покрыта мохнатой шкурой, в которой каждый волос — это маленький язык алого огня. Толстые, как брёвна, лапы были увенчаны дымящимися чёрными когтями.
— Опасным? То есть уже? — усмехнулась Стужа. — Лучше не надо. Мне очень интересно, что будет дальше.
— Это Медвежуть! — закричала Ребекка, легко вскакивая в седло. — Капитан, надо отступать!
— Уходим! — крикнул Алекс, натягивая поводья, чтобы удержать нервничающего Мышонка на месте. — Венгер, живей!
Он завертел головой. Зефирки нигде не было видно. Но он всё равно бросил команду отзыва крыски, даст бог, она цела.
Венгер, наконец, взобрался. Алекс почувствовал, как Мышонок под ним чуть осел под тяжестью мальчика.
— РА-А-А-А!
Медвежуть, упав на четвереньки, прыгнул через груду обломков и рванул к Снежинкам. Стволы деревьев закачались от поступи медвежьих лап.
— Капитан!!! — в ужасе затряслась Ребекка.
Монстр приближался. Следом за ним в воздухе стелился горящий шлейф, словно за кометой. А Алекс ещё даже не повернул коня.
— Быстрый, — без капли участия заметила Стужа. — Вам не убежать.
Толстая горящая морда смотрела точно на Ребекку, да и вся туша была нацелена прямиком на леди.
“Почему она? — мелькнула в голове Алекса неожиданная мысль. — Любая корова в поле, любая доходяжная лошадь, да что там, любая коза, сочнее в пять раз!”
Но нужно было что-то делать, иначе их просто снесёт, как тот забор.
— Ребекка, Ослепление! — приказал Алекс, вынимая меч из ножен. — Венгер, спрыгивай!
Мальчик бахнулся на землю, а стройное тело Ребекки наполнилось ослепительным светом, будто включили люминесцентную лампу.
Эффект вспышки оказался неожиданным. Пасть Медвежути раскрылась, и из неё выпорхнуло чёрное облако. Оно приняло форму нетопыря, блеснули, как два агата, влажные чёрные глаза, затем летучая мышь втянулась обратно в глотку чудовища, и монстр продолжил бег.
— О, это интересно, — сказала Стужа. — Ещё один паразитический демон. Тебе очень везёт, девочка.
Ребекка вздрогнула, лошадка под ней испуганно оглянулась на хозяйку.
— Стужа, мороз! — Алекс толкнул коня пятками в бока, Мышонок тут же сорвался в галоп. — Ребекка, Агонайзеры!
Воздух засвистел в ушах, Алекс понёсся к огненному мишке размером с танк. Он не рассчитывал на чудо, с детства не верил в Деда Мороза и феншуйские советы по ящику, но ломанулся очертя голову, с железной палкой наголо. Справа мелькнули стальные полосы. Это цепи опередили его и ударили в медведя. Монстр замешкался на секунду. Успеть бы!
Алекс взмахнул мечом так, как рубил головы простым Крысунам. Клинок упёрся в огненную шерсть, увяз, как вилы в стоге сена. Алекс попробовал замахнуться, но секунда закончилась, огненная лапа взмыла вверх, словно лавина лесного пожара.
Сокрушительный удар снёс его с седла. Алекс перевернулся в полёте, ударился спиной об землю, изо рта вырвался стон. А медведь снова замахнулся. В последний миг Алекс успел откатиться, лапа обрушилась, едва не пробив в земной тверди каньон. Горящие комья глины шипели, затвердевая.
Девушки не стояли в стороне. Цепи продолжали спутывать Медвежутя, а ледяные обстрелы — стегать белой дробью. Но монстр будто их не замечал. Толстая лапа снова взмыла вверх, разрывая стальные звенья, словно шерстяные нитки.
Мир застыл, Алекс смотрел в жуткую звериную морду, в чёрные бусинки горящих глаз. Отчаянно хотелось зажмуриться, но он сдержался и бросил меч в нос чудовищу. Клинок отскочил от гигантской чёрной сопелки, даже не поцарапав.
— Вот же хрень, — разочарованно пробормотал Алекс.
— Сир Енессен! — вдруг раздался удивлённый крик Ребекки.
Рыцарь, как стрела, пролетел над Алексом, быстрый, сверкающий, весь в сполохах молний, похожий на электрического угря. Гигант-медведь развернулся в его сторону, взревел, но блистающий рыцарь уклонился от замаха, а его меч заискрился, растворяясь в синих разрядах.
— Уходите, сир Алекс! — заорал рыцарь. — Спасайте леди Ребекку!
Меч и огненная лапа столкнулись. С шипением и треском во все стороны полилось пламя и молнии. Взревев, Медвежуть встал на дыбы. Енессен поднырнул под медвежью лапу и со всей силы врезался латным плечом в широкую грудь. Грохот камнепада! Словно подбитый грузовик, монстр рухнул навзничь. Рыцарь успел резануть медвежью шкуру клинком, брызнули алые струи, а следом полились огненные водопады.
Медвежуть взревел. Яростный рык накрыл долину громовыми раскатами, а вокруг упавшего монстра вспыхнули гигантские огненные кольца.
Под ливнем пламени Енессен тоже вскрикнул, отшатнулся. Одна нога подломилась, он упал на правое колено. Стальной нагрудник шипел, будто только что вынутый из кузни, щели забрала наполнились дымом. Алекс бросился к нему, схватил за плечо и с криком отдёрнул обожжённые руки.
— Сир Алекс, вы меня слышали? — страшным, полным боли, голосом сказал Енессен. — Умоляю… Спасите миледи! Монстр не сдался… Он зализывает раны, это от силы минут десять!
Алекс взглянул на высокую огненную стену перед глазами. Затем оглянулся назад, на девушек и Венгера вдалеке.
— Я вас не брошу, — решительно сказал он и подобрал с земли свой меч. — Какой я после этого буду… рыцарь!
“Что я несу?! — подумал Алекс. — Рыцарь? Это я-то? Ещё неделю назад не умел ни ездить на коне, ни держать меч в руках. Да я даже на турнире ни разу не был!”
Но эти мысли возникли и сразу же исчезли, а он только крепче стиснул рукоять меча.
Енессен рывком поднял забрало, Алекса чуть инфаркт не хватил. Когда-то аристократичное лицо рыцаря превратилась в сплошной ожог. Сир Фредди Крюгер.
— Обет, сир Алекс… помогите мне сдержать мой обет, — прохрипел рыцарь. — Вы, как никто другой, должны знать.
— Что? Я не понимаю… Да вы бредите!
С натугой Енессен поднялся и посмотрел прямо в глаза Алексу.
— Сир Алекс, послушайте, — голос рыцаря неожиданно стал звонче, сильнее. — Только послушайте. Однажды…. — он сглотнул. — Однажды я поступил недостойно.
Алекс ахнул:
— Вы? Да быть такого не может!
— Я прелюбодействовал с супругой своего прошлого сюзерена, — изрёк страшное откровение рыцарь. — И в минуты нужды я не оказался рядом с тем, кому поклялся служить. Он погиб из-за меня. Теперь понимаете?
Странно, но Алекс вдруг осознал, что действительно понимает. Под шелухой средневековой Санта-Барбары громоздилось нечто вечное, настоящее, никогда не устаревающее, понятное бумерам, зумерам и даже, прости Господи, думерам. И название этому нечто — верность.
— Во что бы то ни стало вы хотите выполнить поручение Родрика, — сказал он печально. — Лорд велел вам защищать Ребекку?
