Кэм сердито задвинул стул и отошел от стола.
— А натворил я здесь вот что, мадам. Создал доходное имение, вытащив его из пропасти собственным потом и трудом. Заботился о воспитании брата и сестры, насколько это было в моих силах. И более не намерен обсуждать эту тему сейчас. Я передал вам свое предложение. И то, что вы швырнули его в огонь, никоим образом не изменяет моего желания позаботиться о Джоан.
— Ты должен жениться на ней! Ты не ведаешь, что творишь!
Кэм не смог подавить мрачную улыбку.
— Вы даже не представляете себе, насколько близки к истине. Но с этим я сам разберусь.
— Не думай, мой мальчик, что я ничего не знаю, — понимающе усмехнулась миссис Белмонт. — Ты собираешься сделать эту французскую девку своей любовницей. Но Джоан не глупа, ей известно, что у мужчин должны быть свои развлечения.
Кэм едва справился с желанием задушить тетку. Его мутило от ее бесчувственности.
— Джоан заслуживает гораздо большего, чем неверный муж, — тихо сказал он. — А моя гувернантка — леди.
— Хелен Мидлтон, сэр, — дочь дамы полусвета!
Кэм так сжал в гневе спинку стула, что пальцы у него побелели.
Тетушка засмеялась:
— О, Кэмден, мальчик мой! Неужели ты настолько глуп? Мне не потребовалось никаких усилий, чтобы разузнать ее скандальное прошлое. Порхала по континенту с теми, кто мог позволить себе ее так называемый гонорар! Ха! Стоит лишь раз взглянуть на нее и сразу ясно: она вылитая мать — как лицом, так и распущенностью.
Кэм подошел к двери и распахнул ее. Несмотря на почти ослепившую его ярость, он увидел гостей, собравшихся вокруг Кэтрин. Та сидела за фортепьяно, возглавляя хор, исполнявший веселую песенку.
Когда он заговорил, голос его был ледяным:
— Вы передадите Джоан то, что я сказал, мэм. И вы скажете ей об этом сегодня, пока Джоан не стало плохо. Или пока не случилось чего-нибудь более страшного. — Он устремил невидящий взгляд в гостиную. — Наш разговор окончен.
Кэма пугала глубина его ярости, желание убить тетку на месте. Он закрыл глаза. Эта мысль приводила его в ужас. Он терял контроль, терял уверенность, снова и снова.
Миссис Белмонт подошла к нему и положила костлявые пальцы на его руку.
— Окончен, говоришь? — вкрадчиво спросила она, переводя взгляд на собравшихся в гостиной. — Вряд ли, Кэмден. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы твоя любовь была унижена. Несколько громких слов определенного смысла, и я окажусь в центре всеобщего внимания.
Кэму показалось, что дверная ручка осталась в его ладони. Старая карга все-таки допекла его! Вот и муж Кэтрин, бросив петь, оглядывался через плечо.
Кэм захлопнул дверь.
— Да, будет неприятно, если они узнают правду о твоей так называемой гувернантке. — Миссис Белмонт самодовольно улыбнулась. — Какая грязь! Единственный ребенок графа Трейхерна вверен заботам известной куртизанки!
— Мисс де Северз вовсе не такая, — возразил Кэм, заставляя себя говорить спокойно. Боже милосердный! Он предполагал, что реакция тетушки будет неприятной, но это уже выходило за рамки приличий.
— Ха! — презрительно захохотала миссис Белмонт. — Ты думаешь, мне не известна история о том, что было между вами? Да мне обо всем поведал твой никчемный отец.
— Мой отец ничего не знал, — пробормотал Кэм.
— Не только знал, но и рассказывал! При этом весело хлопал себя по колену, восторгаясь тем, что ты сумел выкрутиться! И ты собираешься пасть к ногам женщины, которую можно купить за гроши? Которой обладал и ты, и еще десяток мужчин? Это лишь доказывает то, что все давно подозревали: ты абсолютно такой же глупец, каким был твой отец.
Кэм не стал обращать внимания на гнев тетушки. А что касается его чувства к Хелен, то нет смысла отрицать правду. Он не верил в правдивость рассказов тетушки о прошлом Хелен, да ему в любом случае уже все равно.
— Вы ничего не знаете о мисс де Северз, — мрачно произнес он. — И советую вам придержать язык.
— Она дочь шлюхи, вот и все. — Миссис Белмонт в сердцах топнула ногой. — Она такой была и лучше не станет.
— Разговор окончен, — спокойно ответил Кэм. Страх прошел. Какие бы испытания ни уготовила им его тетушка, они с Хелен преодолеют их.
— Нет! Я родная сестра твоей покойной матери. Ты сделаешь так, как я велю, или пожалеешь.
Кэм видел, что она уже не владеет собой. Неужели ей столь важно заполучить для своей дочери богатство и титул? Что ж, настало время проявить жестокость.
— Вы правы, — тихо сказал он. — Я люблю Хелен. И каким бы это ни делало меня в ваших глазах, — а вы можете оскорблять меня сколько вздумается, — мисс де Северз — леди. Что же касается Джоан, я тоже люблю ее, хотя не так, как мужчина должен любить женщину, на которой собирается жениться. Я сказал вам, что намерен для нее сделать. И довольствуйтесь этим. — Он снова распахнул дверь.
— Кэмден! — Голос тетки звучал глухо и прерывисто, словно доносился из преисподней. — Прошу тебя! Умоляю! Я твоя единственная тетка по материнской линии. Наша семья ослаблена, почти уничтожена аморальными поступками. На нас легла обязанность спасти ее.
— Видите ли, мадам, я обнаружил, что устал играть роль спасителя. Пусть семья попробует обойтись без меня. Но я для вас с Джоан сделаю все, что обязан. Я возьму ее под свою защиту, даже в свой дом, если она захочет. Кэтрин будет жить с ней в городе, вывозить в свет. Но я не могу на ней жениться. Мое сердце принадлежит другой. Приношу свои извинения.
— Нет! — хрипло прошептала тетушка. — Ты не можешь… не посмеешь жениться на этой женщине! — Кэм еще шире распахнул дверь. — Она шлюха! Кэмден! Я наводила справки. Не может быть никакого сомнения! Пусть ты и был у нее первым, но далеко не последним! Она считает тебя не меньшим глупцом, чем твой отец! Получив от тебя все, что хочет, она потом бросит тебя. Зачем еще она вернулась после стольких лет? Ты задавал себе этот вопрос?
Кэм вышел из своего кабинета, оставив тетушку одну. В ее обвинениях достаточно правды, чтобы встревожиться. Только не о Хелен. О себе.
Именно в себе Кэм всегда и сомневался. Да, конечно, Хелен вносила сумятицу в его мысли. Все его самообладание и все благие намерения исчезали, едва она появлялась в комнате. Это никогда не изменится.
Тетушка за его спиной молчала. Слава Богу! Он устало наблюдал, как Хелен взяла книгу со стола и торопливо устремилась к его брату, который развалился на диване, еще более мрачный, чем раньше.
На этот раз выражение лица Хелен говорило о многом. Она выглядела серьезной, даже расстроенной, когда села на диван и наклонилась к юноше. Кэм был так увлечен изучением взглядов, которыми обменялась пара, что почти не заметил, как гости начали прощаться с его сестрой.
