Она оглядела обеденный зал — строгое помещение с желтыми стенами, низкими потолками, уставленное маленькими квадратными столиками, которые при необходимости можно было расставить рядами. По одной стене тянулись окна, из которых открывался вид на сад, расположенный под прозрачной крышей. Карликовые абрикосовые деревья, увешанные зелеными плодами, лужайка. Скамьи, небольшие столики. Сестры ели во дворе, когда стояла солнечная погода и яркий свет заливал внутренний дворик. Сегодня солнца не было.
Она не обратила внимания на прилавок кафетерия, возле которого было зарезервировано место для нее. Позже, Сестры.
Подойдя к угловому столику, Одраде намеренно передвинула кресла. Кресло-собака, предназначенное для Беллонды, недовольно заворчало от такого неосторожного обращения. Одраде села спиной к залу, зная, что это будет вполне адекватно истолковано: Оставьте меня наедине с моими мыслями.
Она ждала, глядя в окно на двор. Живая изгородь состояла из экзотических кустов с пурпурными листьями и красными цветами — огромными лепестками, обрамлявшими нежные пестики интенсивно желтого цвета.
Первой пришла Беллонда, она уселась в свое кресло, не поинтересовавшись, почему оно оказалось на новом месте. Белл часто появлялась на людях в неопрятном виде: мятое платье, распущенный пояс, крошки еды на груди. Но сегодня она была одета подчеркнуто аккуратно.
Что бы это значило?
— Там и Шиана немного опоздают, — сказала Беллонда.
Одраде слушала старуху, не переставая дивиться происшедшей в Беллонде метаморфозе. Неужели она стала немного худее? Преподобная Мать не могла полностью изолировать себя от того, что происходило в ее поле зрения и что могло послужить предметом ее озабоченности, но иногда масса работы отвлекала от небольших внутренних изменений. Это было нормально для Преподобной Матери, и негативные изменения были видны так же хорошо, как и положительные. По зрелом размышлении Одраде пришла к выводу, что новая Беллонда появилась уже несколько недель назад.
Что-то случилось с прежней Беллондой. Любая Преподобная Мать может самопроизвольно менять свою биохимию — либо приглушать огонь обмена, либо заставить его гореть ярче. Однако в течение многих лет мятежная Беллонда гордо выставляла напоказ свое грузное тело.
— Ты похудела, — сказала Одраде.
— Жир стал слишком сильно стеснять мои движения.
Это никогда не было причиной, заставлявшей Беллонду изменить образ жизни. Она всегда компенсировала физическую неповоротливость быстротой мышления, остроумными проекциями и скоростным транспортом.
— Дункан действительно задел тебя за живое, не правда ли?
— Я не лицемерка и не преступница!
— Полагаю, что настало время послать тебя в места наказаний.
Эта довольно часто повторявшаяся шутка всегда раздражала Беллонду, но сегодня она не отреагировала на нее. Старуха решила промолчать, но пристальный взгляд Одраде заставил ее говорить.
— Если уж ты должна все знать, то я скажу, что все это из-за Шианы. Она постоянно таскалась за мной и говорила, что мне надо улучшить свою внешность и больше общаться с людьми. Как это меня раздражает! Я делаю это, чтобы заткнуть ей рот.
— Почему опаздывают Там и Шиана?
— Они просматривают запись твоей последней встречи с Дунканом. Я сильно ограничила доступ к этой записи. Не стоит говорить, что начнется, когда эта пленка станет всеобщим достоянием.
— А она станет.
— Несомненно, но я просто решила выиграть время, чтобы мы успели приготовиться.
— Я не хочу никого подавлять, Белл.
— Дар, что ты хочешь сделать?
— Я объявлю об этом на собрании.
Беллонда не сказала в ответ ни слова, но взгляд выдал ее изумление.
— Созыв Собрания — это мое право, — сказала Одраде.
Беллонда откинулась назад, рассматривая Одраде, оценивая и задавая вопросы… не произнося ни единого слова. Последнее Собрание Бене Гессерит состоялось сразу по смерти Тирана, а до этого при захвате им власти. Собрание казалось немыслимым ввиду угрозы нападения Досточтимых Матрон. Слишком много времени уходило на неустанные заботы и труды.
