Полгара зашипела, а затем возвысила голос. И хотя, казалось, говорила она не очень громко, слова ее достигли самых отдаленных частей армии.
– Не трогайте эти тени! – предостерегла она. – Они – призраки гролимов и не смогут причинить вреда, если только их не касаться. Они здесь для того, чтобы притягивать к вам молнии, так что сторонитесь их.
– Но, мистрис Пол, – запротестовал Дерник, – солдаты не смогут сражаться, если им придется увертываться от теней.
– О тенях позабочусь я, – угрюмо ответила Полгара и подняла над головой обе руки, сжав их в кулаки. На лице ее отразилось страшное напряжение, а затем она произнесла единственное слово, разжав при этом руки. Тогда трава, которая под напором горячего ветра, предшествовавшего буре, склонилась в их сторону, неожиданно качнулась в противоположном направлении. Сила юли Полгары вырвалась наружу. И, когда эта сила коснулась каждого призрака гролима, фигуры начали бледнеть, потом съеживаться, а затем наконец беззвучно взорвались, разлетевшись на мельчайшие темные клочки.
Когда исчезла последняя тень, Полгара упала бы от изнеможения, если бы Дерник одним прыжком не оказался рядом, чтобы поддержать ее.
– С вами все в порядке? – тревожно спросил он.
– Только дайте мне минутку, – сказала Полгара, опираясь на него. – Это потребовало огромных усилий. – Она улыбнулась Дернику слабой улыбкой, а затем голова ее устало поникла.
– А они не вернутся? – спросила Се'Недра. – Я имею в виду то, что все это не нанесло вреда настоящим гролимам, не так ли? Только их теням.
Полгара слабо рассмеялась.
– О, это сильно повредило им, – ответила она. – У этих гролимов больше нет теней. Ни один гролим не сможет больше отбрасывать тень.
– Никогда? – раскрыла рот принцесса.
– Никогда.
Затем к ним присоединился Белдин, камнем упавший вниз – так что ветер свистел в крыльях.
– Нам нужно еще поработать, Полгара, – прокричал он, не успев еще, мерцая, принять свой нормальный, человеческий облик. – Нам нужно уничтожить бурю, которую насылают на нас с запада. Я уже разговаривал с близнецами. Они поработают на ее южной стороне, а мы с тобой на этой.
Полгара вопрошающе посмотрела на него.
– Их армия собирается наступать вслед за бурей, – объяснил Белдин. – Сейчас нет смысла останавливать ее. Буря набрала уже изрядную силу. Мы хотим разорвать ее край сзади и обрушить ливень, на энгараков.
– Сколько гролимов делают бурю, дядюшка? – спросила она.
– Кто их знает? – пожал плечами Белдин. – Но все их силы уходят на то, чтобы просто держать ее под контролем. Если мы четверо разом ударим сзади, то давление внутри самой бури доделает остальное.
– А почему не дать ей просто пройти? – спросил Дерник. – Наши солдаты – не дети, не испугаются. Да и не рассыплются от маленького вихря.
– Но это не просто «маленький вихрь», кузнец, – ледяным тоном сказал Белдин, и тут что-то огромное и белое с глухим шумом упало на землю в нескольких футах от них. – Если на макушку тебе упадет четыре или пять таких градин, тебя уже не будет интересовать, чем кончится сражение.
– Градины то – с куриное яйцо! – изумленно воскликнул Дерник.
– А будут, возможно, еще больше. – Белдин сно ва повернулся к Полгаре. – Дай мне руку. Я передам сигнал Белтире, и мы все ударим одновременно. Приготовься!
Все больше градин падало на топкую почву, а одна, особенно большая, со страшной силой врезавшись в огромный камень, разлетелась на тысячу осколков.
Оттуда, где была армия, доносился непрерывный грохот – это град обрушивался на доспехи мимбратских рыцарей и барабанил по высоко поднятым щитам пехоты.
А затем вслед за градом разразился ливень. Подгоняемые ветром стали накатывать бурлящие потоки воды. Невозможно было что-либо рассмотреть и почти нельзя дышать. Олбан прыгнул вперед подняв щит над Се'Недрой и Миссией. Один раз он поморщился от боли, когда большая градина ударила его в плечо, но рука, держащая щит, не дрогнула.
– Она ломается, Пол! – закричал Белдин. – Давай нажмем еще раз! Пусть сожрут кусочек своего же пирога!
Лицо Полгары кривилось от неимоверного напряжения всех внутренних сил, и она едва не упала, когда Белдин направил их совместную волю в клокочущее небо.
Когда столкнулись мощные силы, раздался неимоверный грохот, небо внезапно распорол огненный зигзаг. Две огромные, раскаленные добела молнии с ужасным треском ударили друг в друга, осыпав землю огненными шарами. Падали люди, мгновенно превращаясь в обугленные головешки, уносимые потоками ливня, но потери несла не только армия Запада.
Ужасная буря отступила, когда объединенная воля Полгары и Белдина на северном окоеме и близнецов на южном разорвала ее задний край, и наступавшие маллорийцы в полной мере ощутили на себе результаты этого. Завеса молний пронеслась обратно сквозь их сомкнутые ряды подобно огромной ослепительной метле, усеивая землю дымящимися мертвецами. Когда заклинания колдунов, которые направляли грозовой фронт к реке, оказались тщетными, свирепые ветры со свистом и завыванием внезапно повернули вспять, обрушив град и дождь на наступавших энгараков.
Из центра ужасной тучи к земле с отвратительным ревом стали протягиваться темные крутящиеся смерчи. В последнем судорожном броске одна из этих громадных воронок коснулась земли в самом центре толпы одетых в красное маллорийцев. И из этого кошмарного водоворота во все стороны стали разлетаться их разорванные останки. А смерч с ужасающей силой продолжал свое движение, оставляя после себя во вражеских рядах пустое пространство шириною в двести ярдов. Обломки доспехов, клочки красных туник – и кое-что похуже – обрушились на ошеломленных и перепуганных маллорийцев, оставшихся в живых по обе стороны этой смертельной напасти, неумолимо и безжалостно уничтожавшей их середину.
– Прекрасно! – ликовал Белдин, подпрыгивая от переполнявшего его восторга.
Неожиданно раздался громкий звук рога, сомкнутые ряды драснийских легионеров расступились, и из глубины их повел в атаку мимбратских рыцарей Мендореллен, с доспехов которого стекала вода. Они ринулись на потрясенных и напуганных маллорийцев, и ужасный треск наносимых ударов заглушался криками боли. Ряд за рядом атакующие крушили приведенных в ужас маллорийцев, которые сначала дрогнули, потом стали отступать и наконец пустились в бегство. Но тут с флангов по ним ударили воины олгарских кланов, сабли их засверкали под дождем.
При втором сигнале рога Мендореллена атакующие мимбраты остановились, развернулись и галопом поскакали обратно, оставляя после себя страшные свидетельства неудачи маллорийцев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
