– Да, я что-то слышал об этом. Это потому, что местные люди используют диалект «ок», вместо нашего северного «ойль».
– И да, и нет, сеньор кабальеро. Просто здесь, во времена Рима, стояли части и жили ветераны Седьмого молниеносного легиона.
– Крайне занятные сведения.
Купец, обрадовался вниманию со стороны знатного, как ему казалось, рыцаря:
– Вот Вы, к примеру, едете в Арагон…
– Да, мы направляемся в Арагон к королю Педро.
– Хорошо. А, если из Тулузы повернуть на запад, то можно попасть в земли графства Арманьяк.
– Знаю. И что?
– Вы окажетесь в удивительно живописной местности, пересеченной ложбинами и холмами.
– Мне говорили, что графство Арманьяк примыкает к горам.
– Так вот. Там есть старинный городок Ош, который в древние времена Великого переселения был столицей Новемпопулании.
– Послушай меня, купец. – Ги немного рассердился. – Слушаю я вас, «соловьев южных», и диву даюсь – до чего же вы любите бахвальство!
– Нет, благородный дон! «Новемпопулания» означает «Край девяти народов», только и всего.
Так, за познавательными беседами, из которых Ги почерпнул много крайне важных военных сведений, кавалькада и купцы добрались до городка Менд – началу владений графа де Сен-Жиля.
ГЛАВА V Его светлость Раймон де Сен-Жиль граф Тулузы и маркиз Готии
Пройдя Менд, эскорт повернул на запад, по направлению к Тулузе, владетель которой, граф Раймон VI де Сен-Жиль лично встретил кавалькаду между городами Родез и Альби.
Граф Раймон VI де Сен-Жиль, граф Тулузы и маркиз Готии, встретил посольство короля Франции, как и подобает радушному хозяину, с большой кавалькадой, трубачами, приветствиями и поздравлениями прибывшим сеньорам.
О, это весьма интересный персонаж, и мы немного расскажем о нем.
Графу шел сорок пятый год, он был высокого роста и красив внешне, а его черные, как смоль, волосы контрастировали с пронзительным взглядом серо-стальных глаз.
Раймон VI был старшим сыном покойного ныне Раймона V и Констанс де Франс, дочери короля Франции Луи Воителя.
Да, да, той самой юной принцессы Констанс, любовь к которой погубила и, одновременно, раскрасила яркими и невероятными по красоте красками чувств мир Филиппа де Леви, невезучего, но от этого не переставшего быть благородным, предка нашего главного героя.
Ну и в дополнение к этому историческому отступлению, граф приходился правнуком легендарному герою-крестоносцу и соратнику отважного Годфруа де Бульон.
Граф был женат вторым браком, потому что после смерти своей первой супруги Раймон VI в 1180 году женился на Беатрис де Безье, дочери Раймона де Тренкавель, носившего титулы виконта Безье и Каркассона.
Кортеж франкских рыцарей был встречен со всей торжественностью и важностью, даже чрезмерно какой-то торжественной, что сначала вроде бы и обрадовалось Ги с его спутниками, но затем именно эта назойливая внимательность и запредельная учтивость стала их настораживать.
Ги де Леви был приятно удивлен, узнав, что рассказы о его военных похождениях докатились и до этих отдаленных мест.
Другое же, увиденное по дорогам графства, обрадовало куда меньше.
Множество церквей и монастырей было покинуто, некоторые носили следы пожаров и грабежей, службы во многих местах давно не справлялись. Катарская ересь расправила свои поганые крылья над Югом Франции, погрузив ее в хаос безбожия.
Всю дорогу Ги де Леви незаметно для остальных членов эскорта делал пометки, указывая расстояния между замками, городками, места бродов, мосты и прочие важные с военной точки объекты.
Граф Раймон был расстроен, вернее сказать, сделал вид, что расстроен скорым убытием королевского посольства. Ему хотелось, на самом же деде, как можно быстрее выпроводить посторонних и нежданных гостей из своих земель.
