Петрович.
— Сейчас, — вздохнул начальник СБ. — В общем, после анализа стало ясно, что из пяти миров стоит наведываться только в два. Первый, куда ходить не надо, это Санатан, родина пятерки Тархо. Когда он уходил, то получил предупреждение от ректора Академии, что местные будут атаковать любого пришедшего через портал храма. Не вижу смысла вызывать их агрессию.
— Согласен, — кивнул директор.
— Далее идет Арана, там то, что в земной фантастике называют магическим парапанком, огромные паровые машины, поддерживаемые магическими плетениями. В общем, техномагия чистой воды. По развитию примерно девятнадцатый век, вторая половина, — как ни странно, но прочитав несколько книг и посмотрев «Звездные войны», Уйдо пристрастился к фантастике не меньше Ефима Наумовича и Вани Лугового. — Мир очень спокойный, тихий, туда через стационарные порталы ходят люди из множества других миров, к пришельцам аранцы вполне толерантны. Обучение в чужих школах для них привычно. Оттуда у нас двадцать шесть учеников. Толковые, хорошо образованные в начальных школах ребята и девчата. Клятвы дали без лишних споров. Думаю, стоит поискать в Аране преподавателей по отсутствующим у нас дисциплинам, той же техномагии и магическому инженерингу.
Он напился воды, прокашлялся и продолжил:
— Следующий мир, Гелар, особого интереса не вызывает, разве что для закупки свежего продовольствия, местная магия по сравнению с нашей откровенно убогая. Обычное магическое средневековье. Королевства, герцогства, баронства. Населен Гелар исключительно людьми. Кстати, все миры, с которых пришли на «Доверие» ученики, чисто человеческие. Ни эльфов, ни гномов, ни орков, ни дварфов, ни кого другого. И это несколько странно. Но вернусь к рассказу. Оттуда у нас всего восемь учеников. Особой ценности Гелар не представляет. Даже оптовые закупки там делать сложно, слишком все разрозненно. Поначалу мы подумали, что ученики оттуда из разных миров, не сразу поняли, что из разных стран одного. Причем уроженцы герцогства Таламото понятия не имеют о существовании маркграфства Оноро, они на разных концах материка находятся. Но для нас Гелар почти безопасен, местные маги и воины нам не противники. Инциденты, конечно, будут, но по их законам с нападающими можно делать все, что пожелаешь. Но толку от этого мира, как я уже говорил, мало.
— А остальные два? — поинтересовался Ефим Наумович, которому во всем услышанном что-то активно не нравилось, настолько, что он кусал губы. — Тоже средневековые?
— Практически, — кивнул Уйдо. — Оланея — мир без государств, как таковых. Местные жители абсолютно неконфликтны, одна мысль, чтобы ударить кого-то вызывает у них ужас и отторжение. Очень развита магия Жизни и друидизм. Мы сейчас ведем переговоры с мастером-друидом, может, он согласится наняться и преподавать свое искусство. Оттуда у нас одиннадцать учеников, все деревенские, причем желающие освоить кузнечную магию. Нам удалось нанять мага-кузнеца, который будет их обучать. Закупаться там трудно, общество безденежное, все только на обмен. Кузнецу, например, мы заплатили редкими металлами. Друид хочет семена и саженцы иномирных растений. Доступ через храмы Великой Матери. Да, там матриархат. Но не безумный, а по-настоящему добрый. Оланея вообще — очень добрый мир, такие — невероятная редкость во вселенной. Но я бы не советовал туда особо ходить, не знаю, что местные могут воспринять за оскорбление.
— А последний? — глухо спросил биолог.
— Истрия, — поморщился начальник СБ. — Мир вечной войны. Это, конечно, преувеличение, но там действительно постоянные войны всех со всеми, куча мелких государств, орденов, объединений. И у каждого свои предпочтения. Они постоянно то ссорятся, то мирятся, то вообще вступают в союз, то сцепляются между собой. Но все очень ненадолго и зыбко. Сегодня были союзниками, завтра воюют, послезавтра мирно торгуют и интригуют. Магия развита исключительно боевая, причем местные магистры опасны даже для меня и Тайхира. Поэтому мы наняли оттуда восемнадцать охранников под очень жесткую, тщательно проработанную клятву. И шестерых магистров для преподавания различных аспектов магического боя. Они под еще более жесткой клятвой. Учеников из Истрии ровно двадцать. Все они пришли через храмы бога войны Рахада. Немногие выжившие в междоусобицах. Соваться туда можно только под очень хорошей охраной. В итоге новых учеников несколько больше, чем мы рассчитывали — двести двадцать. Это не считая пятидесяти трех землян из разных реальностей. И шести прежних учеников школы «Тархи Ла». Итого — двести семьдесят девять человек. Предлагаю догнать количество до трехсот, на Земле-2 желающих сотни, если не тысячи, достаточно будет сказать священникам, они подберут талантливых ребят.
— Согласен, цифра нелепая, — кивнул Иван Афанасьевич. — Доведите общее число до трехсот. Но нам надо будет развиваться, насколько мне известно, в прошлые времена школа принимала по несколько тысяч разумных в год. Надо вернуться на этот уровень, а для этого нужен персонал, причем персонал, решивший связать с «Доверием» свою жизнь навсегда.
— Запустим слухи по всем доступным мирам, — заверил начальник СБ. — Но желающих все равно потребуется как следует проверять и брать под очень жесткие клятвы, чтобы разные силы нам своих шпионов не подсунули. Только за последнее время я двенадцать таковых удавил.
— Я бы хотел обсудить очень важный вопрос, на который никто из вас почему-то не обратил внимания, — заговорил Ефим Наумович, он выглядел отвратительно, краше в гроб кладут.
— Слушаем, — повернулся к нему директор. — На что именно мы не обратили внимания?
— «Тархи Ла» существовала в парадигме развитой галактической цивилизации, где были распространены космические полеты, — пожевал губами химик. — Точно так же цивилизация, откуда выши уважаемые Уйдо со товарищи. Это ведь была космическая цивилизация?
— Да, — подтвердил упомянутый. — Хотя мы чаще перемещались из мира в мир порталами, это быстрее, но в космос тоже летали. Те же эльфы, гномы, лурхи, русалы и орки имели немалые флоты. У людей поменьше, но флт тоже активно строили. Пространственных и орбитальных станций становилось с каждым годом все больше и больше.
— Вот! — поднял палец Ефим Наумович. — И никто не обратил внимания, что среди восьми планет, на которые у нас появился выход, причем, исходя из трех Земель, планет разных вселенных, нет ни одной развитой. Максимум — уровень начала двадцать первого века. Но никаких космофлотов. Никаких поражающих воображения технологических достижений, с которыми мы столкнулись на станции «Тархи Ла». Ничего! Вам это не кажется странным?
— А ведь действительно… — озадачился Уйдо. — Странно. Это значит, что до нашей галактики очень далеко, раз оттуда никого нет. А желающих было бы много, это я могу
