Теперь, оставалось выждать один года и один день, чтобы по феодальным законам отнять все владения у вероломного вассала.
Ловушка, ловко подстроенная секретной службой Филиппа, захлопнулась…
ГЛАВА XV Суд пэров Франции
Наступил 1202 год. В прошлом году с короля Филиппа было снято отлучение от церкви, наложенное из-за «двоеженства».
Его третья, единственно любимая им женщина, Агнесс де Меран умерла в прошлом году.
Папе Римскому был нужен союзник, надежный и крепкий, для борьбы с германским императором. Иннокентий III узаконил права детей, рожденных Филиппом в браке с покойной Агнесс де Меран.
Руки короля Франции, таким образом, были развязаны для более активных действий.
25 марта 1202 года, в приграничье Нормандии, состоялась «примирительная конференция» между посредниками обоих монархов.
Это походило на пустую формальность, которая устраивалась секундантами перед началом дуэли.
Смысл её был прост, но важен – «поскольку примирение между сторонами невозможно, в виду того, что граф Пуату…» – Филипп официально назначил дату заседания своего Большого королевского суда пэров Франции.
Суд пэров должен был состояться 28 апреля 1202 года…
У Жана Сантерра был еще месяц и три дня, чтобы успеть прибыть на суд своего сюзерена «за невыполнение своих вассальных обязательств и вероломству, чинимому своим верным подданным в землях, расположенные в королевстве франков, и подчиненных праву королевского правосудия…»
Филипп подготовился к суду пэров заранее. Его юристы уже подготовили «жалобы сеньора Гуго де Лузиньян, баронов и рыцарей графства Пуату, равно как и других знатных людей земель королевства, чьи законные права были попраны вероломным Жаном Плантажене…»
В большой палате королевского дворца заседал суд пэров королевства. Прибыли все одиннадцать пэров, отсутствовал только двенадцатый пэр королевства – герцог Нормандии Жан Плантажене, граф Анжу, Мэн, Турень, Бретань…
Перечислим пэров Франции, бывших на том памятном и историческом заседании королевском суда…
Монсеньор Гильом Белорукий, Архиепископ-герцог Реймса; архиепископы-герцоги Санса и Буржа; епископы-графы Лангра, Шалона-на-Марне, Бовэ, Нуайона являлись духовными пэрами королевства.
Со стороны светских пэров присутствовали Эд III герцог Бургундии; Эрвэ де Донзи, ставший недавно графом Невера и Осерра; Людовик I граф де Блуа и Шартр; Робер II граф де Дрё; пятым пэром королевства был Тибо граф Шампани.
Отсутствовал герцог Нормандии, граф Анжу, Мэн, Турень и Пуату, герцог Аквитании Жан I Плантажене, против которого и был назначен этот суд.
На суде присутствовали юристы и писцы короля, его шамбелланы, коннетабль, бутелье и прочие рыцари, составлявшие «дом» короля Филиппа.
Итак, прекрасным, теплым и солнечным весенним днем 28 апреля 1202 года, королевским судом пэров Франции, впервые в мировой истории, рассматривалось «дело о лишении земель и прочих прав наследования мессира Жана I Плантажене, герцога Нормандии, Герцога Аквитании, графа Анжу, Мэн, Турень, Бретань, Пуату, рыцаря.
Дело, рассматриваемое судом, было уникальным. Суду подвергался один из самых могущественнейших людей Европы, сын короля и, в настоящее время, король Англии. Единогласного решения пэры долго не могли принять:
– Уважаемы сеньоры и пэры королевства! – После нескольких часов обсуждений, зашедших в тупик, решил высказать свое мнение граф Тибо де Шампань, старинный и наследственный враг Англии. – Уже несколько поколений графы Анжу и их потомки пренебрегали исполнением своей вассальной клятвы и ненадлежащим образом вели себя по отношению к своему высшему сюзерену, нашему благословенному королю Франции Филиппу, равно, как и к его предкам!
Граф Тибо выждал паузу, чтобы оценить реакцию пэров и сеньоров, присутствующих на суде в качестве свидетелей и приглашенных лиц. Большинство было согласно со словами графа Тибо. Он поклонился королю и продолжил:
– Вызывающее поведение вышеназванного рыцаря Жана Плантажене, – граф Тибо решил опустить перечисление всех титулов, – который занимался притеснениями и вероломством по отношению к своим подданным и честному люду земель, подвассальных короне и суду пэров, не может больше оставаться безнаказанным!
