«Подарки», сделанные королем Ришаром Кёрдельон своему младшему брату Жану, ставшему теперь королем Англии, герцогом Нормандии, графом Анжу и прочая, прочая… не принесли счастья и радости.
Брак с наследницей Глостера оказался пустышкой – жена была бесплодной. Богомолья, ночные церковные бдения, путешествия в Шотландию для лечения какими-то целебными грязями, удивительные качества которых способствовали здоровому зачатию наследника престола, ни к чему не привели…
Жан Сантерр плюнул, в конце концов, на все эти бредовые занятия – король он, или не король!
Развод занял не очень много времени и к началу лета 1200 года король стал присматривать себе новую жену…
Филипп Французский проводил весенний смотр отрядов своих вассалов от графств Вермандуа и Артуа.
Пользуясь случаем, он представил сеньорам молодого наследника – принца Людовика. Его мать, Изабелла де Эно, принесла в качестве приданого эти богатые своими ярмарками, ремесленниками и городами земли.
Северные графства служили надежным буфером, отделяя домен короля от владений неспокойного и изменчивого Бодуэна IX графа Фландрии и Эно. Граф уже открыто переметнулся на сторону англичан, что не скрывал, демонстрируя непокорность королю Франции.
Людовик Французский был возведен в рыцари и объявлен графом Артуа и Вермандуа с неограниченными правами. Рыцарство с воодушевлением приняло молодого принца, чему немало порадовался мудрый Филипп…
Вечером, сидя в своем, богато украшенном, королевском шатре, Филипп разговаривал с братом Раулем о текущем положении дел в королевстве:
– Рауль, как там наш «заморский» сосед? Спокоен, или опять пытается мутить воду? – поинтересовался король у Рауля, имея в виду Жана Сантерра.
– Сир. Король и герцог Нормандский Жан сейчас занят тем, что ищет себе невесту. Авуаза бездетна. Покойный Ришар был не дурак, женив своего брата на бесплодной.
Филипп задумался. А неплохо было бы придумать что-нибудь, какую-нибудь зацепку, только очень хорошую, чтобы объявить Жана вероломным вассалом и попробовать на суде пэров королевства лишить его земель во Франции…
– Рауль… кто у нас сейчас на выданье? – невольно вырвалось у Филиппа.
– Сир. Да, много кто. У графа де Сен-Жиль…
– Забудь об этом еретике…
– У графа Бодуэна Фландрского…
– Вот спасибо! Не хватало, чтобы этому «полудурку» Жану досталась Фландрия! Нужна такая, чтобы её земли были, скажем, в спорной вассальной зависимости…
– Интересно… – почесал подбородок Рауль.
– А, совсем отлично, если бы она была чья-нибудь невеста! Чтобы её «подлый сюзерен» увел из-под венца у нареченного жениха! – Подвел итог своих мыслей король Филипп.
– Эх, как Вы завернули, сир! Этот вариант, бесспорно, самый лучший! Наплевать на уважение к своему вассалу, украв у того невесту! Сильно! Суд пэров, да и все французское дворянство встанет на дыбы!
– Ладно! Помечтали, и хватит! Займемся делами. Какие срочные документы прибыли из королевской курии? – Спросил король, откусив кусок хорошо прожаренного мяса.
– Так… «Список сержантов, поставляемых для нужд Его королевского…», – начал было читать пергаменты Рауль.
– Дальше… – прервал его король, запивая мясо вином.
– «Список налогов, поступивших в казну за…» – развернул другой свиток Рауль.
– Нет. Это и так понятно. Мои бальи и Прево нормально и исправно собирают налоги и перевозят их в Париж. Есть ли какие известия из центральной части королевства? Что сообщают агенты о войне Лузиньяна и графа Адемара Ангулемского из-за спорной части земель графства Марш?
– Сейчас, сир… только разберу донесения. Ага! Вот. Пишут, что… – начал было читать Рауль, но прервался.
– Что такое? Дай, я сам прочту! – Король нетерпеливо забрал донесение и начал читать.
По мере, как глаза его опускались к концу донесения, эмоции на его лице изменились. Он вскочил и, еще раз бегло пробежав доклад, вскрикнул:
– Вот оно! Слава тебе, Господи! Такой случай, просто не верится! Такая удача!..
