позвонить и она удивлялась этому, даже когда в том же порыве безрассудного гнева собрала разбросанные письма и бумаги на своем письменном столе и оделась, чтобы выйти. Но по пути вниз она внезапно остановилась. Завиток сигаретного дыма через открытую дверь библиотеки показал, что он ждал внутри нее. Он хотел поговорить с ней, прежде чем она уйдет. Возможно, он был даже рад, что Кэрил пришла, чтобы он мог высказать свое мнение в присутствии их обоих. Внезапно ее затошнило от резкого, характерного запаха его табака. Она развернулась, снова побежала наверх и сбежала, почти сломя голову, вниз по задней лестнице и через дверь для прислуги в переулок.
Тусклый серый туман, который сгущался по мере приближения утра, скрыл ее и сделал неузнаваемой с расстояния всего в несколько футов, но в конце переулка она инстинктивно отпрянула от взглядов проходящих мужчин, пока не разглядела торопливую фигуру мужчины, который был даже выше Экстона и гораздо шире. Она бросилась к нему с дрожью облегчения, когда увидела светлые волосы Генри Кэрила и узнала его ровные, открытые черты.
– Этель! – он поймал ее, задыхаясь от удивления. – Вы здесь? Почему…
– Не заходите в дом! – она повела его противоположным путем. – На углу есть стоянка такси. Найдите там одно и отвезите меня… отвезите меня к этому мистеру Транту. Я расскажу вам все. Человек приходил снова прошлой ночью. Тетушка больна и лежит в постели из-за этого. Говард по-прежнему говорит, что это его дело, и он ничего не сделает. Я должна была обратиться к вам.
Кэрил на мгновение прислонил ее к стене дома, побежал на угол за такси и, вернувшись с ним, помог ей сесть в него.
Сорок минут спустя он привел ее в приемную Транта в здании Первого национального банка и, узнав резкий, решительный тон психолога в разговоре во внутреннем кабинете, Кэрил подошел к двери и резко постучал.
– Прошу прощения, но не могли бы вы отложить то, что вы делаете, мистер Трант? – он быстро задал вопрос, когда дверь открылась, и он столкнулся с крепкой и энергичной фигурой рыжеволосого молодого психолога, который за шесть месяцев, по общему признанию, стал главным консультантом в Чикаго по уголовным делам. – Меня зовут Кэрил. Генри Хауэлл представил меня вам на прошлой неделе в клубе. Мне и моему другу очень нужна ваша помощь, мистер Трант, и немедленно. Я имею в виду, что если мы не сможем поговорить с вами сейчас, обстоятельства, возможно, сделают это невозможным в дальнейшем.
Говоря это, Кэрил отодвинулся, чтобы спрятать девушку за собой от взгляда человека во внутреннем кабинете, который, как видела Кэрил, был офицером полиции. Трант отметил это, а также то, что Кэрил тщательно воздерживался от упоминания имени девушки.
– Я могу отложить это дело, мистер Кэрил, – спокойно ответил психолог. Он закрыл дверь, но почти сразу же открыл ее снова. Его официальный посетитель вышел через другой вход прямо в холл и два молодых клиента вошли во внутреннюю комнату.
– Это мистер Трант, Этель, – немного нервно обратилась Кэрил к девушке, когда та садилась. – И, мистер Трант, это мисс Уолдрон. Я привел ее, чтобы рассказать вам о таинственном человеке, который преследует Говарда Экстона по всему миру, и который, с тех пор как Экстон вернулся к ней домой две недели назад, угрожал ей.
– Экстон… Экстон! – психолог повторил имя, которое произнесла Кэрил, как будто был уверен, что Трант должен его узнать. – Ах! Конечно, Говард Экстон младший! – он откровенно признался, что его воспоминания прояснились, и он понял, почему лицо девушки показалось знакомым.
– Значит, вы, – обратился он непосредственно к ней, – мисс Уолдрон с бульвара Дрексел?
– Да, я та самая мисс Уолдрон, мистер Трант, – ответила девушка, покраснев до корней губ, но гордо подняв голову и прямо встретившись с ним взглядом. – Падчерица… дочь второй жены мистера Нимрода Экстона. Это была моя мать, мистер Трант, которая была причиной развода миссис Анна Экстон и получившей полную опеку над своим сыном от мистера Экстон двадцать лет назад. Именно моя мать незадолго до смерти мистера Нимрода Экстона в прошлом году потребовала, чтобы из завещания сын, первая миссис Экстон была тогда мертва, был полностью и полностью исключен, без единого цента, и чтобы все имущество мистера Экстона было передано в доверительное управление ей – моей матери. Итак, поскольку вы, несомненно, помните, что все это снова открылось шесть месяцев назад, когда умерла и моя мать, мне сказали, что теперь я единственная наследница имущества Экстон на сумму свыше шестидесяти миллионов. Да, я та самая мисс Уолдрон, мистер Трант!
– Я помню отчеты, но очень смутно, о смерти мистера Экстона и, позже, второй миссис Экстон, вашей матери, мисс Уолдрон, – спокойно ответил Трант, – хотя я помню комментарий о распределении имущества в обоих случаях. Я узнал вас по вашим фотографиям и сопровождающим их комментариям в газетах всего неделю или две назад. Я имею в виду, конечно, недавние комментарии о сыне, мистере Говарде Экстоне, которого вы упомянули, который наконец вернулся домой, чтобы оспорить завещание.
– Вы несправедливы к мисс Уолдрон, все газеты были к ней очень несправедливы, мистер Трант, – быстро поправила Кэрил. – Мистер Экстон появился не для того, чтобы оспаривать завещание.
– Нет?
– Нет. Мисс Уолдрон заставила его вернуться домой по ее собственной несколько раз повторенной просьбе, чтобы она могла передать ему, насколько это возможно, полностью все имущество его отца! Если вы сможете вспомнить, в каких-либо деталях, положения завещания мистера Экстона, вы, я полагаю, поймете, почему мы предпочли оставить другое завещание неисправленным. Для второго миссис Экстон так тщательно и полностью исключила всякую возможность передачи любого имущества в любой форме сыну, что мисс Уолдрон, когда она пошла к адвокату, чтобы узнать, как она может передать его Говарду Экстону, как только она вступила в наследство, обнаружила, что адвокаты ее матери исключили любую возможность, кроме того, что наследница выйдет замуж за лишенного наследства сына. Поэтому она послала за ним, предлагая поселить его в ее поместье, даже такой ценой.
– Вы имеете в виду, что вы предложили выйти за него замуж? – Трант снова задал девушке прямой вопрос. – И он пришел, чтобы таким образом получить свое имущество?
– Да, мистер Трант, но вы также должны быть справедливы к мистеру Экстону, – ответила девушка. – Когда я впервые написала ему, почти год назад, он наотрез отказался рассматривать такое предложение. Несмотря на мои неоднократные письма, только шесть недель назад, после кораблекрушения, в котором он потерял своего друга, который путешествовал с ним несколько лет, он согласился даже вернуться домой. Даже сейчас я… я остаюсь той, кто настаивает на браке.
Психолог пристально и вопросительно посмотрел на девушку.
– Мне едва ли нужно говорить, как мало ему понадобилось бы уговоров, не считая собственности, – вспыхнула Кэрил, – если бы он не был достаточно