Зал одобрительно загудел. Филипп посмотрел на пэров, незаметно подмигнул своему сыну, молодому Людовику, графу Артуа и наследнику престола. Король поднял руку – все затихли:
– Продолжайте, достопочтимый пэр. – Спокойным голосом сказал Филипп.
Тибо подошел к скамье, охраняемой королевскими рыцарями. На ней стояли шелковые щиты с гербами земель, которыми владел во Франции король Жан Плантажене. Он обратился к щитам, словно пред ним был сам Жан:
– Почему ты, рыцарь Жан Плантажене, ведешь себя таким неподобающим образом? Почему и для чего, ты обижаешь, притесняешь, вероломствуешь и тиранишь своих честных и верных вассалов?
Граф Тибо поклонился Гуго де Лузиньяну и мессиру Гильому де Рош, которого Жан лишил многих земель и доходов в землях Анжу, Мэна и Турени, просто подарив их своим любимчикам, среди которых особенно выделялся своей подлостью Гильом де Бриуз. После паузы, граф продолжил:
– Вероломство твое, Жан Плантажене, равно как и твоих предков, неоднократно воевавших со своими верховными сюзеренами – королями Франции, – граф снова поклонился королю Филиппу, – создает опасный прецедент неповиновения, который может потрясти все устои рыцарства в нашей, Богом благословенной Франции и остальных землях Европы! Разве, можно терпеть и допускать то, что вассал игнорирует вызов своего сюзерена для объяснений, вероломствует и тиранит своих подданных! Факт неявки на суд короля – недопустимый и циничный плевок! Поступок, который нерадивый тиран, рыцарь Жан Плантажене, позволил себе в наш адрес, как равных ему, и в адрес персоны короля, своего сюзерена и помазанника Божия не должен остаться безнаказанным!
В своей обвинительной речи граф Тибо использовал фразы «вероломство» и «тиран», которые были страшными обвинениями, уже, к несчастью Жана, доказанными и подтвержденными пэрами на основании предоставленных фактов и бумаг.
Подтверждения в «тирании», вероломстве и неисполнении своих прямых, как вассала, обязательств перед сюзереном-королем Франции вели только к одному – лишению прав наследования всех земель во Франции.
Архиепископ-герцог Реймса уточнил у графа Тибо:
– Каковым будет ваше предложение, Ваша светлость Тибо де Шампань?
Тибо встал на середину зала и громко произнес:
– Мы, Тибо, божьей и королевской милостью, граф де Шампань, пэр короны, предлагаем лишить всех прав наследования земель, титулов и прочих феодов, цензив и регалий, которые рыцарь Жан I Плантажене и его предки, держали от королей Франции! Непокорность, вероломство и тирания не должны оставаться безнаказанными в наших землях!
Зал загудел. Филипп незаметно улыбнулся. Все шло по плану. Он взял в руки скипетр и державу. Это был условный сигнал его сторонникам, которые вдруг резко поднялись со своих мест и закричали:
– Правосудия! Лишить всех титулов безбожного тирана Жана Плантажене! Судить! Тиран! Лишить титулов и земель! Всех рыцарей его земель освободить от оммажа, принесенного Жану Плантажене!
Граф Тибо повернулся к королю и, встав на одно колено, произнес:
– Ваше величество! Сир и сюзерен наш! Примите решение!
Филипп встал и молча обвел глазами весь зал суда. Он, в душе наслаждаясь этими минутами триумфа, подождал, пока зал выплеснет все свои эмоции. Когда шум почти стих, король произнес:
–Мы, Филипп Второй Капет, божьей милостью король Франции, «старший сын» нашей католической церкви, верный слуга Папы Римского и церкви Святого Петра на земле… – он выждал небольшую паузу, наблюдая за писцами, четко фиксировавшими все его слова. – Постановляем! Лишить рыцаря Жана Первого Плантажене всех титулов и земель, которые он до сих пор и его предки держали от королей Франции! Жан Плантажене лишается титулов и земель на основании того, что он и его предки уже давно пренебрегали исполнением всех вассальных повинностей, которыми они были обязаны за эти земли, долгое время, не желая почти ни в чем повиноваться своим верховным сеньорам – королям Франции!
