передачи силы. Если кто и мог помочь ей с этим, то лишь Кассий.
Знакомые все лица… Впрочем, его я действительно не видел на собрании. Не исключено, что Друзилла продолжала держать Кассия взаперти. Если, конечно, не избавилась от него раньше… Хотя она могла приберечь его на десерт, чтобы я выпил его в последний момент.
Я посмотрел на мирно спавшего Луция.
— Что ж, если Кассий жив, мы сможем его найти. Вы знаете, где держат девушку?
— Разумеется, — кивнул Юстиний. — Она здесь, в восточном крыле.
Что ж, все пошло немного не по плану. Теоретически, Кассий может отказаться помогать мне, но теперь во мне был дар Друзиллы, а это означало, что и я мог попытаться его переубедить. Вряд ли Кассий сотрудничал с ней добровольно. Если так, то и у меня получится заставить его помочь.
С Юлией было сложнее, но я должен был убедиться в том, что девушка была в порядке. Судя по тому, с какой ревностью отнеслась к ней Друзилла, Юлия была прекрасной кандидаткой в Темные княгини. Значит, надо брать.
Я направился к Луцию — следовало привести его в чувство и дать задание.
— А что вам пообещала Тьма, отец Юстиний? — мимоходом спросил я. — На какой крючок вас подцепили?
Артефактор тихо рассмеялся.
— Боюсь, вы мне не поверите.
— Почему же? Полагаю, теперь я готов поверить во что угодно.
— Знания, господин, — смущенно ответил артефактор. — Я попросил получить доступ к великим знаниям. Как вы, должно быть, уже поняли, меня не особенно трогает борьба за власть. Я совершенно лишен амбиций. Однако моя страсть — наука. Мне было обещано познание великих тайн мира, которые я смогу обратить на службу человечеству.
— И ради этих знаний вы пошли на все это?
— И пошел бы снова. Сила должна служить во благо и приносить всеобщую пользу, а не потакать человеческим страстям. Поэтому я выбрал создание артефактов — они никому не приносят вреда.
Да вы, батенька, оказывается, гуманист. Ну, в своем роде. Утопим прошлое в крови ради надежд на светлое будущее, ага. Что-то мне это напоминало…
Я склонился над дисциплинарием и занес руку, чтобы снять заклинание, но остановился. Первым порывом было обезопасить его, вообще не впутывать в свои дела — просто отправить обратно к Оболенским, пусть защищает. Но мне был нужен Кассий. Поэтому я медленно провел рукой перед его лицом, присев так, чтобы загородить большую часть ужаса.
— Луций, — шепнул я. — Слышите меня?
Его погрузили в сон очень грубо. Дисциплинарию потребовалось несколько секунд, чтобы проморгаться и сфокусировать на мне взгляд.
— Брат… Элевтерий?
Воспоминания тут же нахлынули на него. Луций дернулся, попытался отползти от меня, но я выставил ладонь вперед и поймал его взгляд.
— Успокойтесь, пожалуйста.
Мой голос и для меня самого сейчас звучал иначе. Применение дара его искажало. Но это возымело эффект. Луций был сильным, но до умений той же Друзиллы ему было далековато. Дисциплинарий уставился на меня пустыми глазами.
— Я спокоен, темный брат.
— У меня будет для вас задание. Очень важное поручение. Вы должны использовать свои способности и найти отца Кассия.
Луций медленно кивнул.
— Если он жив, я найду его. При помощи своих кристаллов.
— Когда найдете, доставьте его сюда, в этот дворец. И ждите меня здесь.
Дисциплинарий тряхнул головой, поднялся…
— И не принимайте близко к сердцу то, что видите, — поспешил добавить я. Лицо Луция мгновенно расслабилось.
— Как скажете, брат Элевтерий. Я могу приступать к работе?
— Конечно.
Он коротко кивнул мне и вышел. Я заметил, что его походка была слегка неуклюжей, словно он отсидел ноги и давно не разминался. Возможно, так действовал мой дар.
Я выпрямился и обернулся к Юстинию.
— Проводите меня к сестре Юлии, пожалуйста.
Артефактор с готовностью кивнул и поспешил отворить передо мной дверь. В холле столпились явно загипнотизированные Друзиллой распорядители и лакеи.
— Приступайте к работе, которую вам поручила Прима Друзилла, — велел я. — Вы знаете, что делать.
К моему удивлению, это сработало — люди засуетились, торопясь подготовить… не знаю, что. А Юстиний уже направился к лестнице в восточное крыло. Пока мы шли, я все никак не мог взять в толк, что именно следовало делать с той же Юлией. Как мне с ней разговаривать? Да и вообще не было понятно, остался ли на ней приворот после посвящения. Если все слетело, то проблем не оберешься.
Юстиний провел меня по длинному коридору, где располагались жилые комнаты, и остановился перед дверью.
— Только, боюсь, ключа у меня нет.
— Не проблема.
Я сконцентрировал немного силы в ладони и шарахнул в дверь. Слишком сильно — та разлетелась в щепки. Да уж, надо как-то сбавить обороты, иначе я здесь все разнесу. Тело более-менее адаптировалось к тому, чтобы вмещать в себе столько энергии, но вот голова и руки привыкли колдовать по-старому.
Никто не закричал и не бросился наутек. Мне даже сперва показалось, что внутри никого не было. Да и комната выглядела заброшенной, словно здесь на самом деле никто не жил.
А потом я увидел Юлию — девушка была погружена не просто в сон, а в подобие анабиоза. Я читал о таком приеме в одной из книг. Изначально его придумали, чтобы дотянуть умирающих до помощи лекарей. Заклинание максимально замедляло жизненные процессы и поддерживало жизнь на минимальном уровне.
Юстиний держался позади. Я подошел ближе и провел рукой по щеке девушки. Сейчас, в этом полумраке, она и правда казалась спящей красавицей.
— Собирайся, дорогая, — улыбнулся я, когда Юлия открыла глаза. — Мы едем на бал.
Глава 26
— Зачем ты взял меня с собой?
Юлия рассеянно глядела на уличные огни в окно автомобиля. Я велел ей сесть на переднем пассажирском, а отец Юстиний расположился на заднем сидении роскошного служебного орденского седана. На понтах, как я уже не раз замечал, здесь не экономили, и сейчас это было мне лишь на руку. Лакеи Долгоруковых и не подумают разворачивать такой автомобиль.
Ибо на балу, помимо жатвы, я также собирался устроить небольшое представление. Но в отличие от собрания Ордена, здесь мне предстояло импровизировать.
— Мне нужна твоя помощь, — отозвался я, поглядывая в боковое зеркало и перестраиваясь в крайний левый ряд для поворота. — Лишних глаз, ушей и рук не бывает.
