отмахнулась принцесса. — Столько раз я себе давала разных обещаний и максимум могла дотянуть только до завтрака… А уж до обеда…
— А компот?! — возмущённо воскликнул кот.
— Кстати, а почему он орёт? — подозрительно прищурилась девушка. — Он, как бы, до обеда молчать должен?
— Потому что молчать можно по-разному, — пожал плечами кудесник. — Он вот молчит по своей системе.
— Это по какой?
— По громкой системе, — пояснил чародей. — Это когда он орет, но совершенно непонятно, что орет и зачем. То есть смысла в его восклицаниях не больше, чем от шума деревьев.
— А разве так можно? — поинтересовалась принцесса.
— Конечно! — кивнул кудесник. — Многие люди, и в том числе некоторые коты, это часто практикуют. Говорят что-то, но их совершенно невозможно понять, и поэтому возникает ощущение, что они как бы ничего и не говорили…
— Не поняла… — опешила девушка и обратилась к коту: — Ты какой обед давал?
— Свежий, только что спиленный! — бодро ответил кот.
— Понимаешь, Тули́нэ, — вздохнул кудесник, — молчание связано не просто со звуками, а со смыслом слов. А если смысл у слов отсутствует, то они как бы пустые и безголосые, а значит, молчаливые…
Потом он недовольно посмотрел на ассистента и добавил:
— Поэтому Диодор считает, что он может придерживаться обета молчания и при этом истошно орать на весь магазин, распугивая клиентов!
— Открывает кошка рот — непонятно, что орет… — выдал Диодор.
— Вот-вот, — заметил кудесник.
— Слушай, так у нас, значит, от его обеда вообще ничего не поменялось. — усмехнулась Тули́нэ. — Он и так постоянно непонятно что мяучет.
— Ах ты неблагодарная! — не выдержал Диодор. — Я делился с тобой мудростью! А ты?! Вот поэтому я и дал обет молчания!
— Обед, — поправила его девушка.
— Потому что проще орать непонятную чушь, чем вкладывать глубокий смысл в свои слова.
— Почему?
— Потому что, когда ты громко несёшь полную околесицу, тебя сразу начинают замечать. А если говорить умные вещи, то на тебя никто внимания не обращает! Как будто ты пустое место…
— Ну, подумаешь, на лапу тебе наступили… — пожал плечами кудесник.
— На лапы! — обиженно уточнил кот. — А не на лапу. Чувствуешь разницу?
И, не дождавшись ответа, он обратился к девушке:
— Тули́нэ, скажи, как возможно наступить коту сразу на все четыре лапы одновременно?
— Я думаю, что с трудом… — хмыкнула принцесса.
— А я считаю, что с особым цинизмом! — воскликнул кот.
— Ты у меня под ногами крутился… — стал оправдываться кудесник.
— У меня был сложный пространственный манёвр, — недовольно объяснил кот. — Я же предупреждал!
— Ты орал: «Когда обед?!» — возмутился хозяин лавки.
— И мой крик был преисполнен глубокого смысла! — трагически шмыгнул носом кот. — Но он был проигнорирован, а мое тело подверглось гонениям и экзекуции…
— Я чуть не упал… — устало вздохнул кудесник.
— Кто же виноват, что ты толком на ногах не стоишь? — ехидно заметил Диодор.
— Кстати, что у нас с обедом? — спросила девушка, которой уже надоело слушать эту глупую перепалку.
— А ничего! — горько усмехнулся Диодор. — Мой обет молчания нарушен, и обед, видимо, тоже… И это я еще не вспоминал о своем испорченном предобеденном настроении, на которое некоторые зверски наступили!
— Ты смеёшься? Ты только недавно второй раз позавтракал! — возмутился кудесник.
— И что с того? — отмахнулся Диодор. — Знаешь ли ты, что у котов самое хорошее предобеденное настроение наступает сразу после завтрака, особенно после второго!
