молоко», не понял, — озадаченно мурлыкнул Диодор.
— А никто не понимает, — пожала плечами Тули́нэ, — ни руководство, ни контрагенты, даже сам сказочник наверняка не понимает. Как он объяснил, ему за это деньги и платят, чтобы было написано авторитетно, технически грамотно и совершенно непонятно… Так что, мой милый собеседник, сейчас остались только ты и я… Только я и ты… И твои усы, которые меня сейчас очень занимают…
Тули́нэ наклонилась к Диодору и даже попыталась прикоснуться к его усам, но кот предусмотрительно отвернул морду.
— Да сдались тебе мои усы! — недовольно пробурчал кот. — Ты лучше еще многослойно помолчи. У тебя это изумительно получается. Хотя и не так часто, как бы мне хотелось.
— А я не могу молчать! — вспыхнула Тули́нэ. — Каждое утро я нахожу несколько твоих усов у себя в кровати! А я принцесса — натура утонченная и хрупкая! Мне от твоих усов фигня разная снится и фантасмагория!
— Подумаешь, какие мы нежные, — хмыкнул кот. — Я всю жизнь со своими усами сплю и не жалуюсь.
— Это потому что ты не принцесса! — вспылила девушка.
— Хвала моей карме и прими мои соболезнования, — усмехнулся кот.
— Слушай, Диодор, а может, ты лысеешь? — невинно спросила девушка. — Стареешь, вот у тебя усы и выпадают?
Кот всё-таки подавился шубой и начал кашлять.
— Бедный старый Диодор, — начала причитать Тули́нэ. — Лысеет, кашляет, усы уже не держатся…
Кот наконец откашлялся и выплюнул клок шерсти.
— Легкие отходят? — поинтересовалась будущая принцесса.
— Нет! Это меня негодование переполняет! — не выдержал Диодор.
Он сурово посмотрел на лучезарную улыбку девушки и спросил:
— Тули́нэ, ответь, почему ты постоянно задаешь мне всякие глупые вопросы, особенно когда я занят важным делом?
— Телом? — переспросила девушка.
— И им тоже, — устало вздохнул кот.
— Всё просто, Диадор, — хихикнула девушка. — Своими вопросами я как бы ощупываю внешний мир. В данном случае я вербально ощупываю твои усы, ибо в физическом плане они меня уже достали!
— А я физически ощупываю внешний мир своими усами! — недовольно воскликнул кот. — И я не желаю, чтобы ты их трогала ни физически, ни вербально!
— А-а-а-а-а… — догадалась девушка. — Значит, каждый твой ус — это вопрос?
— Да! — фыркнул кот.
— Значит, когда ты находишь ответ, то твой вопросительный ус отпадает?
— Именно!
— Тогда давай договоримся, — по-деловому предложила Тули́нэ, — если ты не хочешь, чтобы я вербально донимала твои усы, то не задавайся больше никакими вопросами у меня в кровати…
Обед молчания
— Диодор, Диодор!
Сказочная студентка Института Прекрасных Принцесс лихо съехала со второго этажа по перилам, нарушая все незыблемые правила дворцового этикета.
Пушистый ассистент сидел обиженно нахохлившись возле торговой стойки, всем своим видом напоминая небольшую махровую грозовую тучку.
Тули́нэ ловко спрыгнула с перил и, удачно приземлившись рядом с котом, уже хотела легкомысленно по привычке потрепать его по ушам, когда тот, не поворачиваясь, во всеуслышание заявил:
— По-настоящему я — Живопыра…
— Живо-чего? — не поняла Тули́нэ.
Ее рука замерла в воздухе, так и не добравшись до манящих кошачьих ушей.
— Абыр… Абыр… Абырвалг… — пробулькал кот.
— Кудесник! — воскликнула девушка. — У нас тут кот сломался!
Кудесник выглянул из кухни и с осуждением посмотрел на кота:
— Диодор не сломался, это он так обиделся на всех и дал обет молчания.
— Что? Молчать до обеда будет? — не поняла принцесса.
— Не нервируй меня, Муля… — съехидничал кот.
— Он меня пугает! — пожаловалась девушка, прикидывая, стоит ли падать в обморок или спустить всё на тормозах.
Она попыталась заглянуть коту в глаза, но тот обиженно отводил морду.
— Неужели он до обеда будет так странно молчать? — недоверчиво спросила Тули́нэ, то ли у кота, то ли у кудесника.
— Да не до обеда… — усмехнулся хозяин лавки. — Обет — это значит, что он дал себе слово и будет делать то, что себе пообещал.
— Провальный план, я тебе скажу, — доверительно
