class="p">— Есть интересные? — улыбнулась я. — Много. Один замышлял свергнуть правителя королевства. У другой был роман с самым доверенным охранником ее ужасного мужа. Падающие звезды были людьми, которые были изгнаны и сброшены на землю.
Смех Данте вибрировал по моему телу. — Звучит как мыльная опера.
— Мы были детьми. У нас было активное воображение, ясно? — Я толкнула его ногой. —Только не говори мне, что ты никогда не придумывал истории о том, что тебя окружает.
— Жаль разочаровывать, но мое воображение не так хорошо, как твое. — Он рассеянно провел большим пальцем по моему бедру. — Моя семья никогда не ходила в походы. Мой дед был сугубо курортным или частным человеком. Он не хотел, чтобы мы с Лукой потеряли связь с нашей культурой, поэтому каждое лето отправлял нас с Гретой в Италию. У нас были дома по всей стране. Рим, Тоскана, Милан... каждый год мы посещали разные места.
— Какое твое любимое место в Италии?
— Вилла Серафина. — Поместье его семьи на озере Комо. — Озеро, сады... двенадцатилетняя я думал, что это волшебно.
— Там будет проходить свадьба, — пробормотала я. — Не могу дождаться, чтобы увидеть это.
Мы должны были остаться там в течение месяца, предшествующего церемонии. Я видела только фотографии, но даже через экран от этого места захватывало дух.
— Да. — В голосе Данте прозвучала странная нотка. — Где будет проходить свадьба.
— Все будет идеально. Моя мама не хотела бы, чтобы было иначе, — сухо сказала я. Она сводила меня с ума бесконечными звонками по поводу цветов, посуды и тысячи других деталей, которые ей не следовало бы контролировать, но я не ожидала ничего меньшего. Я был ее последней возможностью устроить грандиозную свадьбу. — По крайней мере, мой отец не донимает меня по поводу узоров на фарфоре. Он получил ту дату, которую хотел. Это все, что его волнует.
— Восьмое августа. Дай угадаю. Это дата, когда он заработал свой первый миллион.
Я рассмеялся. — Близко, но не совсем. Восемь — его любимое число.
Большой палец Данте сделал паузу, прежде чем продолжить ласкать мою кожу. — Число восемь? Правда?
—Да. — Я зевнула. Ничто так не усыпляет, как вино и секс, а сегодня у меня было и то, и другое. — Это счастливое число в китайской культуре, потому что оно ассоциируется с богатством. Когда мои родители искали дом, они специально искали места с восьмеркой в адресе. Мой отец очень суеверен в таких вещах.
— Я бы никогда не догадался. — Тон Данте стал холодным, как всегда, когда мы обсуждали моего отца.
Я подняла голову. На его лице появилось растерянное выражение, но оно исчезло, когда он увидел мой взгляд.
— Тебе не очень нравится моя семья. — Я заметила это еще во время нашего ознакомительного ужина, но с тех пор это становилось все более очевидным.
Каждый раз, когда я упоминала о своих родителях, лицо Данте закрывалось, и я чувствовала, как он мысленно отстраняется.
Когда мы приехали в Бостон на Рождество, он проводил большую часть времени в общении, бросая взгляды и отвечая односложно. Это были самые неловкие четыре дня в моей жизни.
— Мне не нравятся многие люди, — сказал он уклончиво. — Но если быть честным, мы с Фрэнсис никогда не станем лучшими друзьями. У нас разные... взгляды на жизнь.
Прежде чем я успела ответить, он обхватил мое лицо и прикоснулся губами к моим губам.
— Больше никаких разговоров о семье, — сказал он. — На эту ночь комната в нашем распоряжении, и я могу подумать о нескольких других вещах, которые я бы предпочел делать...
Все мое сопротивление растаяло, когда он углубил поцелуй. Мои губы разошлись, и мой вздох пригласил его войти. Он провел языком по моим губам, ощущая вкус вина, жары и греха.
Данте был прав. Это была прекрасная ночь, и не было причин омрачать ее разговорами о семье.
Томительное чувство тревоги кольнуло меня в затылке, но я отмахнулась от него.
Что с того, что Данте и мой отец не во всем сходились во взглядах? Некоторый антагонизм между отцами и их зятьями был вполне ожидаем. Они же не собирались бить друг друга на очередном праздничном собрании.
К тому же, мои родители жили в другом городе. Мы все равно редко с ними виделись.
Мне не о чем было беспокоиться.
Перевод группы: https://t.me/ecstasybooks
ГЛАВА 28
Данте
У нас с Вивиан была еще одна блаженная неделя, прежде чем ее родители ворвались в город, как торнадо. Внезапно, неожиданно и прокладывая путь разрушения по своему следу.
В одну минуту я планировал свидание с Вивиан в симфоническом оркестре. В следующую минуту я сидел напротив Фрэнсиса и Сеселии Лау в Le Charles, борясь с желанием не сбить самодовольную улыбку с лица Фрэнсиса.
Наш разговор о нем в Вальгалле вызвал его, как демона из ада.
— Я рад, что у нас все получилось. — Он развернул свою салфетку и положил ее на колени. — Надеюсь, мы не слишком нарушили ваши планы?
— Вовсе нет. — Вивиан положила свою руку поверх моей под столом и осторожно разжала мой кулак. — Мы очень рады тебя видеть.
Я молчал.
Ее родители приехали без предупреждения тем утром и попросили поужинать с нами как-нибудь во время их пребывания. Учитывая, что они приехали всего на две ночи, а на завтра у них были билеты на бродвейское шоу с друзьями, сегодняшний вечер был единственным вариантом.
— Мы не видели вас с Рождества, поэтому решили проведать. Узнать, как продвигается планирование свадьбы. — Сеселия перебирала жемчуг. — Ты так и не ответила на мой вопрос о цветах. Может, продолжим с лилиями?
Вивиан переместилась в своем кресле. Вместо своего обычного платья, туфель на каблуках и красной помады она надела твидовый костюм, похожий на тот, что был на нашей первой встрече. Ее ожерелье было таким же, как у ее матери, а искрящаяся живость, которую я успел оценить, притупилась до болезненного джентльменства.
Это была не она; это была какая-то версия ее Степфордского клона, которая появлялась только тогда, когда Фрэнсис и Сеселия были в комнате, и я ненавидел это.
— Да, — сказала она. — Лилии подойдут.
— Превосходно.