— Диодор, ну тогда я знаю, как умилостивить твое настроение, — усмехнулась Тули́нэ. — Чтобы оно не орало с голодухи…
— Не уверен… — с сомнением мурлыкнул кот. — Мое настроение такое…
— Капризное? — съехидничал кудесник.
— Утонченное! — обиженно воскликнул кот.
— А я поглажу его, но по своей системе! — примирительно улыбнулась девушка.
— Хм… Я вижу, что ты вложила в свои слова какой-то смысл. Но вложила так глубоко, что я пока его не уловил, — задумчиво мурлыкнул пушистый ассистент. — Но я заинтригован, так что продолжай…
— Как насчет третьего завтрака? — выпалила Тули́нэ.
— А что, так можно было?! — в восхищении воскликнул Диодор.
— Конечно, можно! — заверила его принцесса. — Обещаю, твоему предобеденному настроению понравится…
— А твоему обету можно верить? — еще не веря своему счастью, спросил Диодор.
— Конечно, до завтрака у меня все обещания неплохо получаются, — усмехнулась Тули́нэ. — Так что я даю тебе обед накормить твое настроение третьим завтраком!
— Первый раз в жизни буду третий раз завтракать в обед… — мечтательно облизнулся Диодор.
— Смотри, чтобы твое предобеденное настроение не лопнуло… — заметил кудесник.
Пишущая рука
— Ну-с, чем я сегодня займусь? — воодушевленно воскликнула Тули́нэ, заметив сказочника, сидящего за письменным столом.
— Это ты мне?
Сказочник от неожиданности вздрогнул. Он все еще не привык к тому, что к нему вот так, запросто, подкрадываются персонажи его сказок.
— Тебе, конечно, — довольно хихикнула пигалица. — Ты же у нас решаешь, что по сюжету должна вытворять сказочная принцесса.
— Ты еще не принцесса, — строго заметил сказочник, — а только студентка.
Тули́нэ набычилась:
— Ты сейчас кого хотел обидеть?
— Не обидеть, а уточнить, — сказочник снизил уровень строгости в голосе, добавив в него щепотку душевной теплоты и пару капель снисхождения. — Литература — точная наука.
— Насколько точная? — девушка все еще дулась.
— Самая точная! — заверил ее автор. — Одна запятая не там — и всё! Казнить нельзя помиловать.
— Все равно это несправедливое уточнение, — заныла Тули́нэ. — Я уже в стольких сказках упоминаюсь как настоящая принцесса. Меня даже дракон похищал! С твоей, между прочим, подачи.
— Да-да, помню… — сказочник устало потер переносицу. — Хорошо, я возьму это уточнение в скобки. Пущу по тексту как размышление автора.
Тули́нэ довольно улыбнулась и вонзила в автора требовательный взгляд. — Ну, ставь давай.
— Кого? — опешил сказочник.
— Не кого, а чего! — передразнила его девушка. — Скобки твои с уточнениями ставь. И чтобы при мне поставил! Знаю я тебя…
— Я не могу, у меня пишущая рука занята, — вздохнул автор.
— Чем?
— Не чем, а кем. Диодором.
Сказочник повернулся в кресле, и Тули́нэ заметила, что на столе, прямо на черновике автора, черной кляксой расплылся огромный черный кот.
— Что остановился? — возмутился Диодор. — Гладь давай!
— Видишь? Совершенно невозможно работать…
Сказочник вздохнул и продолжил наглаживать пушистую униформу ассистента кудесника.
— А я? — опешила Тули́нэ. — Что должна делать я?
— Ну… Как обычно… — промямлил автор. — Сходи, взорви что-нибудь…
— Не хочу, настроения нет…
— Почему?
— А ты мне еще настроение не придумал, — пожала плечами девушка.
— Тули́нэ, я с тебя просто поражаюсь! — возмутился автор. — То ты лезешь в каждый свой сюжет со своими правками, то ты говоришь, что настроения нет!
— Так это ты сам написал, чтобы я в текст вмешивалась, — хмыкнула Тули́нэ. — Вот я и вмешивалась!
— Всё равно поражаюсь…
— Чему? — хитро прищурилась девушка.
— Не чему, а
