— Скажите,— обратился Павел к специалисту,— в одной упаковке только один имплантат?
— Да. Продажа идёт поштучно. К тому же, там поддерживаются особые условия хранения. Всё-таки это довольно хрупкое изделие.
— А применяются имплантаты такого типа только в военных целях?
— Да, и только в этой сфере,— ответил Чиникин.— Они имеют свои особенности. К сожалению, я не могу раскрывать какие. А вообще такие имплантаты считаются одними из лучших.
Корышев кивнул. Очевидно, что кто-то из окружения Макса хорошо разбирается в таких вопросах, раз решили выкрасть именно этот.
— Спасибо. Здесь у меня больше нет вопросов. Где я могу просмотреть записи?
— В левом крыле находится Серверная. Там имеется полный доступ к записям. Могу выделить вам отдельный кабинет. Компьютер будет в полном вашем распоряжении. К тому же, оттуда можно связаться с любым человеком, работающим на предприятии, не выходя из кабинета.
— Спасибо. Было бы замечательно,— улыбнулся Павел и спросил.— А кофе будет? А то я там надолго.
— Вы не возьмёте записи?— удивился директор.
— Нет, хочу разобраться здесь.
— Конечно, мы всё организуем.
Полномочия агента ОМБ вполне позволяли Корышеву вывезти ценные данные, но он не собирался этого делать по нескольким причинам. Во-первых, ему не хотелось в случае возникновения вопросов ехать обратно или делать дополнительные запросы, а во-вторых, время поджимало, а переезд отнял бы его достаточно много.
Они покинули Хранилище. Корышев поблагодарил Чиникина за представленную информацию, и тот отправился заниматься привычной работой. Полынин не подвёл и на этот раз, организовал рабочее место в кратчайшие сроки.
Павел смотрел на список файлов записи: гигабайты информации. «Да, много»,— с такими мыслями он и приступил к работе. Первым делом он решил обработать предположение о причастности одного их рабочих. Сейчас оно казалось наиболее правдоподобным. Перед глазами появился список, состоящий из двадцати фамилий. Совсем немного. Корышев запросил информацию о каждом из них. В частности, его интересовало предыдущее место работы. Каково же было удивление Павла, когда один из них действительно оказался бывшим сотрудником, и более того: кладовщиком! Звали этого человека Иван Черёнов. На такую удачу Корышев даже и не рассчитывал. Неужели этот человек и есть та ниточка к Максу?! Следовало бы проверить. Адрес уже известен, остаётся разобраться на месте.
Подталкиваемый азартом, он пулей вылетел из кабинета.
* * *
Павел остановил машину. Дом, в котором жил Иван Черёнов, находился на окраине города — обычная жилая многоэтажка. Квартира располагалась на шестом этаже. Корышев не стал ждать лифта и поднялся пешком.
На площадку выходили четыре двери. Его интересовала двадцать пятая квартира, вторая слева. Исшарканная обивка говорила о том тяжёлом материальном положении, которое имел рабочий.
Паша нажал на звонок. Никто не подходил. Он немного подождал, надеясь, что хозяин просто чём-то занят, но, не дождавшись, снова позвонил, теперь уже несколько раз. Тишина.
«Надеюсь, он с соседями общается».
Корышев подошёл к смежной двери. Не найдя кнопки, он постучал. Дверь открылась. На него смотрела женщина лет пятидесяти. С первого же взгляда Павел понял, что любительница сплетен. Возможно, глаза были слишком любопытные.
Из разговора выяснилось, что Черёнов попал под машину вчера вечером. Корышев не стал прашивать обстоятельства гибели: всё это он мог узнать и в местном отделении милиции. Рабочий был человеком малообщительным: гости к нему не приходили. С некоторого момента Павел носил с собой фотографию Макса, но соседка не видела такого человека. Запаха озона тоже не было.
«Словно бы и никакой связи»,— оценил он.
Корышев не стал больше задавать вопросов. Он поблагодарил и направился вниз по лестнице, обдумывая дальнейшие шаги. Если смерть рабочего не была просто случайностью, то противник снова оказался впереди. Остаётся только гадать, как ему это удаётся. Ещё немного и Павел готов поверить, что Саша прав: Макс и его приспешники действительно могут просчитывать будущее.
Теперь путь Корышева лежал в местное отделение милиции, где бы смог узнать подробности. Он сел в машину и запросил у компьютера маршрут. Тот высветил на мониторе зигзаг пути. Отделение находилось всего лишь в четырёх кварталах, и на дорогу Павел затратил не более пяти минут.
Документы нашлись тоже достаточно быстро. Корышев отметил, что если исключить смерть Черёнова, то день можно было бы назвать удачным. Из заведённого дела он прочитал, что случай произошёл вчера около десяти часов утра. Несколько человек смогли запомнить машину, которая скрылась с места происшествия. Даже прилагались снимки, сделанные камерой наружного наблюдения одного из магазинов. По полученным номерам машину пробить не удалось. Очевидно, они оказались фальшивыми. Машина такой марки и цвета в угоне не числилась. Снова тупик. Павел чуть не застонал от досады. Остаётся лишь объявить поиски, но он не верил в успех.
Вообще странно, что Макс (если здесь действительно замешан он), действовал такими грубыми методами. Корышев не мог не признать, что противник работал всегда в каком-то смысле элегантно. Во всех поступках не прослеживалось излишество: всё было строго выверено. Можно сказать, ювелирно точно. А здесь… Грубоватый метод, хотя и действенный… Макс смог обрубить и эту ниточку, но даже здесь удавалось выудить кроху информации. Например, почему противник поступил именно так? Он ведь мог просто телепортировать рабочего в безвоздушное пространство и всё: никто даже не заметил бы. Очевидно, у Макса какие-то проблемы с телепортацией. Или здесь кроется куда более глубокие мотивы?.. А может, действительно, просто случайность?..
«Может быть, я что-то упустил»,— подумал Павел. Откуда-то возникло чувство близости разгадки. Подсознание что-то пыталось сказать, но Корышев не понимал.
В любом случае следовало попасть в квартиру. Она не находилась в собственности Черёнова. Все государственные оборудовались электронными замками, поэтому Корышев без труда получил карточку.
Павел снова поднялся на шестой этаж. Замок щёлкнул, и Корышев вошёл в квартиру. Черёнов действительно жил небогато. Дешёвые обои покрывали стены прихожей и единственной комнаты. Взгляд скользил по мебели, предметам быта и не замечал ничего необычного. Телефон оказался с автоответчиком. Павел нажал на кнопку, но записей не было: после последнего выхода Черёнова никто не звонил. Корышев подумал, что следовало бы попросить распечатку звонков. Но это после.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