Наконец Беллонда обрела дар речи.
— Ты рискнешь вызвать Сестер из Убежищ, где они смогли уцелеть?
— Нет, их будет представлять Дортуйла. Это прецедент, как ты понимаешь.
— Во-первых, освободи Мурбеллу: это Собрание.
— Освободить? Мурбелла скована золотой цепью. Куда она пойдет без своего Дункана?
— Но ты же предоставила Дункану свободу покинуть корабль!
— Но предоставил ли он сам себе эту свободу?
— Ты думаешь, что информация, которую он черпает с помощью средств корабля, — это все, что он имеет?
— Я убеждена в этом.
— Я вспоминаю о Джессике, которая повернулась спиной к ментату, который должен был убить ее.
— Того ментата остановили его собственные убеждения.
— Иногда случается, что бык убивает матадора, Дар.
— Но чаще он не может этого сделать.
— Наше выживание не должно зависеть от статистики.
— Согласна. И именно поэтому я хочу созвать Собрание.
— Включая послушниц?
— Всех.
— Даже Мурбеллу? Она получит право голоса послушницы?
— Мне кажется, что к тому времени она успеет стать Преподобной Матерью.
Беллонда остолбенела, но быстро взяла себя в руки.
— Ты слишком широко шагаешь, Дар.
— Время требует быстрых действий.
Беллонда посмотрела на входную дверь обеденного зала.
— Вот и Там. Она пришла позже, чем я ожидала. Интересно, они что, консультировались с Мурбеллой?
Пришла Тамалейн, запыхавшаяся от спешки. Она буквально рухнула в свое синее кресло-собаку, но заметила, что оно стоит на новом месте.
— Шиана сейчас придет. Она показывает запись Мурбелле.
Беллонда обратилась к Тамалейн:
— Она собирается подвергнуть Мурбеллу испытанию Пряностью и созвать Собрание.
— Я не удивлена. — Тамалейн говорила с издавна присущей ей ясностью. — Положение с Досточтимыми Матронами надо разрешить как можно скорее.
Пришла Шиана и заняла висячий стул по левую руку от Одраде. Усевшись, она заговорила:
— Вы видели, как ходит Мурбелла?
Одраде поразилась отрывистости тона, которым был задан это неожиданный вопрос, и сфокусировала свое внимание. Мурбелла идет по кораблю. Она видела ее только сегодня утром. Она красива, и это нельзя отрицать. Для других членов Бене Гессерит, равно Преподобных Матерей и послушниц, она была чем-то экзотическим. Она прибыла в Орден взрослой, прибыла из опасного далека. Она была одной из них. Но привлекали внимание именно ее движения. Ее гомеостаз был более чем нормален.
Мурбелла всегда тщательно выбирала движения. Она исключала всякое лишнее усилие при перемещении от одной точки к другой. Путь наименьшего сопротивления? Именно вид Мурбеллы заставил сейчас вздрогнуть Одраде, и это не укрылось от внимания Шианы. Была ли Мурбелла человеком, который и в жизни всегда выбирает самые легкие пути? Одраде могла прочитать этот вопрос на лицах своих собеседниц.
— Муки Пряности выявят и это, — сказала Тамалейн.
Одраде в упор взглянула на Шиану.
— Ну? — В конце концов это именно она задала вопрос.
— Возможно, это говорит лишь о том, что она никогда не тратит энергию попусту. Но я согласна с Там. Испытание поможет расставить все точки над «i».
— Не совершаем ли мы ужасную ошибку? — усомнилась Беллонда.
Что-то в тоне Беллонды подсказало Одраде, что та произвела суммацию ментата. Она увидела, что я намерена сделать.
— Если ты знаешь лучшие способы, то открой их нам, — сказала Одраде. Или успокойся.
Наступило тяжелое молчание. Одраде одну за другой оглядела своих соратниц, задержав взгляд на Белл.
Любые боги, помогите нам! И я, будучи членом Бене Гессерит, слишком агностик, чтобы творить эту молитву для чего-то большего, чем осуществление всех мыслимых возможностей. Не открывай мои намерения, Белл. Если ты знаешь, чего я хочу и что я сделаю, то ты понимаешь, что все должны увидеть это в свое положенное время.