ГЛАВА VI Графство Фуа
Тулузские сеньоры, выделенные для сопровождения графом Раймоном, проводили эскорт до городка Памье, где начинались владения графа Раймона-Роже де Фуа, имевшего путанные вассальные отношения к королям Франции, Арагона и графу Тулузы за часть своих владений.
Брат Рауль, глава секретной службы короля, перед самым отъездом предупредил Ги де Леви об опасности этого семейства. Сестра графа де Фуа, Эсклармонда де Фуа, являлась одной из руководителей катаров на Юге Франции, одной из высших «Просветленных».
Ги де Леви сделал следующие записи, вот часть из них:.
«От Мезьера до городка Памье, что во владениях графа де Фуа, расстояние около двух лье. Городок красивый, небольшой, богатый торговцами, ремесленниками и евреями-менялами.
В городе сильно укрепленный замок: донжон в три этажа, куртины высотой до двадцати метров, четыре башни.
Из Памье до Фуа, столицы графства – около двух лье. Превосходное место для крепости, которая стоит на высоком утесе и практически неприступна. Стены крепкие и высокие, башни старые, но добротно сложены.
Город на тысячу очагов, обнесен стеной и башнями, пол ними течет река, делая затруднительным штурм.
Слабое место – подножие скалы, на которой стоит город. Достаточно построить небольшую крепость, чтобы блокировать город, лишив его припасов и прочего добра, доставляемого из долины…».
Позднее, уже в Париже, король Филипп похвалит де Леви за столь подробное описание всего маршрута следования…
Раймон-Роже де Фуа встретил кавалькаду сразу же за городом Памье.
Граф был высоким крепким рыцарем лет двадцати пяти от роду и сверстником Ги де Леви.
Классический смуглый южанин, только высокий и крепкий в кости, с черными завитками густых и непослушных волос, ниспадающих волнами на его широкие плечи, мясистыми губами и крупным волевым подбородком.
Его черные глаза, казалось, сверлили людей насквозь. Граф казался абсолютно равнодушным к политике и религиозным столкновениям между католиками и катарами, что не скрывал так, как это делал граф де Сен-Жиль.
Он почему-то был уверен, что король Арагона, чьим вассалом он был за часть владений, является грозным щитом и убережет его от иных посягательств.
Этому были полные основания. Агрессивная политика Арагонского королевства, которое при короле Педро Защитнике встало на путь наращивания военной мощи и расширения границ, правда на юге, в Испании, вынуждало многих, в том числе и покойных королей Англии, считаться с его интересами.
Графы Фуа, Комминжа и Беарна уже перенесли свои оммажи за спорные владения к королю Арагона.
Сам король Педро был владельцем богатой сеньории Монпелье, расположенной в самом сердце франкской Окситании.
Виконт Безье и Каркассона, Раймон-Роже Тренкавель, также был его подданным и, как вассал Арагона, находился под его королевской защитой.
Ги де Леви быстро преодолел земли де Фуа, оставив замок Монсегюр, где-то немного восточнее, проследовал вверх по течению реки Арьеж, досконально осмотрел и описал неприступный замок Акс-ле-Терм, и через перевал Коль-де-ла-Перш вступил в королевство Арагон.
ГЛАВА VII А вот и Арагон, будь он неладен
Самое удивительное, что его уже ждали…
Сразу же по выходу из перевала Коль-де-ла-Перш, кавалькаду посольства встретили блестящие арагонские рыцари, персонально посланные королем Педро Защитником для встречи знатных гостей из Франции.
Встречали гостей сто рыцарей, все при полном вооружении, на копьях колыхались пестрые южные родовые стяги, среди которых выделялось знамя короля Педро: по золотому полу пять червленых вертикальных полос – память о знаменитом моменте истории, когда король Франции, пораженный храбростью арагонского предка Педро Защитника, провел пятерней, смоченной в крови героя, по его золотому щиту…
Грянули трубы, которым ответили звонкие французские рога, рыцари обменялись приветствиями и, познакомившись между собой, поехали на равнину в сторону Барселоны, столицы графства, титулярно подвассального Французской короне.
