Бурый увалень высоко поднял несчастного, сжал его покрепче, отправил в пасть и моментально проглотил, а затем снова двинулся, чтобы закусить еще одним гоблином.
— Монстр! — закричала Фиона, как будто на мгновение снова стала прежней.
Она занесла меч и что есть силы ударила по бугристой поверхности клешни, но не нанесла увальню даже царапины. Соламнийка, войдя в раж, наносила удары снова и снова. Рагх вступил в бой, напав на чудовище со спины. Одной когтистой лапой он пытался впиться в спину врага, а другой — отогнать обезумевших гоблинов.
Между тем в пасть бурого увальня отправился еще один горемыка.
— Он так за ночь нас всех пожрет! — прокричал Дамон, поняв, что ни Фионе, ни сиваку не удается ранить чудовище. — Его шкура крепче пластинчатых доспехов!
Он приблизился, отмахиваясь от клешней увальня алебардой. Из-за того, что Рагх и соламнийка находились слишком близко к монстру, Грозный Волк не мог как следует размахнуться. Тогда он поднял оружие над головой, резко опустил, словно дровосек — топор, и тотчас же почувствовал азарт настоящей борьбы.
Лезвие алебарды вошло в плечо бурого увальня, из раны хлынул фонтан зеленой крови, обдав всех дождем брызг.
— У него есть кровь! — воскликнула Фиона. — Значит, этот монстр смертен! — Девушка утроила напор, и ей удалось отколоть несколько кусков брони монстра выше клешни. Вязь на клинке ее меча сияла ярко-синим цветом, острое лезвие блистало в лунном свете. — Я убью его своим мечом!
Она отскочила, чтобы замахнуться, но в этот момент увалень повернулся с неожиданной для его размеров скоростью и выставил клешню, громко ею щелкнув. У Фионы была хорошая реакция, она в последний момент увернулась — чудовищу удалось лишь порвать на ней одежду. Фиона прыгнула ему за спину, оттолкнула Рагха и начала бешеную атаку.
— Мы его ранили! — прокричал сивак, которому тоже удалось нанести бурому увальню несколько ран, из которых теперь толчками выплескивалась кровь.
Дамон сделал резкий выпад, вонзив лезвие в плечо чудовища еще глубже, нанеся ему такую рану, что одна клешня его задергалась и бессильно повисла. Грозный Волк ударил еще раз, с еще большей силой. Увалень жутко взвыл, словно заскрежетали друг о друга катящиеся валуны. Земля пошла трещинами от топота когтистых лап — чудовище отступило и начало закапываться в им же созданную яму.
— Бежит! — триумфально прокричал Рагх, награждая ударами наполовину скрывшегося увальня. — Мы победили!
— Мы не можем дать ему уйти! — зло откликнулась Фиона. — Не можем дать ему уйти живым!
— Она права! — бросил Дамон, с размаху опуская лезвие алебарды на спину монстра, и тут же выдернул его, напрягая мускулы. — Если тварь уйдет, то потом снова сможет напасть на нас снизу.
Земля стонала от воя бурого увальня.
— Погоди, так не годится. — Мэлдред закончил плести заклинание, из его ладоней выплыл желтый, светящийся, словно маленькое солнце, шар, опустился на землю и покатился к чудовищу. — Всем в сторону! Отойди, Дамон!
Грозный Волк сгреб в охапку Фиону, которая все еще наносила удары сияющим клинком, в тот же момент отскочил и Рагх. Магический шар достиг назначенной цели, покружился вокруг увальня и провалился в яму.
— Ну и что теперь? — спросил драконид. — Что это за магия такая?…
Конец его фразы повис в воздухе и был поглощен ужасным ревом. Земля вспучилась, выбрасывая комья грязи, и все увидели обжигающее глаза сверкание. Почва начала каменеть, сковывая лапы и клешни чудовища.
Бурый увалень завыл в бессильном гневе. Мотая головой, он всеми четырьмя глазами воззрился на сивака, зачаровывая его. Рагх глупо раскрыл пасть и поплелся к рычащему чудовищу, которого продолжала обволакивать каменеющая земля.
— Дамон, пора! — прокричал Мэлдред. — Кончай его!
Грозный Волк среагировал мгновенно. Отпустив Фиону, он нанес увальню мощный удар.
Остро отточенное лезвие разрубило каменный панцирь. Бурый увалень взвыл так, что земля содрогнулась. Камень, в который он врос, пошел трещинами. Чудовище попыталось освободиться.
Дамон ударил снова.
— Кровь! — злорадно вскрикнула Фиона. — Мы можем его убить! Я могу его убить!
Девушка приблизилась и несколько раз вонзила клинок в трещины. Рев наконец прекратился, и бурый увалень перестал двигаться. Через мгновение затихла и земля. Бывший рыцарь отступил и глубоко вздохнул. Рагху и гоблинам потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. Через некоторое время из лесу стали выходить и остальные существа, которые до этого в страхе прятались за деревьями.
Дамон спустился к ручью, чтобы смыть кровь с тела и лезвия алебарды. Посмотрев наверх, он увидел, как драконид пытается забрать меч у Фионы.
— Он со мной разговаривает! — отчаянно кричала девушка.
— Оставь ей клинок, — приказал Дамон, поднимаясь к ним.
Драконид поднял бровь:
— Она едва не убила тебя, Дамон, Ты что, тоже обезумел? Оставлять ей оружие!..
«Может быть», — подумал Грозный Волк, а вслух произнес:
— Отдохнем час, не больше. Затем надо снова идти.
Они до рассвета шли на север вдоль ручья, который постепенно расширился до размеров небольшой реки.
— Ягмурт говорит, что деревня, которую ты ищешь, вон за тем холмом, — обратился Рагх к Дамону. — Они хотят знать, поведешь ли ты их в бой против их двоюродных братьев — хобгоблинов. Они думают, раз ты убил бурого увальня, то можешь творить чудеса.
Грозный Волк не ответил — он смотрел на свое отражение в воде. «Я монстр», — думал бывший рыцарь. Огонь, зарождавшийся в его животе, распространялся по всему телу. Последние несколько миль Дамон старался не замечать боли и упорно шел вперед.
— Ты стал выше ростом, — осторожно сказал Рагх, присматриваясь к нему. Затем он бросил настороженный взгляд на Фиону, однако та была полностью поглощена перешептыванием со своим мечом. — Ты не заметил? Я бы сказал, не меньше чем на несколько дюймов.
Швы и без того изорванной одежды Грозного Волка расползались под напором разрастающейся плоти.
— Да, Рагх, я знаю.
Дамон продолжал смотреть на свое отражение. Его лицо тоже изменилось, и бывшему рыцарю потребовалось несколько минут, чтобы понять, как именно. Его лоб стал немного выше, надбровные дуги обозначились резче и словно готовы были сойтись над переносицей, шея вроде бы стала толстой, как у драконида, хотя Грозный Волк не был в этом уверен, уши слегка уменьшились и как будто прилипли к голове.
— Мэлдред, спроси Сабар, достаточно ли еще времени в запасе.
— Выше, — т ихонько прокомментировал Рагх, — и забывчивей. Ты разрешил Фионе оставить меч, людоеда зовешь по имени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