Рауль удивленно посмотрел на короля. Давненько он не видел своего господина таким оживленным и радостным. Король сел в кресло и сказал:
– Ты, Рауль, становишься уже старым! Не видишь, что у тебя под носом творится. Лузиньян и граф де Ангулем помирились! Мало того! Гуго женится на его дочери Изабелле де Тайлефер! Знаешь, что это?
– У Гуго будет обширное владение. Он сведет графства под свою корону… – пожал плечами Рауль, отрезая себе кусок мяса и кладя его в рот.
– Это верно! Но, есть и другое. Изабелла, судя по описанию наших агентов, молодая и красивая девушка! К тому же, не она лишена тщеславия, как и её папаша! Как ты думаешь, Рауль: кем она выберет стать – графиней и женой этого смутьяна Гуго де Лузиньяна, или, к примеру, королевой Англии?!
– Что? – Рауль чуть было не поперхнулся куском, застрявшим у него в горле.
– Так! Хватит есть! За работу! Делай все, что хочешь, но, чтобы к концу лета король Жан Сантерр был женат на Изабелле де Тайлефер, наследнице графства Ангулем… – стукнул кулаком по столу король Филипп…
Рауль быстро покинул палатку и удалился к себе. Приказы короля, особенно отданные в такой резкой, не терпящей никаких возражений, форме надо исполнять немедленно. Он приказал собрать своих помощников. К полуночи в палатке у Рауля яблоку было негде упасть…
Тем временем в Англии:
– Матушка! Матушка! – Король Жан, несмотря на свой возраст, капризным и требовательным голосом подозвал свою мать, герцогиню Элеонору Аквитанскую.
Герцогиня Элеонора, которой в этом году исполнилось семьдесят семь лет, была еще достаточна бодрая и живая старушка. Её живой и сметливый ум не ослаб с годами, только приобрел возрастную мудрость.
– Матушка! Я решил жениться. – Крикнул ей на ухо король Жан. Она не была глухая, просто сын, таким образом, любил поиздеваться над своей матерью, которая относилась к нему в детстве с прохладцей, отдавая предпочтение Ришару.
– Я не глухая, сир. – Ответила мать. – Ну, и кого ты решил «осчастливить» на это раз? – с иронией в голосе добавила она.
– В прошлый раз не я выбирал! Это ты, мамуля, со своим любимчиком Ришаром, всучила мне бесплодную девку! – Посинел от злости Жан.
– Простите за резкость, сир! – поклонилась старушка. – Мы готовы выслушать вашу монаршую волю.
– Совсем другое дело! Раньше бы так! – Засмеялся король, радуясь унижению матери. – Мои советники, а они у меня, не в пример твоим бездарям, рекомендовали мне обратить свой взор на наследнице графства Ангулемского. Мадемуазель Изабелла де Тайлефер, как тебе выбор? А?
– Сир, сын мой! Мое мнение частенько шло наперекор вашему мнению. И, на этот раз, оно будет отличным от вашего мнения! Изабелла – девушка хорошая, но, к лицу ли королю Англии и герцогу Нормандии, одному из могущественнейших людей Европы, жениться на дочери простого и захудалого графского рода? Нет! Мое предложение таково – свой выбор надо искать среди принцесс Прованса или Германских княжеств. Король Филипп должен быть постоянно окружен кольцом ваших союзников и его врагов!
– Так! Опять вы за старое! Только и слышу все время – Филипп, Филипп, Филипп! – Вскипал ее сын. – Я решаю жениться на Изабелле!
– Тогда, сир, поясните мне свой монарший замысел. – Решила не спорить дальше королева-мать.
– Так! По договору, подписанному в Гулэ с королем Франции, среди прочих земель, уступленных французам, были права сюзерена на графство Ангулем! Ангулем претендует на графство Марш, которое, между прочим, вы передали этому Гуго «Черному». – Король нервно прохаживался по большой комнате дворца в Руане, построенном еще Роллоном, первым герцогом Нормандии. – Таким образом, женившись на Изабелле де Тайлефер, я снова получу назад графство Ангулем и верну Марш короне Англии. Я пообещаю графство Марш и половину земель Лузиньяна графу Адемару! Пусть попользуется ими, пока…
Элеонора испугалась, и удивилась, одновременно. Неужели, ее неразумный сын, наконец-то, поумнел! Хотя, вся эта история не очень нравилась ей.
